Любовь как наваждение - Яра Сен-Джон

Натали положила вилку и нож на тарелку. Заметив кислое выражение лица, Джонатан стал извиняться.

– Прости. Ты не обязана отвечать. Мне просто любопытно.

Натали глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Она знала, что он не имел в виду ничего плохого. Но она редко обсуждала эту щекотливую тему.

– Когда мне было около двенадцати лет и у меня началось половое созревание, мать вернулась и сказала, что готова меня воспитывать. – Натали взяла вилку и нож и продолжила ужинать. – Дедушка и бабушка стали моими законными опекунами и готовились официально удочерить меня. Мать закатила грандиозный скандал и потребовала, чтобы я выбрала либо ее, либо бабушку и дедушку.

– И ты выбрала бабушку и дедушку? – спросил Джонатан.

Натали кивнула.

– Мать рассердилась. Мы не общались много лет, а когда мне исполнилось восемнадцать, она снова объявилась и попросила прощения, надеясь, что у нас могут быть какие‑то отношения. Но было уже слишком поздно.

– Какие у вас с ней отношения сейчас?

– Она присылает мне открытки на день рождения и Рождество, – сказала Натали. – Но мы не близки.

Джонатан сжал ее руку:

– Не сомневаюсь, тебе было трудно.

– Да, но я принимаю Филлис такой, какая она есть. Она никогда не станет той матерью, которая мне нужна. Но в детстве было нелегко это принять.

– Спасибо, что рассказала мне.

Натали подняла голову. Их взгляды встретились, и у нее пересохло во рту. Она увидела в его глазах не только жалость и сострадание, и ее сердце забилось чаще. Ужин в доме Джонатана казался таким естественным процессом, словно они были супружеской парой. Она постаралась напомнить себе, что их влечение рано или поздно испарится, но вместо этого утонула в его карих глазах.

С трудом улыбнувшись, она взяла стакан с водой:

– Надо отнести тарелки на кухню.

Она уже собиралась встать, когда он произнес:

– Оставь их. – Его слова прозвучали как приказ, и Натали уже приготовилась снова сесть, но Джонатан быстро подошел к ней.

Обхватив рукой ее подбородок, он нежно провел кончиком пальца по ее губе. Натали не удержалась и облизнула его палец и услышала, как Джонатан прерывисто задышал. Потом он нежно поцеловал ее. Она растворилась в поцелуе, стараясь сильнее прижаться к его телу. Простонав, он приподнял ее над полом и понес по коридору. Натали обвила ногами его торс.

Через несколько секунд он опустил ее на широкую двуспальную кровать.

– Я могу предложить тебе только секс, – сказал Джонатан. – Ты согласна?

Помолчав, она притянула его к себе и поцеловала в губы. Джонатан стал торопливо ее раздевать. Он был ее идеалом. Она вскрикнула, когда он втянул в рот ее напряженный сосок, и внизу ее живота разлилось тепло.

– Я соскучился по тебе, – пробормотал Джонатан.

– Я тоже. – Натали потянулась к его рубашке, чтобы расстегнуть пуговицы, но он оттолкнул ее руки.

– Не торопись, – произнес он, поглаживая ее тело. – Я хочу попробовать тебя на вкус.

Натали почувствовала его теплые руки на своих бедрах и широко раздвинула ноги, побуждая его целовать и ласкать ее. Всхлипы удовольствия срывались с ее губ, пока он доводил ее до оргазма.

Когда он наконец вошел в нее, она приподнялась, радостно встречая каждый его яростный толчок. Она страстно вцепилась пальцами в его ягодицы, не желая, чтобы он останавливался. Ей хотелось, чтобы их единение длилось вечно. Натали испытала настоящую свободу, как только на нее обрушился мощный оргазм.

Джонатан прорычал, продолжая входить в нее сильнее и глубже. Он смотрел на нее дикими глазами, его кожа блестела от пота. Гортанно простонав, он поплыл вместе с Натали по волнам удовольствия.