Мой лучший худший друг - Дарья Скачкова

— Что ж, надеюсь мы с ним не пересечемся, — взяла я себя в руки и решила придерживаться второго варианта.

Когда я зашла в студию, увидела паренька лет 15-ти, чего совсем не ожидала видеть, потому что думала, что Кайн не так быстро найдет себе клиентов. Этот паренек играл какую-то забавную мелодию и зациклился на одном моменте, пытаясь найти нужный аккорд.

— До, ре диез, фа диез, ля — прокричала я ему со входа ответ на то, что он искал.

— Действительно! Но как? — сказал он, не понимая каким образом я так быстро сообразила, какой аккорд там будет красиво звучать.

— А это уже секрет, — улыбнулась я и подмигнула ему.

— Так поделись своим секретом, — резко влез в наш разговор Кайн, который незаметно стоял в дверном проходе рядом с этим мальчишкой.

— Кайн?! — тихо произнесла я его имя.

— Вижу, ты все-таки решила продолжить нашу совместную работу, — сказал он.

— Нет. Вообще-то я тут кое-что забыла. Маленький листочек. Нигде не видел?

— Мне хочется знать. Что я значу для тебя? — спросил у меня Кайн.

— Что? — совсем запутались мои мысли в голове от такого неожиданного вопроса, который сейчас был совсем не к месту.

— Мне любовь нужна твоя, — сказал он без лишних эмоций.

— Что ты несешь? Кайн! Я ничего не понимаю, — взбунтовалась я, одновременно чувствуя дрожь в теле.

— Я боюсь, что не поймешь ты желаний моих.

Тут я совсем потеряла связь с миром и просто пыталась понять: «Что здесь вообще происходит?». Простояв молча и не моргая около минуты, до меня дошло, что Кайн просто издевается надо мной:

— Ты! Мерзкий шутник! Отдай мне мой лист!

— Ха-ха-ха! Я уж было подумал, что ты и к концу куплета не догадаешься, что это были не мои слова, а твои, — начал насмехаться надо мной Кайн, после того, как подшутил с помощью текста, за которым я сюда изначально шла.

— Отдай мне его!

— Отдать что? Этот листочек? — снова в шутку сказал Кайн и поднял руку с листиком вверх.

Я пыталась дотянуться до него, но Кайн был слишком высоким, а его руки слишком длинными. Мой нос упирался прямо в его грудь, от которой нереально вкусно пахло. Прислоняясь все ближе к нему и стоя на одних лишь носочках, я быстро потеряла равновесие и завалилась на эту громаду.

— А могла бы просто спокойно попросить меня, и я бы отдал тебе этот несчастный кусок бумаги, — прохрипел Кайн, лежа на полу.

— Твоя спина! — вздрогнула я, представив каково сейчас его спине, которая соприкоснулась с плиткой, лежавшей на полу, без всякой нежности.

— Бывало и лучше, — улыбнулся он, пытаясь скрыть на лице то, насколько ему было больно.

Я резко выпучила глаза, понимая, что лежу прямо на нем, схватила свой листик, и встала.

— Я что? Недостаточно мягкий?

— У тебя не то что бы живот твердый, у тебя характер как двухметровый валун, Кайн Китлер, — сказала я, после того как ощутила его крепкую мышечную массу с помесью грубых шуток.

— Постой, не уходи. Тебя тут хотят кое о чем попросить, — сказал он мне.

Я молча повернулась и ждала очередной безумный план Кайна.

— Итан сразу понял какая ты умная и хочет, чтобы ты научила его музыке, — сказал он будто с сарказмом, затыкая рот того паренька, сидевшего за фортепиано, и слегка подмигивая ему.

Я более презрительно продолжала смотреть на них.

— Да. Кайн прав. Я давно уже ищу себе учителя, который сможет полностью раскрыть мои музыкальные таланты, — спокойно сказал тот паренек, постоянно переводя свои глаза на Кайна.

— И с чего ты взял, что я вообще смыслю в музыке? Не говоря уже о том, что я могу кого-то обучить…

— Кайн много о вас рассказывал…

— Ах, значит Кайн рассказывал! Ты конечно прости, но Кайн мог тебе рассказать много несуществующих фактов обо мне, потому что у него слишком развитая фантазия. И я вовсе не играю…

— Я знаю. Но все же прошу вас. Будьте моим наставником, — продолжил упрашивать меня этот паренек.

— Как минимум, если б мы занимались не в этой студии, я бы еще подумала над этой затеей. Но здесь я находиться не хочу, поэтому извини.

— Умоляю! — встал он со стула. — Хотя бы один раз в неделю. Если я захочу заниматься чаще, мы выберем еще какую-нибудь другую студию, обещаю.

— Другую студию? В таком случае, я еще подумаю над этим, — сказала я, видимо дав этими словами ему большую надежду.

— Спасибо! Спасибо вам большое! Надеюсь, вы примете правильное решение, и этот раз не станет последним, когда мы с вами виделись.

Я улыбнулась ему и ушла домой, чтобы дальше продолжать разбирать весь свой домашний хлам. Спустя неделю я вернулась в студию, взвесив все «за» и «против» работы с этим парнишкой.

— Это вы! Я знал, что вы вернетесь! — обрадовался Итан, увидев меня.

Кайна я не видела и подумала, что в студии его нет, поэтому сразу же решила обсудить свои условия с Итаном:

— Привет. Я почти всю неделю думала, как нам лучше будет поступить, и… идеальным вариантом было бы, если б мы занимались тут с тобой, когда Кайна нет на месте, — аккуратно намекнула я ему о своих предпочтениях.

— Если вы так хотите… я попробую договориться с ним. И обещаю, я не подведу вас, — сказал он.

— Так все-таки проблема во мне. Ты настолько сильно не хочешь меня видеть, — внезапно услышала я голос Кайна, который вышел из своего кабинета и стоял в дверном проходе, сложив свои руки на груди.

— О нет, — шепотом сказала я, стянув все на своем лице.

— И за что только ты меня так ненавидишь? — вышел он и посмотрел на меня, задав вопрос, будто со стеклянными глазами.

В тот момент я не знала, что сказать ему, потому что и сама не до конца понимала, почему он мне настолько ненавистен. Я просто стояла и продолжала смотреть на него, почти что не моргая.

— Хорошо. Можете начинать работать без меня, — твердо сказал он и вышел из студии.

У меня даже немного заиграла совесть и было не совсем приятно, что он услышал наш с Итаном разговор и ушел таким расстроенным.

— Все хорошо? Мы можем начать заниматься на следующей неделе, — сказал Итан.

— Нет, все нормально, начинай разминаться.

— Просто вы выглядите грустной, хотя Кайн ушел, как вы и хотели.

Я повернулась и посмотрела на него:

— С чего ты взял, что я грущу?

— Ну, просто я предположил, что вы обиделись сами на себя, а