Северное сияние моего сердца - Вуди Добковиц

топ из хлопка с отложным воротником и накладными карманами, джинсовые шорты, где края задних карманов подчеркнули красно-белыми лентами, выполненными в этническом стиле, а искусственно созданные потертости на плотном хлопке поддержали необработанным срезом брючин, короткая белая джинсовая юбка из хлопка, очередное черное платье в складку лишь с одним плечом, текстильные босоножки из гладкого угольно-черного сатина украшенные крупными прозрачными кристаллами, где один из узких ремешков застегивается на щиколотке миниатюрной пряжкой.

— Пожалуйста, Франция давайте на этом закончим. Вы и так купили мне очень много вещей.

— О, нет, Россия. Это еще не все!

— Но на улице уже потемнело. Как же ваш благотворительный вечер будет проходить без самого хозяина?

— Не говори ерунды! Времени у нас пока что достаточно! Скоро приедет Мак, чтобы забрать наши с тобой покупки. Так что можно себе позволить еще немного потратиться.

Русская давно потеряла счет времени с этим французом. Она больше никогда на свете, ни под каким предлогом, не пойдет с ним по магазинам. Когда телохранитель россиянки приехал их забрать, Франция уже успел купить ей пару кроссовок, туфель и сапогов разных цветов, несколько блузок, свитеров, футболок и джинсов, шелковых и вязаных шарфиков и перчаток, парочку шляпок и миленьких шапочек, а также новенький бежевый плащ. Через силу он смог уговорить девушку взять пару юбок, платьев различных фасонов, три кожаных сумочки, духи с цитрусовым ароматом и самое неожиданное — нижнее белье самых разных видов. Нет, мужчина не совсем с ума сошел, чтобы выбирать ей белье. За него это сделали консультантки, помогая России подобрать правильный размер и цвет.

— Мсье, я постараюсь вам вернуть все до копейки, как только мне начислят зарплату.

— Ты хочешь меня обидеть, дорогая? Забудь о ценниках. Все страны мира в огромном долгу перед тобой.

И вот уже еле стоящая на ногах русская медленно подошла к автомобилю, мечтая как можно скорее вернуться к себе в комнату и немного отдохнуть.

Когда россиянка раскладывала свои покупки в шкаф, ее мобильный телефон издал противный писклявый звук на всю комнату, заставляя девушку оторваться от своего важного дела.

«Россия-тян! Привет! Как твои дела?»

Япония решила долго время не тянуть и написать своей новой подруге, чем очень обрадовала русскую. Быстро ответив на сообщение, она предложила японке позвонить друг другу, на что та радостно согласилась.

— Россия-тян! Меня слышно? — Раздался в трубке веселый голос Японии.

— Да, конечно.

— Ура! Я так рада! Где ты сейчас? Что делаешь?

Быстренько рассказав ей всю неделю до мелочей, девушка попутно разглядывала свой обновленный гардероб, пытаясь выбрать какое-нибудь вечернее платье.

— Россия-тян, тебе очень повезло, что Франция-сан оказался рядом с тобой. Обязательно надень что-нибудь из новеньких вещей. Я уверена, что на сегодняшний вечер у тебя огромный выбор!

— Да. Но одеться красиво — это полбеды.

— Кажется, я догадываюсь, о чем ты. Не умеешь пользоваться косметикой?

Тихий уставший вздох послужил для японки, как знак согласия.

— Не стоит так беспокоиться, Россия-тян! Я тебе все расскажу. Сфотографируй свое платье, что ты наденешь на этот вечер, и всю косметику, что у тебя есть, и пришли мне.

— Я не думаю, что это хорошая идея…

— Не надо бояться! Знаешь, что… Забудь про фотографии. Включай видеосвязь! Так будет намного удобнее, и я смогу тебя проконтролировать.

— Хорошо, как скажешь…

Нажав на своем телефоне нужную кнопку, первое, что она увидела — радостное лицо Японии, что уже изнемогала от желания помочь россиянке выглядеть на все сто.

— Ну же! Скорее покажи, что тебе Франция-сама купил!

Тихо усмехнувшись, Россия повернула камеру в сторону шкафа, который уже трещал по швам от такого количества одежды. Возгласы восторга японки, заставили ее подумать, что не так уже и плохо пройтись с французом по бутикам. Обычно русская у себя на родине приходила в самый первый попавшийся магазин и покупала только практичные вещи. Она никогда не считала, что красивая блузка или обычные джинсовые шорты придадут ей столько приятных чувств. Теперь-то россиянка понимала своих сестер, которые могли провести у зеркала, разглядывая свои наряды, целый день.

— Стой, стой! Вот это! Надень его! — Кричала Япония, когда девушка показала ей длинное насыщенного пурпурного цвета платье с кружевами, что украшали его подол и рукава.

— Ну, не знаю. Не слишком открытое для такого серьезного мероприятия?

— Самое то! Я теперь даже знаю, как тебя накрасить. Показывай косметику.

Японка никак не ожидала, что у подруги будет такая огромная косметичка.

— Россия-тян. Ты ограбила магазин? Откуда у тебя столько…

— Это все подарки. В основном от сестер, но тут также есть несколько вещиц от братьев и Германии.

— И ты ими не пользовалась?

— Ну, только гигиенической помадой, если губы обветрятся.

— Кошмар! Тут столько косметики дорогих брендов! Я уверена, что у половины истек срок годности. Какое расточительство!

По требованию Японии, Россия перебирала эту небольшую горку из помад, блесков, теней, откладывая в сторону уже давно просроченные вещи.

— Вот так. Теперь можно и поработать. Садись за стол и поставь возле себя небольшое зеркальце. Сейчас будем делать из тебя Золушку!

Выпустив очередное кольцо дыма изо рта, США скучающим взглядом разглядывал стоя на балконе уже в который раз окрестности Кап Мартене.

Его дорогой дядюшка и коммунистка лишь недавно вернулись со своего похода за покупками. И сейчас Франция был по уши занят, подготавливая виллу к приходу гостей, а с русской и его папашей ему и пересекаться не хотелось. Он уже пересмотрел все фильмы, какие только у него были, победил во всех своих играх и даже подготовил костюм к вечеру. И теперь Штаты просто изнемогал от безделья.

— Smoking again.* — Раздался у американца за спиной, такой ненавистный ему голос.

— И что? Снова отчитывать будешь?

— Нет.

Парень чуть не подавился дымом, услышав это слово от Великобритании. С чего это вдруг он не ругает США? Неужели что-то задумал? Или может, заболел?

Англичанин, в сопровождении удивленных глаз своего сына, спокойно подошел к нему и, облокотившись о металлические перила балкона, уставился куда-то вдаль, словно пришел сюда только ради пейзажа.

— Зачем приперся сюда, старикан?

— Не такой уж я и старый, США.

— Ты не ответил на вопрос.

— Хорошо. Если я скажу, что просто хочу побыть рядом со своим сыном, ты мне поверишь?

— Нет. С чего это я вдруг должен тебе верить?

— А почему нет? Я тебя хоть раз обманывал?

Действительно, Штаты помнил, что его отец часто отчитывал или наказывал своих детей, но зато никогда им не врал.

— No.* Но твои вечные упреки выводят меня из себя!

— США, я это