Не играй по их правилам - Дарья Феценец

Глава 19. Все тайное становится явным

Очнулась я в подвале, который находится на территории дома отца. Попытка открыть глаза принесла жуткую боль, она пронеслась и разлилась по всему телу. Голова сильно кружилась, меня тошнило было очень холодно и сильно болело лицо. Я аккуратно потрогала губу и поняла, что она уже опухла и на челюсти наверняка уже огромный синяк. Полумрак не давил на глаза, но давал плохой обзор.

Не выдержав новой волны головокружения я тихо застонала.

— Она очнулась — услышала я голос Павла.

— Ненавижу тебя- сквозь сжатые зубы процедила я.

— Ну что же ты так, милая, не пришла к любимому папе с хорошими новостями? — отец подошёл и поднял моё лицо взяв своей грубой ладонью за подбородок.

— Приходится волоком тащить мою примерную дочь в отчим дом — недобро хохотнул он.

Я дернула головой, высвобождаясь от его хватки.

— Ты идиот! — рассмеялась я.

Громкая пощечина заглушила мой смех. Я испугана уставилась на него.

— Не смей так со мной разговаривать! — прогромыхал криминальный босс, занеся тяжёлую руку для очередной пощёчины.

Я смотрела во все глаза, но больше не узнавала в этом человеке своего отца. Этого незнакомца я ненавидела всем своим нутром.

— Ты хотел его убить? Как убил его брата? Скажи! — закричала я как вне себя.

— Ты ещё слишком юнна и много не понимаешь. Иногда папе приходится делать не лучший выбор, но он необходим- спокойным тоном ответил он. — Скоро ты это поймёшь.

— Не трогай его! — взмолилась я.

Отец только хмыкнул на мои слова. Левой рукой он почесал подбородок, что то обдумывая. Глаза его в прищуре уставились на меня.

— Ты не понимаешь. — уже тише сказала я. Мне хотелось умереть прямо тут от безысходности и горя, но и это тоже было страшно. В голове только крутилась фраза Андрея Сергеевича «Не сдаваться!». Я должна бороться, но мне себя так жалко, жалко до истерики. Я никогда не выползу из этого угла, потому что, что-бы ни было дальше, будет только хуже!

— Я видела документы, если ты его убьёшь, то ты останешься ни с чем. Иван должен внести твоё имя в контракт, только после этого ты станешь полноправным владельцем корпорации. — я из последних сил пыталась достучаться до отца.

Я была готова на все. Пойти на любую страшную жертву! Я бы отказалась от единственной надежды обрести истинную любовь! Возможно, я никогда в жизни не оправлюсь от этой утраты! Но это уже не имело значения.

Отец посмотрел на Павла. Он молча подошёл ко мне и что — то вколол в шею.

Медленно но уверенно я начала уходить в небытие, глаза закрылись сами собой.

Беспокойный сон никак не хотел уходить из моей головы. Словно в лабиринте я пыталась найти выход. Спутанные мысли, никак не приходилмюи в порядок. И от этого было ещё больней на душе.

— Да просыпайся же ты, чёрт тебя возьми! — услышала я чей-то грубый назойливый голос, сквозь пелену, которая застилала мой разум.

Кто-то сильно затряс меня за плечо, пытаясь разбудить и привести в чувства. Отмахнувшись я опять постаралась забыться сном, но попытки разбудить меня не прекращались ни на одну секунду. Пронзающая острая боль заставила выйти из объятий ночного кошмара.

Сознание понемногу стало приходить в порядок, возвращаясь ко мне и я постепенно стала ощущать окружающий мир, сквозь шум в ушах различать голоса.

— Женя! Твою мать проснись же, — опять раздался у самого уха чей-то назойливый до тошноты голос. — Вставай, давай же!

Кто-то практически кричал мне прямо в ухо и снова тряс, стараясь разбудить и привести в сознание.

— Какого хрена? — ещё не придя полностью в себя, спросила я. Потрясла головой, разгоняя последние крупицы сна и хлопая от удивления глазами.

Передо мной на коленях стоял Артём.

— Слава богу! — воскликнул он. — Если бы с тобой что-то случилось он бы меня кастрировал, как пить дать. Давай же вставай.

Артём помог мне подняться на ноги. Я осмотрелась по сторонам и поток воспоминаний обрушился на меня с такой силой, что я опять чуть не рухнула, если бы не сильные руки друга.

— Сколько времени?

— Скоро рассвет — ответил Артём.

Передо мной стоял уже не весельчак и балагур.

Теперь его облик излучал уверенность мужчины, которому пришлось не только преодолеть множество значительных трудностей, но и познать боль утраты.

— Все плохо. Я должна помочь Ивану.

Лихорадочно я начала перебирать все варианты, последующих событий. У Ивана было время. Пока они его не убьют. Я должна что — то предпринять.

Силы были на исходе, поэтому я позволила себе опереться на плечо друга. Где-то на востоке всходило долгожданное в этом безумном и таком страшном мире ярко-красное, как кровь, солнце. Вокруг не было ни души.

— Я отведу тебя в машину и вернусь — сказал Артём, наблюдая за мной.

— Нет! — отрезала я. — Если Иван здесь, я должна найти его.

— Женя, я найду его! — твёрдо сказал Артём.

Я помотала головой внутренне борясь сама с собой.

— Ты не понимаешь- тихо всхлипнула я. — Я знаю этот дом, как свои пять пальцев, и для того, чтобы провести нас, мне не понадобится ничего, кроме собственной интуиции. — голос мой звучал увереннее, чем я себя чувствовала.

Я опустила глаза в землю.

— Женя? Какая твоя настоящая фамилия? — с тревогой в голосе спросил мужчина.

— Берсенева. — Я увидела облегчение в глазах друга. — Но это фамилия моей матери- тихо добавила я.

Артём медленно поднял на меня пистолет. В голосе не осталось не одной тёплой нотки.

— Говори! — потребовал он.

Я не собиралась плакать или умолять. Я видела, что он уже все понял, но требовал подтвердить догадки.

Я зажмурила глаза и на выдохе сказала — Мой отец Вагнер Олег Александрович.

Я боялась открыть глаза и посмотреть на