Вечер медведя - Шериз Синклер

Женевьевой не повредила связи между однопометниками, они с Беном хорошо устроились бы в стабильной жизни, к которой оба стремились. Ни один из них не вырос, чувствуя себя в безопасности. Райдер поморщился. Его отец переезжал с территории на территорию, от женщины к женщине. Отец Бена был психически нездоровым — параноиком. Будучи молодыми мужчинами, они с Беном разделяли мечту о постоянном доме, но Бен осуществил ее.

Он сделал еще один глоток пива. Клянусь Богом, он был глупым юнцом, и его урок был суровым. Теперь он знал, что жить не с той женщиной гораздо опаснее, чем не иметь ее вовсе. Уставившись на пламя, он поднял бокал и тихо произнес:

— За тебя, Женевьева, за худший год моей жизни и за величайший подарок, который может получить мужчина.

— Звучит как противоречие, тебе не кажется, Зеб? — Зеленоглазый мужчина, устроившийся на диване напротив, был ростом около шести футов пяти дюймов, со светло — каштановыми волосами до плеч. Тонкие шрамы, очевидно, от драк с котами — оборотнями, покрывали его кисти. Как и у Бена, синий шрам в форме лезвия на одной скуле выдавал в нем Кахира.

Другой мужчина утвердительно хмыкнул и занял соседнее кожаное кресло. У Зеба, тоже Кахира, волосы и глаза были такими же черными, как у Райдера, но цвет его лица имел красноватый оттенок, характерный для смешанного индейского и американского происхождения. Воин был не только изуродован адскими шрамами, но почему — то создавалось впечатление, что он скорее убьет, чем заговорит.

— Кахиры. — Райдер чувствовал себя тупым, как гном. Привыкший жить с людьми, он забыл, насколько острым был слух оборотней.

— Добро пожаловать в Колд — Крик. — Первый мужчина наклонился вперед и протянул руку. — Алек Макгрегор. — Свет камина отразился от маленького значка у него на плече.

— Офицер полиции? — И Кахир, и полицейский? Он пожал ему руку, чувствуя силу и мозоли бойца.

— Шериф, — легко поправил Алек. Он ухмыльнулся. — Этот самец — Зеб Дамрон. Он и его брат управляют «Гостевыми домами». Имей в виду: Зеб болтает хуже голубой сойки. Он сразу тебя заговорит.

Свирепый взгляд Зеба должен был разрубить копа надвое.

Райдер подавил смешок над привычным юмором кота — оборотня. Бен предсказывал, что ему понравятся местные Кахиры.

— Райдер Ллуид. Брат Бена.

— Он упоминал, что вы переехали. — Алек оглянулся через плечо, привлек внимание официантки и поднял два пальца.

Не прерывая разговора с потрепанным пожилым оборотнем, барменша кивнула. Невысокая и приятно полногрудая, с густыми волосами орехового цвета, она была почти так же красива, как фигуристая гостья Бена.

Однако глаза Эммы были потрясающими — точь — в—точь цвета золотистого дуба. Он нахмурился. К черту все это, она бы его не привлекла. Одному из них нужно сохранить голову.

Отвлекшись от своих мыслей, он спросил Кахиров:

— Бен сказал, что количество адских псов стало больше на этой территории и практически повсюду. Как так вышло?

— Демонические псы всегда прятались в городах и охотились на людей. — Алек нахмурился. — Но сейчас в наших горах нарастает «поголовье». Проблема в том, что как только адская гончая учует запах оборотня, она больше никогда не насытится человеческой добычей.

В животе Райдера образовался осколок льда. Когда он был на территории Ренье, адская гончая ворвалась в дом оборотня и перебила всех внутри с такой жестокостью, что тела были неузнаваемы.

Мог ли он так рисковать? Что, если Минетта пострадает? И все же…

— Кажется, безопасных мест больше не осталось.

— Нет. Адские гончие теперь есть на всех территориях. — У Зеба был голос, как у плохо обслуживаемого грузовика, груженного гравием.

— Бен сказал, что ты учишь Кахиров сражаться с демоническими псами? — спросил Райдер.

— Да. У Зеба и Шея трое учеников. — Челюсть Алека сурово напряглась. — В этом районе учуяли адскую гончую, так что велики шансы, что они получат практический опыт с наступлением темноты Луны.

Райдер окинул взглядом шрамы на шее и лице Зеба.

— Когда Бен был избран Богом, чтобы стать кахиром, он получил дополнительный рост и мускулы. Женщины стекались к нему толпами — и я ему завидовал.

— В прошедшем времени? — спросил Алек.

— Я видел, чего это стоит. — Боль, шрамы, смерть. И все же он знал, что Бен и эти мужчины не скупятся на цену. Клянусь Богом, он гордился своим братом.

Пристальный взгляд Зеба остановился на чем — то позади Райдера, и в его темных глазах загорелось веселье.

— Это твой детеныш?

Райдер обернулся. Его застенчивая дочка пробиралась сквозь толпу людей, направляясь прямиком к нему. Он не смог сдержать улыбку.

— О, да.

— Ну разве ты не милашка! — Седовласая женщина за соседним столиком протянула руку.

Широко раскрыв глаза, Минетта поспешила прочь от женщины, затем бросилась на Райдера, как крошечная ракета, ударившись о его колени.

— Моя Минетта. — С переполненным сердцем он взял ее на руки и уткнулся носом в щеку. — Ты в безопасности, котенок. — От страха она пришла к нему. Верила, что он защитит ее. Получал ли он когда — нибудь больший комплимент? Когда ее руки обвились вокруг его шеи, он обнаружил, что любовь — это нечто большее, чем просто чувство: она может разрастаться в груди так, что трудно говорить.

Усадив ее к себе на колени, он огляделся в поисках брата.

Медленно приближаясь, Бен нес Эмму на руках. Это зрелище вызвало у Райдера укол беспокойства.

Почему эта женщина должна быть такой хорошенькой? Все в ней — от шелковистых волос до гладкой кожи и мягких изгибов — привлекало мужчину. Он даже не был уверен, что она ему нравится, а ему хотелось прикоснуться к ней. У Бена не было ни единого шанса.

— Бен. Рад тебя видеть. — Алек поднялся, освобождая диван. — Клади ее сюда.

— Спасибо. — Бен опустил Эмму так, чтобы она прислонилась к подлокотнику дивана. Он положил ее правую ногу на подушки.

— Мне не нужен весь диван. — Она попыталась опустить ногу вниз. — Я могу сидеть как нормальный человек.

Он положил руку на ее здоровую ногу, легко удерживая ее на месте.

— Нет, дорогая. Просто оставайся на месте.

— Но…

Усмехнувшись, Бен взъерошил ей волосы, словно она была детенышем.

Из — за ее удивленного взгляда она казалась ровесницей Минетты, и Райдер усмехнулся. Но когда она обратила на него свои большие янтарные глаза — эти чертовски привлекательные глаза, — его веселье исчезло. Он кивнул.

— Эмма.

— Привет, Райдер, — сказала она с подчеркнутой вежливостью. Осторожность в ее голосе напомнила ему о том, как он повредил спину и как осторожно двигался, чтобы избежать болезненного мышечного спазма.

Мысль о