Богиня для плохиша - Алекс Найт

Я поднялась на ноги, не позволив Валентину Владимировичу помочь мне, не хотела, чтобы кто-то сейчас касался меня. Максим стоял в центре комнаты, растерянный, растерявший всю свою уверенность. Я тут же опустила взгляд и вышла из комнаты в сопровождении Валентина Владимировича. Видимо, чтобы отвлечь меня, он рассказал, что драка закончилась огромной шишкой Романа. Кажется, зря тот полез разнимать женщин. Диана сейчас возилась с ним, и я благополучно привела себя в порядок, забрала свои вещи и уехала на вызванном Валентином Владимировичем такси. Он только обрадовался, что я не раздуваю скандал. Но перед отъездом просил не обращаться в полицию. Даже пытался заговорить о компенсации. Мне стало тошно от его слов, интересно часто ли ему приходится выделять такие компенсации?

На утро я проснулась разбитой, с припухшими от слез глазами и тяжестью в груди. Заснуть удалось не сразу. Произошедшие вчера события казались сейчас столь далекими, но их тяжесть все еще не отпускала. Я все не могла поверить, что это произошло со мной. Просто не хотела верить. Но факта не изменить, вчера Максим лишил меня девственности. И виновата во всем только я сама. Потому что согласилась на эту работу, потому что не могла набраться смелости отказаться от новых выступлений, потому что не смогла вырваться. Потому что, не смотря на намерения Максима я возбудилась, получала удовольствие. Может это и окончательно склонило Максима к решительным действиям.

Я валялась долго, в квартире царила тишина. Если Диана и вернулась, то явно спала. Через некоторое время я все же поднялась и отправилась в ванную. Боль присутствовала, но еле заметная. После душа стало легче, по крайней мере проснулся аппетит. Выглянула сначала в прихожую. На вешалке висело пальто Дианы, значит она вернулась. И еще висела мужская куртка. У нас гости? Николай прилетает из командировки только после обеда. Неужели Диана привела своего начальника?

По дороге на кухню я услышала странные звуки из спальни Дианы. После пары мгновений мучительный раздумий, я заглянула в спальню. Пелена гнева застлала глаза, когда я увидела, что происходит. Потому что картина вторила тому, что произошло вчера со мной. Диана лежала на кровати, а сверху возвышался Николай. Он настойчиво целовал ее, не позволяя вырваться, хотя она и пыталась. Я сама не заметила, как оказалась возле них, схватила Николая за ворот футболки и дернула на себя. Он скатился с Дианы, от неожиданности даже рухнул с кровати на пол. Диана тоже подскочила с кровати, пытаясь запахнуть на себе халат.

— Гад! Козел!

— Арти! — Николай в одно легкое движение поднялся, нависнув надо мной с высоты своего роста.

— Не лезь не в свое дело, — процедил он сквозь плотно сжатые зубы.

— Думаешь я буду спокойно смотреть, как сестру насилуют?! — толкнула его в грудь со всей силы. Он даже не покачнулся. Я отерла лицо, только сейчас заметив, что по щекам несутся слезы.

— Никто никого не насилует, — Николай потянулся ко мне с явным намерением выставить за дверь.

— Не трогай меня! — я отпрянула от Николая. Зачем обязательно применять силу? Будто я итак не понимаю, что слабее. Просто все они одинаковые. Ненавижу!

— Артемида, не устраивай истерику.

— Не трогай ее, — жестким тоном заявила Диана, вклиниваясь между нами.

Диана была ниже даже меня ростом, но сейчас мы с Николаем замерли, а Николай, кажется, даже пригнулся под действием тяжелого взгляда Дианы.

— Тебе лучше уйти. Мы потом поговорим.

Диана с Николаем несколько долгих мгновений мерились взглядами. Николай громко выдохнул, отвел взгляд, растрепав волосы.

— Я уйду, — согласился он. Потом перевел смягчившийся взгляд на меня. — Арти, прости, что нагрубил.

При всем желании я бы не смогла сейчас ответить ему. Меня трясло от ненависти, а грудь снова сжали тиски, ведь представшая сцена вновь оживила в памяти произошедшее вчера. На какой-то миг мне показалось, что я вновь ощущаю на губах жар поцелуев Максима.

Я отправилась на кухню. Диана выпроваживала Николая. Только аппетит как-то резко пропал. Я понимала, что разговора с Дианой не избежать. Мне казалось, она все поймет, как только заглянет в мои опухшие от слез глаза.

— Артемида, что с тобой происходит? — Диана вошла в комнату.

Она, чуть поморщившись, растерла виски. Между ее бровей пролегла складка, верный признак того, что Диана переживает из-за чего-то.

— Ничего со мной не происходит, — я передернула плечами, стараясь хоть немного казаться беспечной. Вот только движение вышло дерганым.

Диана еще больше нахмурилась, оглядывая меня внимательным взглядом. Она прошла к своему стулу и села.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально.

— Ничего не болит? Не тошнит?

На краткий миг я растерялась, испугалась, что она обо всем знает. Но потом вспомнила, что соврала ей, что уехала из-за того, что перебрала алкоголя.

— Нет, уже все прошло, — натянуто улыбнулась сестре.

Диана еще больше нахмурилась. Я ведь совершенно не умею врать.

— Пожалуй, больше не буду пить, — никогда не буду. Будь я вчера трезвой, может нашла бы способ сбежать. Может, догадалась бы раньше начать кричать. Может, не возбудилась бы.

— Арти, я же вижу, что не все в порядке, — Диана протянула ко мне руку, в желании накрыть мою ладонь, покоящуюся на столе.

Я отпрянула от ее ладони, и сама же испугалась своей реакции.

— Арти? — беспокойство в глазах Дианы, казалось, усилилось после моего бессознательного жеста. — Это Максим, да? Он что-то сделал?

— Все же всучил мне свой подарок, — махнула рукой, рассмеявшись, будто не придала этому факту значения.

Подарок всучил. Ожерелье лежит в кучке одежды, которую я вчера сбросила прямо на пол у кровати, в стремлении избавиться от всего, что может хранить память о Максиме. Казалось, проклятый запах леденцов и его одеколона впитался в ткань одежды, под кожу. Я около часа просто стояла под душем, раз за разом намыливаясь любимым гелем с ароматом кофе.

— Арти…

— Николай рано прилетел, — перебила я сестру, — самолет перенесли?

Диана залилась румянцем, опустив глаза вниз. Она прикусила нижнюю губу. Явно не знает, рассказывать или нет.

— Да, прилетел раньше. Вчера Роман Марсович сильно ударился головой. Я отвезла его домой и осталась до утра. Николай забрал меня из квартиры Романа.

— И после этого спокойно лег с тобой в кровать? — удивилась я. — А где же скандал, крики? Или он