Я верю в любовь - Айрис Оллби

Она тихо лежала в его объятиях. Двигаться не хотелось.

– А разве тебе не нужно возвращаться в город? Тебя, наверное, ждет работа?

– Ты что, шутишь?

В его голосе было столько удивления и негодования, что на губах женщины появилась счастливая улыбка. Она желанна. Конрад так хочет ее, что даже не помышляет об отъезде.

– Может быть, покатаемся на катере?

– Прекрасная мысль.

Он взглянул на часы и убедился, что уже очень поздно.

–

– Вот чудесно!

Когда они шли к реке, Мария спросила:

– А здесь часто бывают грозы? Такие, как этой ночью?

– Грозы? Да, довольно часто, – улыбнулся Конрад. – Но такой, как в эту ночь, не было ни разу.

– Правда?

– Этой грозы я никогда не забуду, – ответил он, глядя ей в глаза. – И ночь особенная, и ты необыкновенная.

Лицо ее светилось радостью, глаза искрились весельем.

– Ты сегодня другая.

– Так я и есть другая!

– Ну, давай отчаливать. Сегодня матросом будешь ты.

Должность оказалась необременительной – только когда они решили пристать к берегу у какого-то городка, матросу пришлось спрыгнуть на берег с канатом, чтобы закрепить катер. В маленьком кафе они заказали горячие лепешки, козий сыр, салат и бутылочку вина.

На обратном пути остановились у лавки, где продавались плетеные корзины, циновки и шляпы. Конрад купил ей легкий изящный головной убор из соломки.

– А то еще получишь солнечный удар. Волосы Мария сегодня не завязала в пучок. Они падали на плечи буйными локонами. Женщина надела шляпку и замерла, уперев руки в бока в вызывающей позе.

– Ну как?

– Очень соблазнительно.

Тесная улочка вывела их на рыночную площадь. Рынок был маленький, но оживленный. Они купили себе еды, бутылку вина и вернулись на катер.

Поплыли вверх по реке. Конрад стоял у руля, а Мария сидела рядом на широкой скамье. Если попадался прямой отрезок реки, а рядом не было других судов, капитан пускал к рулю матроса.

На какое-то время Мария забыла о разделяющей их пропасти, о богатстве и положении наследника винной империи Баго. Всего несколько дней назад она была одной из его служащих. Он – важным клиентом. А вчера ночью они стали просто мужчиной и женщиной. И все вновь повторится сегодня, совсем скоро.

Но она не должна забывать о том, что это всего лишь краткая связь. И ничего больше. Каким бы ни было незабываемым физическое наслаждение, она не может допустить иных чувств, кроме благодарности и дружеской симпатии.

Причалили среди открытых полей, подальше от жилья, чтобы никто им не мешал. Приготовили ужин, поели, выпили вина. Любовники не торопились, каждый знал: впереди – ночь любви. Полюбовавшись великолепием заката, они задернули занавески.

На этот раз Конрад сделал то, о чем мечтал накануне, – сам раздел ее, медленно, с наслаждением освободив от одежды, а затем позволил раздеть себя. Этого ей еще не приходилось делать.

Они опустились бок о бок на край узкой постели, целуя и лаская друг друга. Мария открыто и бесстыдно упивалась красотой его нагого тела. Покрывая поцелуями лицо возлюбленной, он осторожно опрокинул ее и наклонился над ней.

Несколько мгновений мужчина смотрел на женщину, любуясь ее глазами, полными страсти, приоткрытыми в предвкушении поцелуя губами, шелковистой горячей кожей, красивой грудью. Мария услышала его прерывистый шепот:

– Ты создана для любви, моя радость.

Закрыв глаза, она почувствовала тяжесть его тела и присоединилась к чудесному ритму любви. Возбуждение их нарастало, они будто превратились в одно целое и одновременно достигли вершины страсти. Потом все повторилось снова.

Мария уже погрузилась в сон, но Конрад своими поцелуями разбудил ее, и она из глубин сна сразу же попала в водоворот страсти.

Наутро любовники проснулись под шум волн, которые легко покачивали катер. Они лежали, тесно прижавшись друг к другу. Пошевелив рукой, на которой покоилась голова Марии, он улыбнулся тепло и нежно.

– Доброе утро, спящая красавица! Я жду…

– Чего ты ждешь? – удивилась Мария.

– Как чего? Ведь я вчера показывал тебе единственный способ удачно начать день.

Женщина засмеялась и потянулась к нему…

После завтрака Конрад откинулся на спинку сиденья.

– Ты знаешь, мне ничего не хочется делать.

– Удивительно, что ты вообще можешь двигаться, – сказала Мария, воздавая должное его темпераменту.

– Кстати, ты ни о чем не хочешь мне рассказать?

– О чем?

– Ты прекрасно поняла о чем. В тот первый раз ты сказала, что нервничаешь после долгого одиночества. Но все не так просто, да? Ведь была еще какая-то причина?

Она долго молчала. Ну зачем этот вопрос!

– Конечно, была причина. Прости, что в первый раз я все испортила.

Пристально глядя на нее, Конрад сказал:

– Ты вела себя так, словно рядом с тобой какое-то чудовище.

– Прости, – прошептала она.

– Хорошая моя, я вовсе не жду извинений. Я боялся причинить тебе боль и был очень осторожен. Но твоя реакция привела меня в ужас. Когда меня разбудила гроза и я обнаружил, что ты исчезла… Сумасшедшая! Отплясывала какие-то дикие танцы нагишом под проливным дождем.

– Ты, наверное, подумал, что я свихнулась,

– Конечно. Но когда ты меня поцеловала, я понял, что ты попросту напилась.

– Я хорошенько хлебнула бренди, – призналась Мария.

– Я так и понял.

Она с укором взглянула на него.

– Ты хочешь сказать, что способен на низость – воспользоваться тем, что женщина выпила лишнее?

– Если алкоголь действует на женщину так, как на тебя, то да, да и еще раз да, – прозвучал мгновенный ответ.

Мария расхохоталась, но потом вновь погрузилась в задумчивость.

– Конечно, я была пьяна, но не алкоголь так на меня подействовал. Гроза!

Конрад смотрел на нее, ожидая, что она все же ответит на вопрос. Мария прикусила губу и покачала головой.

– Прости. Я не хочу об этом разговаривать. Не сейчас. Не здесь. Эти два дня были настоящим праздником. Давай не будем все портить.

– Ты не доверяешь мне, Мария?

– Доверие тут совершенно ни при чем. Конрад, к тебе это не имеет никакого отношения. Я просто хочу об этом забыть, вот и все.

– Извини.

Жаль, но между ними пробежал холодок. Мария поспешно вскочила и стала собирать со стола посуду.