Одинаковые - Лоя Дорских

До дома я доехал в рекордные сроки, но и в квартире Паши не оказалось. Ещё раз сделал попытку позвонить, чуть не запустив телефон в стену, услышав голос автоответчика.

— Возьми себя в руки! — цыкнул сам на себя, пытаясь избавиться от охватившей меня злости.

В конце концов, с чего такие эмоции?!

Оторвал меня от внутреннего самобичевания хлопок входной двери. Одного взгляда на Пашу хватило, чтобы понять — брат в ярости, что бывает крайне редко.

Смотря на брата, я мысленно выносил одно предположение за другим, но все они крутились вокруг Леры.

— Ты чего такой взбешённый? — осторожно спросил, наблюдая, как Паша небрежно скидывает ботинки.

— Посмотрим, каким ты сейчас будешь! — рявкнул братец, заставив меня вздрогнуть от неожиданности, и прошёл на кухню доставая виски и два стакана. — Она развели нас как оленей!

— Кто?

— Лера с Верой! — разлив жидкость по бокалам, Паша взял один и отсалютовал мне. — Ну и с Инной! Куда же без неё!

Упоминание Инны с Лерой в одном предложении мне не очень понравилось. Особенно вкупе со словом «развод»! Но этого не может быть. Номера телефона Валерии у сестрицы нет. Значит, здесь дело в чём-то другом.

— Ты можешь нормально объяснить, что произошло? — начал терять терпение, пытаясь вспомнить, кто такая Вера.

В моём окружении была парочка девиц с этим именем, но, если с сестрёнкой их ещё можно было связать, то Валерия ни с кем знакома не была. Да и при чём тут развод? И кто это — олень? Да и при чём тут вообще я?!

— Помнишь, Игорь просил посмотреть их договор с ЧОПом? Ну, для клуба, который они с Дашей открыли недавно? — отпив, Паша выдохнул, начиная объяснять.

Правда, пока я всё равно связь не находил. Игорь — наш бывший одноклассник. Недавно женился и открыл вместе с супругой небольшой ночной клуб-караоке. Мы и на открытии были, желая начинающим бизнесменам процветания и толпы посетителей. Отец даже помогал им оформить разрешение на продажу алкоголя. И всё вроде шло неплохо, дело не то, чтобы процветало, но доход приносить уже начало стабильный.

Вот только с охраной у них вышла какая-то заморочка. То ли студентов им пригонять стали, то ли просто мужчин не того уровня, поэтому Игорь и звонил с просьбой посмотреть на договор и подсказать, есть ли возможность надавить на ЧОП с юридической точки зрения, и, если да, то как это всё правильно сделать и оформить.

— Ну, — кивнул, показывая, что помню, чтобы Паша продолжил.

— После того, как я навестил Леру, — имя девушки брат практически прорычал, вызывая у меня недоумение.

— Ей не понравились фрукты? — сделал предположение, заслужив ухмылку от Паши.

А что? Учитывая её отношение к флоре, легко могу предположить, что она и их решила закопать… Похоронить, как цветочки.

— Ну что ты! — саркастично протянул он. — Это мне не понравилась пентаграмма на полу и вешалка в виде черепа козла! И звук дверного звонка, кстати, тоже… — кивнув своим мыслям, братец снова отпил.

— Пентаграмма? — недоверчиво повторил за ним, беря в руки свой стакан. — А что не так со звонком?

— Он издаёт звук адского гогота, — на полном серьёзе ответил Паша. — Но сейчас не об этом. В общем, я приехал в клуб к Игорю, и с договором мы провозились дольше, чем я планировал. Но это даже хорошо. Это, я тебе скажу, прям провидение какое-то! Ведь, если бы я решил забрать договор на дом и оформить всё им дистанционно, мы бы не узнали про Веру! Так и ходили бы, как два…

— Ты меня пугаешь, — озвучил свои мысли, наблюдая, как братец подливает себе вискаря.

— Я ещё не начал, — отмахнулся он. — Так вот. На сегодняшнюю ночь клуб сняли две сестры, чтобы отпраздновать свой день рождения.

Паша замолчал, ожидая моей реакции.

— И? — выдал я. — Что здесь необычного?

Вот честное слово — меня больше напрягла фраза брата про пентаграмму и череп козла в квартире у Леры. Это дань моде, стилю, бунтарскому духу или стоит помочь девушке и подыскать хорошего психиатра? Судя по её эмоциональной нестабильности, больше склоняюсь ко второму варианту.

— Ничего, — брат достал из кармана телефон, что-то в нём пролистав и положив на стол передо мной. — Совсем ничего необычного. Видео включи.

Не скрывая скепсис, я нажал на кнопку.

Под негромкую музыку веселилась большая компания людей. Зал освещён плохо, лица не разглядеть, и я честно не понимаю, что Паша хочет, чтобы я здесь увидел. Да и точка обзора не очень — если я правильно помню, это небольшой балкон на втором этаже, на котором обычно Игорь технику на ремонт хранит.

Я уже готов был у него поинтересоваться, на что мне, собственно здесь смотреть, как на резко освещённую сцену вышла девушка в коротком белом платье, плотно облегающим фигуру, и взяла в руки два микрофона. Следом за ней поднялся высокий светловолосый мужчина. Один из микрофонов перекочевал к нему.

— Это Лера? — её я узнал практически сразу.

— Смотри, смотри, — хмыкнул брат, медленно катая по столу свой стакан.

«Вера!» — крикнула в микрофон Лера, всматриваясь в толпу. — «Иди сюда! Костя речь заготовил!»

Из зала послышались выкрики, но из-за фоновой музыки и общего гула, понять ничего было нельзя.

«Кость, ты слышал?» — Лера обернулась к блондину, поцокав языков. — «У неё ножка болит!» — развернувшись обратно к толпе, девушка продолжила. — «Кто-нибудь, отнесите сюда Верунчика! Она пока сама доковыляет три года пройдёт… Нет! Юра, фу! Кто-нибудь кроме тебя! Ты её не донесёшь ведь! Грохнитесь по дороге!» — выслушав ответ, Лера закатила глаза. — «Нет родная, это не потому что ты толстая! Это, потому что Юрке надо подкачаться!.. Инна! Соколова! Возьми её туфли, пожалуйста и ударь ими Стаса! Пусть исполнит свой долг и принесёт нашу золушку!»

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​«Главное, чтобы в полночь золушка в тыкву не превратилась!» — прокомментировал в свой микрофон блондин, с усмешкой смотря на Леру.

Весь этот диалог сопровождался смехом собравшихся. А вот мне было не смешно. Особенно стало не до смеха, когда на сцене показался брюнет, несущий на руках… ещё одну Леру! Идентичные причёски, одинаковые платья и лица… Твою мать!

— Близняшки?! — выдохнул я, наблюдая как следом на сцену поднялась Инна (чтоб её!), посмеявшись с девушками о чём-то без микрофона, она дала второй Лере туфли, которые несла в руках.

«Мораль сей басни такова,» — произнёс