У любви на крючке - Тесса Бейли

– Есть такая – «Дом»[29], в исполнении Эдварда Шарпа и «Магнетик зирос»[30].

Фокс едва сдержал желание погладить ее по волосам и выдавил:

– Ни разу не слышал.

– Сейчас заберусь в постель, найду ее и пришлю тебе. Идеальная композиция.

– А под какую музыку провела день ты?

– Под «Единственный поцелуй»[31] группы «Кьюр», – задорно подняла бровь Ханна.

– Очень мило…

Она направилась в свою комнату и, оглянувшись через обнаженное плечо, многозначительно улыбнулась, заметив его взгляд. Дверь в гостевую спальню закрылась, и Фокс задумался: похоже, совместное проживание с Ханной опасно в самых разных смыслах.

Допустим, ты стоишь в рубке. Вообрази, что получаешь от этого удовольствие. Экипаж может считать тебя гуленой, однако есть время для развлечений, а есть время для ответственной работы. Команда поймет, что ты чувствуешь разницу.

Выходит, Ханна считает, что, немного покопавшись в его мозгу, найдет нечто интересное и стоящее? Обнаружит подавленные амбиции?

А если наглядно показать ей, что ему удается лучше всего? Фокс вполне мог заставить Ханну забыть бродившие в ее прекрасной головке бредовые идеи и внушить, что способен он лишь на одно.

Он представил себе, как Ханна за стеной спальни сбрасывает маленькое красное платье, как светится в полумраке ее нежная кожа… Стоит только толкнуть дверь.

Всего один поцелуй, скажет он, согревая дыханием ее затылок. Почему бы и нет?..

Даже не думай! Только попробуй все испортить…

А ведь так оно и будет, оглянуться не успеешь. Останавливало Фокса единственное соображение: первый раз за долгие-долгие годы ему не хотелось покорять девушку по привычному сценарию.

Он сделал шаг к гостевой спальне, воспроизводя в памяти недавний поцелуй. Представил себе скрип кровати и разносящиеся по квартире страстные крики Ханны. А потом каким-то чудом свернул в свою комнату, не постучавшись к Веснушке. Вряд ли сегодняшней ночью удастся заснуть.

Глава 8

В субботу съемки не планировались. Основная часть съемочной группы и актеров, воспользовавшись выходным, направилась в Сиэтл. В десять утра Ханна получила текстовое сообщение от Кристиана.

В Сиэтл едешь? Да или нет? Хотя мне по барабану.

Проигнорировать настолько любезное приглашение было невозможно, к тому же Ханна хотела провести время с сестрой. Брендан, сойдя на сушу, принялся развлекать родителей и милостиво вручил Пайпер свою кредитную карту. Ворчливо предупредив об осмотрительности, поцеловал ее так, словно у них несколько минут до конца света, и подтолкнул любимую к Ханне. Та ждала на подъездной дорожке, изо всех сил делая вид, что ее смущает показное проявление столь горячих чувств.

– Слушай, кроме шуток, – поинтересовалась Ханна, садясь на пассажирское сиденье пикапа Брендана, оказавшегося на целый день в их полном распоряжении. – Неужели ты никогда не устаешь?

– Иногда бывает, – фыркнула Пайпер, – зато я всегда в форме.

Ханна расхохоталась, завалившись на бок, и сестра со снисходительной улыбкой взъерошила ей волосы.

– Если Брендан в настроении, секс мне не надоедает. – Пайпер поправила макияж, глянув в салонное зеркало, причмокнула губами и запустила двигатель. – Когда-нибудь поймешь.

Ханне не слишком понравилось направление, в котором потекли ее мысли после замечания сестры. Вспомнилось, как Фокс смотрел ей вчера в спину, когда она уходила в свою спальню. Наверняка не ожидал, что Ханна обернется, иначе не стал бы пялиться с таким выражением. Видимо, считал ее соблазнительной. Словечко вызывало у Ханны смех; в памяти сразу всплывали старые трейлеры к фильмам с участием Шэрон Стоун. Порой оно еще звучало в рекламе кофе на кабельных каналах.

Соблазнительный аромат…

В смысл слова она никогда особо не вдумывалась. До вчерашнего дня. Фокс был привлекательным мужчиной. Безумно привлекательным. К этому Ханна привыкла давным-давно. Однако его вчерашний взгляд дал ей возможность заглянуть глубже. Она словно попала в незнакомую страну, где ходит другая валюта, где совершенно другой климат. Фокс явно думал о сексе, ошибиться было невозможно. Разумеется, Ханна чувствовала то и дело возникающее между ними своеобразное электрическое поле, однако полагала, что создает его исключительно Фокс, когда она ступает на его территорию.

Вчера вечером все было иначе.

На какой-то миг потенциал сексуального напряжения замкнулся уже на Ханне, и она ощутила нешуточный перегрев, словно в голове до отказа повернули ручку регулятора. Фокс хотел с ней переспать? А как же совет насчет Сергея?.. И все-таки осознание себя объектом сексуального влечения было подобно полету в стратосфере, этакому свободному падению, когда сердце отрывается и падает в желудок.

В университете она чуть больше года встречалась с парнем с факультета истории музыки. Отношения были довольно серьезными – Ханна даже познакомила друга с родителями, а во время каникул съездила с ним на остров Мауи. Другое дело, что основой их союза стал взаимный комфорт: они ходили на одни и те же лекции, и приятель не возражал, когда Ханна, вставив в уши наушники, надолго отключалась от внешнего мира. Она, в свою очередь, ничего не имела против, когда дружок включал игровую приставку и погружался в свою фантастическую реальность. Со временем их отношения превратились в своеобразное соревнование по поиску способов игнорирования партнера. Слово «соблазнительный» в тот роман не вписывалось никак.

Ханна уже была влюблена в Сергея, и все же у нее случались короткие связи. Она встречалась с актером массовки – парнем с захолустного ранчо в Иллинойсе, который прибыл в Лос-Анджелес в погоне за мечтой. Потом был постановщик трюков, тот каждое свидание вываливал на нее кучу информации о классических киношных фокусах. Слушать было интересно, а все остальное – нет.

Другими словами, она до сих пор играла в низших лигах.

Судя по поцелую на вчерашней вечеринке, Фокс в интимном смысле принадлежал к высшей лиге. Впрочем, Ханна и так это знала – чисто теоретически. Он был признанным Казановой и даже не пытался это отрицать. Теперь она испытала его умения на себе. Теория превратилась в практику. Как минимум, у Ханны кое на что открылись глаза.

Во время поцелуя она просто потеряла голову.

Что же ей делать, если Фокс и в самом деле намерен с ней переспать? Разумеется, она могла и ошибаться. Но как быть с этим соблазнительным тлеющим огоньком в его глазах? Черт, почему она не может переключиться на что-то другое? Интересно, как он двигается в постели? Как стонет в минуту наивысшего наслаждения? Какие ощущения оставит прикосновение мужских мускулистых бедер к ее ягодицам?

Он все сделает как надо, мало ей не покажется…

– Ханна!

– Что?

Пайпер круто, с визгом покрышек, повернула, заставив сестру удивленно распахнуть глаза.

– Я спрашивала, не хочешь ли ты кофе?

– Ой, прости. – Черт, кажется, ее пробил пот. – Конечно, хочу.

Ханна встряхнулась,