Агент Немезида - Елена Кароль

Клуб держал один из самых жестоких двуликих столицы, Милфред Вонг, ставленник китайской триады, волк-альбинос. Уже немолодой, но семьёй так и не обзавелся, хотя менял любовниц стабильно раз в полгода и очередь тянулась на десятилетия вперед. Физически ущербный (мужчина потерял правую стопу во время одного из неудавшихся покушений несколько лет назад), он был умным и проницательным настолько, что я сама предпочитала обходить его стороной. В меру привлекательный и безукоризненно стильный, но жестокий взгляд красных глаз отбивал всякое желание (по крайней мере у меня).

В такие моменты я радовалась, что не работаю в центральном участке, где концентрация подобных властных типов порой была просто запредельной. Но всё же иногда долг требовал выбираться из уютного гетто и будоражить публику своим присутствием.

Вот и сейчас я всего десять секунд стояла перед клубом, дожидаясь Ортего, а на меня не обратил внимания только ленивый или слепой. Впрочем, таковых тут не было. Клуб открылся всего час назад, но у входа было уже не протолкнуться, хотя охрана грамотно организовала две очереди: одну пожиже по пригласительным, гости по которой проходили задрав носы и подбородки, ведь сегодня они были хозяевами вселенной, и вторую погуще и понервознее – из тех, что рассчитывал на удачу. У последних не было пригласительных, зато энтузиазм полыхал через край и порой это приносило результат для тех счастливчиков, кого охрана сочтёт достаточно молодым, симпатичным и богатым, чтобы пропустить в клуб для создания массовки.

Я не спешила присоединяться ни к первым, ни ко вторым и уже привлекла к себе достаточно внимания, в том числе одобрительно-оценивающие взгляды тех охранников, кто отвечал за подбор массовки, но тут со спины на мою талию легла горячая мужская ладонь и хрипловатый баритон взбудоражил мои нервные окончания:

- Превосходно настолько, что просто нет слов. Узнал тебя только по волосам. Готова?

- Конечно. – Я повернула голову к Ортего, который сменил джемпер на белую рубашку с вызывающе не застёгнутыми тремя верхними пуговицами и закатанными до локтя рукавами, и ласково улыбнулась. – Вам идёт этот образ бунтаря.

- Предлагаю оставить субординацию снаружи, - белозубо улыбнулся эльф, склоняясь ко мне ближе, словно для поцелуя… И действительно крепко целуя в губы на зависть многим мужским особям, следящим за нами. – Никаких «вы». Согласна?

Ничего не ответив, я провела самым кончиком языка по его губам, заговорщицки подмигнула и потянула эльфа за собой. Сегодня я вышла на охоту…

Жертв будет много.

На входе нас пропустили без единой заминки, пригласительными я махнула ещё за полтора метра до носа охранника, глянув так проникновенно, что нас не стали досматривать. Тут вообще мало кого досматривали – всюду рамки и камеры, а охраны столько, сколько нет даже у президента. В то же время хозяину клуба лучше прочих известно, что профессионалы никогда не носят с собой оружия. Они сами – оружие. Поэтому досмотр тут скорее формальность для неугодных, и я далеко не единственная, кто вооружен чем-нибудь экзотическим и нестандартным.

Короткий коридор – и первый зал, самый приличный и самый большой. Уютный полумрак, самая современная музыка, официантки в кокетливой, но не вызывающей униформе, пока что полупустые столики у стены и на широком балконе (основной наплыв в клубе происходил к полуночи), роскошная барная стойка с бутылками всех форм и содержимого, профессионалы-бармены, красиво оформленный танцпол в центре, затем эстрада, где совсем скоро начнут выступать приглашённые звёзды – здесь отдыхали те, кто ничего не знал об истинных пороках «Спектра». Либо, наоборот, знал, но уже устал, и приходил в клуб ради престижной галочки в ежедневнике.

Во второй зал пускали далеко не всех, но и туда мы проникли без проблем – охранник не посмел отказать эльфам. Здесь воздух был капельку слаще и тяжелее, официантки щеголяли топлес, в нишах за плотными занавесками стояли мягкие и очень удобные диванчики, в вазочках лежали конфетки-экстази вперемешку с презервативами, а в меню значилось всё, что можно было купить за деньги. Зал был несущественно меньше первого, но почти все столики уже заняты, а в центре танцпола на высокой тумбе-клетке извивалась в эротическом ритме танцовщица гоу-гоу, одетая лишь в краску, туфли и минималистичные трусики. У дальней стены сиял всеми цветами радуги магический водопад из мыльных пузырей, стекая в не глубокий бассейн, где уже резвились разгорячённые гости, пока преимущественно девушки.

Другие девушки, одна красивее другой, соревновались на танцполе в пластичности и сексуальности перед своими и не очень мужчинами, поражая воображение нарядами, украшениями и макияжем. Я же утянула Ортего первым делом к бару, где с ходу заказала два крепких коктейля и уточнила у душки-бармена, когда начнётся основная программа и с кого.

Как я и предполагала, звёзд между двумя залами поделили поровну, но совершенно не по-честному, и именно здесь будет происходить всё самое сочное и трендовое.

Кроме двух общедоступных залов в клубе имелись и иные апартаменты, но там нам сегодня делать нечего: наша цель не главы кланов, отдыхающие по высшему разряду в ласковых лапках гейш, а их безалаберные отпрыски, друзья-прилипалы отпрысков и глупенькие любовницы-однодневки, которые порой слышат куда больше, чем следует.

Но пока у нас есть около двух часов, чтобы просто расслабиться и влиться в атмосферу клуба. Легко и непринуждённо.

- Потанцуем? – Я без лишней спешки допила свой коктейль, дозы которого как раз хватило, чтобы зажечь мои глаза внутренним огнём свободы и азарта, и без лишних уговоров потянула комиссара за собой.

Он не сопротивлялся. Ему было интересно.

А я просто охотилась.

В последние годы я редко танцевала, но это всё равно что езда на велосипеде – однажды научившись, не разучишься никогда. До своего отречения я обучалась танцам у лучших преподавателей Леса, но сейчас не спешила показывать окружающим мастер-класс. Бальные и светские танцы совсем не то, что стоит повторять в клубе, так что отбрасываем прочь классику, снимаем с себя официальщину, плюём на чёткую последовательность и оставляем только природную грацию и изящество. Я не двуликая, чтобы брать животным магнетизмом, и даже не орчанка, трогающая за душу самобытностью. Во мне нет человеческой милой неловкости и вампирской томности.

Я – дитя Ночи.

А ночь порой таит в себе очень большие секреты.

Недосказанность,