Не играй по их правилам - Дарья Феценец

От предательства отца разрывалось сердце. Как можно было жить так много лет? Быть настолько слепой? Люди так и умирают с этими мыслями с чувством беспомощности.

В голове опять прозвучал звук выстрела и я очнулась по середине дороги. Я поняла, что бежала прочь от клуба как можно дальше.

Когда действие адреналина начало заканчиваться, сердце попросту сдулось, как спущенный воздушный шар и остановилось.

Сил больше не было и я свалилась на обочине дороги. Трясущимися руками достала телефон и набрала номер единственного человека про которого я точно знала хоть какую то правду.

— Пожалуйста. Забери меня — взмолилась я.

— Женя? ЖЕНЯ где ты?!! — закричал Иван. — Я еду, не ложи трубку. Слышишь? — встревоженные крики доносились на том конце телефона, но я уже не могла говорить. Мне казалось, что я нахожусь где то по середине, между сегодня и вчера. Что это все не могло случиться со мной… с нами.

Тело стало таким тяжёлым, глаза закрылись сами по себе.

Почему то стало так хорошо.

Провалиться в небытие, где ничего не болит: ни колени, ни сердце, ни душа.

Тёплые объятия окутали меня, как одеяло.

Такой знакомый, такой родной голос шептал мне:

— Тише, тише милая. Все хорошо. Я рядом. Я держу тебя.

И я верила ему, верила каждому слову. В безопасном умиротворении я провалилась в сон.

Вырванная из безопасного мрака, я испуганно дёрнулась, напряглись все мышцы в теле, но тут же снова расслабилась устраиваясь поудобней в чьих-то уютных объятиях. На секунду я позволила себе побыть еще немного в забвении.

Я аккуратно начала шевелиться и Иван опустил меня на диван, а сам сел рядом.

Он пристально посмотрел на меня. Бережно, как-будто сам боялся своих действий, дотронулся до моей щеки. Ладонь ощущалась большой и грубой, но такой тёплой и родной. Потом он молча достал аптечку сел передо мной на колени и осторожно начал обрабатывать мои раны. Я опустила взгляд на мужчину, он был безумно зол: зжатая челюсть и безумный взгляд подтвердили мои наблюдения.

— О чем ты только думала? — тихо спросил он.

— Я просто хотела помочь — так же тихо ответила я.

Иван поднял голову и вопросительно посмотрел на меня.

Конечно я не собиралась пока ему ничего рассказывать. Сначала я должна поговорить с отцом. Все таки это очень громкое обвинение.

Успокаивала сама себя, хотя в душе уже знала правду.

В момент осознания внутри будто кто-то нажал спусковой крючок и сдерживаемые слёзы полились по моим щекам.

— Но я ничего не узнала. — сквозь всхлипы сказала я.

— Ничего. Всё хорошо. — успокаивал меня Иван. Он конечно видел, что я вру и что- то скрываю, но не стал давить и расспрашивать. Вместо этого он взял мое лицо в ладони и большим пальцем стал вытирать слезы.

— Я чуть сума не сошёл, понимаешь? — тихо спросил он прижавшись своим лбом к моему. — Ты сводишь меня с ума и я не знаю как мне избавиться от этого.

Иван наклонился и поцеловал меня в губы. Поцелуй был осторожный, нежный, но когда я издала стон он углубил поцелуй проводя по моим губам языком. Голова закружилась, руки вспорхнули вверх утопая в волосах мужчины.

Иван рыкнул и перевернул нас, накрывая меня собой. Его руки скользнули по телу и я услышала стон, свой, это подстегнуло его. Он забрался под платье и добрался до груди, нежно сжимая ее, я выгнулась под его ласками. Я не собиралась его останавливать. Я чувствовала что хочу его, хочу подарить этому сильному, честному, храброму мужчине свое сердце и тело.

Когда он вошёл в меня я зажмурилась от резкой боли.

— Женя? — с тревогой позвал Иван, — почему ты не сказала?

— Все хорошо — успокоила я его. — Просто подожди. Иван напрягся всем телом, но не двигался. Через пару минут, я поняла что боль уходит.

Я поцеловала его отогнав все сомнения, вложив в этот поцелуй всю свою нежность и доверие.

Он ответил с умопомрачительной отверженностью на мою безмолвную мольбу. Его нежные руки без устали исследовали моё тело, его мягкие губы целовали меня проникая в самую душу. Я отвечала ему с тем же пылом и прижималась к нему ещё ближе. Я хотела раствориться в нем, раствориться в страсти и забыть все что было.

Я снова и снова сгорала в ощущениях, что бушуют глубоко внутри меня. Подходя к пику блаженства мы вместе рассыпались на множество осколков.

Лежа в крепких объятиях и чувствуя себя самой счастливой на свете я кое — что поняла…

Никто не может дать точного определения этому волнению, дрожи и невозможности оторвать глаз от единственного мужчины. Я осознала, что я люблю его. Люблю мужчину которого веду к погибели.

Глава 17. Любовь и прочие неприятности

Утро застало меня яркими солнечными лучами и тёплыми руками обнимающими крепко за талию. От тела Ивана исходил жар, но я не смела шевелиться, что бы не разрушить мгновение.

— Я слышу, что ты не спишь. — прошептал он мне в шею. От его голоса по всему телу побежали мурашки.

Он нежно поцеловал меня в местечко под ухом и я хихикнула. Потом Иван двинулся дальше прокладывая нежными касаниями путь к губам. Я растворялась каждой своей клеточкой в этих ощущениях.

— У тебя болит, что-нибудь? — между ласками промурлыкал он. Я резко открыла глаза и почувствовала как щеки покрылись румянцем.

Его безобидный вопрос застал меня врасплох.

— Ты ведь не злишься? Наверное я должна была сказать? — неуверенно начала оправдываться я.

На мои вопросы он только рассмеялся и поцеловал меня ещё глубже.

— Боже, Женя ты сведешь меня в могилу.

Как же он был прав, черт возьми. Его слова эхом отдались у меня в ушах и выманили на поверхность воспоминания вчерашнего