Доверь мне свое имя - Ольга Александровна Валентеева

— Пойдем к нему? — с понимающей улыбкой предложил лорд Нокс.

— Да! — торопливо согласилась я.

Мы не стали мешкать и тут же направились к тайному ходу. К счастью, студенты в основном находились на занятиях, и никто не видел, как мы скользнули под лестницу и, миновав ступеньки и коридор, вошли в жилище Дерека. Сам он читал, сидя в кровати, и казался почти здоровым. И не скажешь, что столько дней находился в забытье.

— У меня гости? — с улыбкой спросил он, откладывая книгу. — Здравствуй, Лучик.

— Здравствуй, — подошла я ближе, а лорд Нокс вдруг сказал:

— У меня дела. Выберетесь сами, Лучик? Если не получится, вернусь через полчаса и провожу вас.

— Конечно, профессор, — ответила я и едва дождалась, когда стихнут его шаги, а затем крепко обняла Дерека.

— Тише! — Он погладил меня по голове, как маленькую. — Ты задушишь меня, Лучик.

— Не смей больше так рисковать, — пробормотала я куда-то в область его шеи. — Я чуть с ума не сошла!

— Прости, — миролюбиво ответил Шторм. От него пахло мылом и шампунем. Значит, чувствует себя достаточно хорошо, чтобы принять душ. — На этот раз думал, не выберусь.

— Но выбрался! — Я отчаянно жалась к нему, чувствуя его силу и небывалый покой, который всегда охватывал рядом с Дереком. — Мы выпустили двадцать три человека. У них будет нормальная жизнь. Может, со временем отыщем способ и для остальных. А если нет…

— Если нет, мы есть друг у друга, — тихо сказал Шторм и поцеловал меня. Я улеглась в его объятия и слушала, как ровно бьется его сердце, понимая, что угроза миновала. Увы, сложно было сказать, надолго ли. Хотелось верить, что у нас есть время на передышку, только вряд ли этого времени слишком много.

— Через день или два я вернусь к работе, — проговорил Дерек. — Будем видеться чаще.

— Очень этого жду!

— Правда?

— Правда, — подняла голову, посмотрела ему в глаза, чтобы и не думал сомневаться. Мой Шторм…

— Говорят, вы с его высочеством отличились при защите студентов…

— Врут, — заявила я. — Точнее, врут по поводу меня, я ничего не смогла сделать, только держать элементарные щиты. А Сокол до сих пор в лазарете, восстанавливает магию. Как ты и сказал, любит он вспоминать о том, что принц, в сложные моменты.

— Ему бы следовало уйти… — вздохнул Дерек. — Хотя, перед смертью его отец в письме просил любым способом задержать сына в академии, если она вдруг откроется. Наверное, не все так ладно в империи.

— Боюсь, что да.

С Сокола мы перешли на моих однокурсников, других студентов, преподавателей. Я рассказывала, что произошло, когда открылись ворота. Дерек слушал, плотно сжимая губы: ему было больно, и все же необходимо знать, как именно все случилось. Даже будучи почти лишенным магии, Шторм оставался ректором академии и чувствовал ответственность за каждого ее обитателя. А я… я хотела хоть немного разделить тот груз, который находился у него на плечах.

Не знаю, сколько бы мы так разговаривали, если бы в отдалении не раздались шаги.

— Полчаса прошло. Нокс возвращается! — воскликнула я, испуганно подскакивая и поправляя платье.

Когда заместитель Дерека вошел в комнату, мы продолжали мирно беседовать, только теперь я сидела на стуле, как примерная студентка.

— Вы все еще здесь, Лучик? — удивленно заметил наставник. — Не получилось выйти?

— Мы немного заболтались, — за меня ответил Шторм. — Не заметили, как пролетело время.

— Бывает, — кивнул Шейд. Боюсь, чувства были написаны у меня на лице… Но лорд Нокс их не комментировал, и на том спасибо!

— Я пойду, — сказала, поднимаясь на ноги. — До встречи на занятиях, Дерек.

— Скоро увидимся, Лучик, — ответил он.

Увы, полчаса — это так мало! Хотелось остаться, продолжить наш разговор, но Нокс правильно поступил — Дереку нужно отдыхать. Наговоримся потом. Я же покинула подземелье, поднялась в свою комнату и долго стояла у окна, глядя на парк — к счастью, уже почти освобожденный от последствий бури. И даже не подозревала, что это были последние спокойные мгновения на долгие дни вперед.

УРОК 11. Много мужества нужно, чтобы задать вопрос. Еще больше — получить на него ответ

На следующий день из лазарета выпустили Сокола. При этом от практикумов его освободили еще на неделю, а вот на лекции принц явился, вызвав волнения среди студентов. Тот, с кем они не желали садиться рядом, вдруг снова стал для них героем, и ряды вокруг его обычного места были забиты битком.

— Наконец-то, — пробормотал Зной. — Теперь мы точно не будем сидеть рядом с Соколом.

Но возмущался он больше по привычке — случившееся после соревнований изменило все. Прошлые обиды были забыты, войны прекращены. А в лекционном зале появился его высочество, не подозревая, какие бурные обсуждения вызывает его персона. А может, и подозревая, я не спрашивала. И вообще догадывалась, что его выпустили из лазарета только потому, что у Виллы сдали нервы — когда Соколу было скучно, он становился совершенно невыносим, и закрытые во второй раз ворота академии не прибавляли ему благодушия.

За Соколом следовали Мрак и Медведь. Кузена его я пока не видела, да и вообще мало сталкивалась со Льдом в последние дни. Эдену так и не рассказала о нашей встрече на лестнице — не желала беспокоить, пока он болеет, но стоит все-таки это сделать.

Принц остановился, обвел взглядом ряды студентов и направился к нам.

— Сгинь, — привычно буркнул на Инея, дождался, пока у моего друга закончатся эпитеты в его адрес, и сел рядом.

— С возвращением, — кивнула я. — Ты снова ведешь себя как…

— Принц, — подсказал Сокол, пока Мрак и Медведь размещались за нашими спинами.

— Полнейший принц, — вздохнула я. — Как самочувствие?

— Лучше не бывает, — заверил его высочество. — Отлежал все бока, сосчитал все трещинки на потолке, готов убивать.

Похоже, его и чума не возьмет… А среди пятикурсников бурлили народные волнения — на нас бросали взгляды, что-то бурно обсуждали.

— Ты разочаровал своих поклонниц, — заметила я. — Дамы готовились, прихорашивались, а ты!

— Что? — усмехнулся Сокол.

— Не сел с ними.

— А был обязан?

Я пожала плечами. Не был, конечно. Да и соскучилась я по его невыносимому высочеству, что уж таить? Впрочем, появление декана Брега положило конец нашей беседе. Началась лекция.

Занятия тянулись, как обычно. Будто для четвертого и пятого курса все еще был в них смысл. Для первого он остался неизменным — наша магия должна была полностью раскрыться, и вне академии этого не случится.

Следующий конфуз произошел в столовой — за