Ехал грека через реку - Тата Алатова

В ее мире не случалось печальных расставаний.

Но Вика была права – нельзя оставаться надолго в подвешенном состоянии.

– Я разберусь с этим, не волнуйся, – пообещал Адам и притянул Вику к себе. Она трепыхнулась, но почти сразу же обвила его руками за шею. – А пока закажи, пожалуйста, кейтеринг для ужина. И клининг для дома. И себе красивое платье. И, может быть, номер в каком-нибудь спа-отеле на выходные.

– Только не вздумай унижаться перед татарской родней, – пробормотала Вика, – ты им не нужен – ну и они тебе не нужны. Тоже мне!

Заливистый лай прервал ее. Коротколапый щенок Васька почти кубарем скатилась вниз по лестнице, за ним неслась Ася в своих шортах с мужскими лицами тут и там.

– Простите, – со смехом обратилась она к сотрудникам, подхватила щенка на руки и сунула нос в кружку кофе Олега, с наслаждением втянула в себя аромат и крикнула: – Ева, давай быстрее, мы опаздываем!

Адам поцеловал в щеку Вику, разомкнул свои объятия и вышел в офис.

– Ася – в такую рань! – поразился он. – Мир перевернулся, и теперь слоны держат черепаху, а не наоборот?

– Мы опаздываем, – ответила она раздраженно, как будто это он был в этом виноват.

– Куда вы вообще собрались?

– У нас новая танцевальная студия, – и Ася изобразила какой-то пируэт.

– Вы поедете в этих трусах? – не поверил Адам.

– Ради бога, я просто посижу в машине, – нетерпеливо дернула плечом Ася. – Ева!

Его дочь спускалась так медленно, как будто на ногах у нее были гири.

– А вот и наша Тортилла, – Ася подхватила ребенка под мышку. Щенок взвизгнул от счастья. – Мне надо десять рук. И карман, как у кенгуру. Почему у меня нет кармана, как у кенгуру?

– Ася, вы в тапочках! – Адам следовал за ней, не в силах поверить, что в таком виде можно выходить за пределы спальни.

– Ну и что?

– Нельзя ходить по городу в тапочках и пижаме!

– Почему?

– Это неприлично!

– Кто сказал?

Она засунула Еву в детское автокресло, вручила ей щенка, пристегнула ремень безопасности и направилась к водительскому месту.

– Вы берете щенка с собой? – не отставал Адам.

– Ну разумеется, – Ася разговаривала с ним терпеливо и снисходительно.

Как будто это ему было четыре года, а не Еве.

– Но он же испачкает мне салон!

– А вдруг нет?

Димдим был прав – его тетушку невозможно было переговорить.

– Вы просто невыносимы, – пожаловался Адам и сел на пассажирское сиденье рядом с Асей.

– А вы – сама последовательность. Для чего вы залезли в салон, если не можете меня выносить?

– Я не могу позволить, чтобы вы в таком виде сопровождали мою дочь.

– Почему? Ее репутация будет безнадежно испорченной? Ни один граф не возьмет ее в жены?

– Какой граф? – запутался Адам.

– Граф Ланфрен Ланфра. У него длинный нос и бородавка вместо пупка. Но вы не переживайте, мы бы ему и так не отдали Еву. Замужество, моя дорогая, – наставительно обратилась Ася к своей подопечной, заводя машину, – это не обязательное условие твоего выживания. Вместо этого ты можешь стать президентом земного шара, например.

– Господи, что вы несете, – простонал Адам.

– Ну, а с вами-то что такое? Откуда такое мрачное настроение поутру? – не сводя глаз с дороги, Ася протянула руку, открыла бардачок, достала оттуда чупа-чупс и сунула его Адаму. – Займите себя чем-нибудь полезным, – посоветовала она.

– Чупа-чупсом?

– Точно. Раз ваш рот полон ворчания.

Адам послушно зашуршал фантиком. Конфета оказалась приторно-вишневой.

– Я просто подумал, – признал он, – что… что будет дальше. Ну с Евой.

– А какая разница? – удивилась Ася. – Будет то, что будет, а чего не будет, того не случится.

– Но так невозможно относиться к жизни! Надо же…

– Поволноваться как следует, а то не успеете, – подхватила Ася. – Просто позвоните и спросите, что к чему, если вам так уж интересно. Ну или не звоните, если не любите спойлеры.

Адам сердито сунул ей в рот свой чупа-чупс.

– Ох, да помолчите вы!

– Вишневый, – обрадовалась Ася.

Адаму на колени забрался щенок и улегся там, молотя хвостом.

– Разве собак не тошнит в дороге? – задумался Адам.

– Нашу Васю не тошнит. Эта девочка родилась прямо в море посреди страшного шторма. Капитан пиратского корабля вышел утром на палубу, а там стоит золотой сундук с открытой крышкой, полный разных изумрудов и бриллиантов. И крохотный щеночек в розовом конверте и с кружевной салфеткой, на которой крестиком вышиты слова «Здесь была Вася».

– А дальше? – спросила Ева.

– Дальше? – Ася чуть замялась, перестраиваясь с одной полосы на другую. Для человека с чупа-чупсом во рту она тараторила слишком уж быстро, но слегка непонятно, и Адам снова забрал леденец себе. – Капитан хотел выбросить щенка за борт, потому что он был пират и злодейский злодей, который тридцать три года творил очень злодейские дела. У него было черное обугленное, как спичка, сердце и деревянная нога. Тоже обугленная, потому что однажды он пытался украсть жар-птицу, но погорел на этом деле. Но когда капитан схватил щенка за шкирку, море вдруг взволновалось, и оттуда появилась огромная фигура.

– Кракен? – деловито уточнила Ева.

– Кто? – переспросил Адам.

– Детка, не пугай папу незнакомыми словами. Он не знает про Кракена, только про Котлера. Это была огромная голубая и прозрачная собака, которая вся состояла из воды. Очень красивая. Она обрушила на злодейского злодея целое море, тогда он заплакал и пообещал, что больше так не будет. И тогда морская собака отправила капитана сажать картошку в деревне, где его черное сердце пустило сначала крошечные корешки, а потом и вовсе дало новый клубень. А щеночка морская собака бережно вынесла на берег. Это была Васина прабабка.

– А прадедка? – тут же задалась вопросом Ева.

– Приехали! – обрадовался Адам, видя, что Ася паркуется. Он выглянул в окно. – Почему танцевальная студия моей дочери находится возле киоска с мороженым?

– Потому что ребенок в моем животе подает сигнал бедствия.

– Ася, вам надо нормально завтракать, кашей!

– Ну и где я сейчас возьму кашу? – вздохнула она.

– Значит, надо вставать раньше, чтобы успеть поесть. Я оставил вам завтрак на кухонном столе.

– Детка, я тебе рассказывала сказку о мальчике, который был таким большим занудой, что сам от себя сбежал на необитаемый остров? И вот незадача: там он зазанудил себя до трехдневной икоты.

– Вы ужасно безответственная! Сама голодная, Ева голодная…

– А вы…

– Я изюм выковыряла, – неожиданно призналась Ева. – Не люблю изюм.

– Так ты позавтракала? – спросил ее Адам, оборачиваясь.

Девочка кивнула.

– А Ася была в ванной. Ее ребенок опять капри… рос.

Адаму