Каждая веснушка - Данир Дая

— А, так я для вас типа домашнего зверька.

— Никто так не говорит, Маш, — извиняясь говорил Артур, добавляя «пу-пу-пу».

— Давай без твоих «пу-пу». Достал. Иди к своей Амине.

— Да не нужна она мне!

— Подожди.

Роберт вышел вперёд, ближе к Маше, указывая Артуру, что сейчас всё решит. Он зашёл в квартиру Маши, закрывая за собой дверь. Их не было примерно пять минут. Изредка Артур и Ксюша могли услышать крик от Маши и спокойный голос Роберта. По итогу Роберт вышел, закрывая за собой дверь и облокачиваясь об неё со взглядом на тысячу ярдов.

— И что? — уточнил Артур.

— Ну, она собирается. Ты кольцо не выбрасывал?

— Нет, даже с собой взял.

— Славно. Ты теперь должен сводить её, своих родителей, её родителей в ресторан и объявить, что женишься на ней. Не благодари.

Усевшись в машину снова, они доехали обратно в свой двор, чтобы Маша и Роберт собрали вещи. Дома Роберта ждали родители, что вернулись с прогулки — когда они были вместе, а отец не уезжал на работу, часто выходили на вечернюю прогулку, а отец подмечал всё то, что успели отстроить. Повернувшись, они удивились, что когда уходили, то он видел третий сон, а как вернулись — дома была тишина, а сейчас он возвращается весь запыхавшийся и на своём уме.

— Ты чего, улым?

— Я уезжаю.

Роберт зашёл в свою комнату, оставляя родителей с ещё большим количеством вопросов, чем до этого. Отец зашёл на порог, смотря, как Роберт загребает вещи в сумку и ищет заначку, которую собирал на новый телевизор.

— Если тебя бандиты на счётчик поставили, ты скажи. Разберёмся.

— Что? — не понял шутки отца Роберт, но не стал отвлекаться, — Да нет. Мы с Ксюшей уезжаем.

— Уже романтическая поездка? — влезла в диалог мать.

— Нет, там нужно по-другому. Долго объяснять.

— Куда едете-то? — уточнил отец.

Роберта заставил задуматься этот вопрос — врать родителям он не мог. Не умел. Его всегда ловили на воровстве, особенно если это касалось алкоголя — там сдавала не только плохая актёрская игра, но и запах. Хотя один момент был, когда всё вывернулось боком, с тратой денег и больницей. Сейчас, с выдохом, зная, что придётся потратить на сборы много больше времени и нервов, он посмотрел искренне на родителей в надежде.

— Сарай-Куарт.

— Что?

— Всё будет нормально, — начал процедура убеждения, — со мной едут Артур и Маша, и ваша теперь любая Ксюша. Я не останусь один и не сяду за руль.

— Нет, это хорошо, — задумался отец, — но так ли ты сильно доверяешь ей?

— Доверяю. Ладно, не совсем. Но я думаю, что она хороший человек. Да и со мной Артём. Я туда и обратно. Честно.

Родители смотрели, переживая за своё чадо, которое раньше устроило им концерт. Но не могли запереть его в квартире — не в их принципах. Поэтому, смотря друг другу в глаза, общаясь телепатически, синхронно кивнули, приняв решение.

Хлопнув багажником, дважды дёрнув дверцу машины, Роберт залез в белый салон машины на заднее кресло, за Артуром, садясь рядом с Ксюшей, пока Маша недовольно сидела спереди. Только поменянные колонки тихо напевали плавающий хип-хоп девяностых, которые любил Артур. Роберт смотрел на Ксюшу, убеждаясь, что она более-менее успокоилась.

— Ты как?

— В порядке. Спасибо.

— Ну что? — обращался Роберт уже к Артёму, — Мы поедем?

— Правила: если едим в салоне — накрываете вокруг салфетки.

— Понял. — Роберт знал, что правило предназначалось именно ему.

— Каждый включает свою музыку на час.

— Зануда. — добавила Маша, что любила крутить только свой плейлист.

— И всегда быть на связи. И я знаю, что Роберт не имеет прав, Маша тоже, а я вам не личный водитель.

— Я взяла с собой права. — успокоила Артура Ксюша.

— Отлично. Надеюсь, что, когда я приеду, меня не придушит отец.

— А ты до сих пор его боишься? — язвила недовольная Маша. — Или боишься, что он Амине всё расскажет.

— Не начинай. Я ему скажу всё. Он поймёт. Ладно, поехали.

Артур переключил передачу, и они тронулись.

— Бисмелла, — шепнул Артур, добавляя громкость музыке.

Ночной город впечатлял своими красками, они действительно добавляли атмосферы серых амбалам, окружившим весь район. Тёплый свет тянулся за ними, как бы хотя поехать в такое путешествие с ними, но не способны были вырваться с места. Прохладный ветер поддувал, циркулируя в салоне, а музыка стучала в груди. Каждый уставился в разные стороны, удивляясь, как согласились на этот путь так быстро. Скоро таких поездок не будет — каждый уткнётся снова в парты, но уже не в классе, а в аудитории, слушая и изучая новые термины, о которых не задумывались, или даже не знали раньше, а друзей будет много больше. Каждый будет индивидуален, не ограничиваясь школьной формой, а пары можно проспать или прогулять в кафешке. Будет больше вечеринок, но и ответственности тоже — сейчас они вправду строят свою судьбу, даже если посередине пути поймут, что это не та дорога, который они хотели идти. Розовые очки треснут, а они переоценят свои ценности, где мир был чёрный и белый, а их мнение смешается в цвет дома, в котором они провели всю жизнь, а может и проведут остальную. Это будет позже, а сейчас — дорога. Короткий путь, на который они согласились каждый по своей цели. Согласились внезапно, не расчитывая. На утро у них были планы — как минимум выспаться. Но когда ещё перепадёт шанс?

Они выехали на главную дорогу города, что вытекает к шоссе, ведущее к Сарай-Куарту. Их путь займёт не больше десяти часов, если всё пойдёт по плану. Мимо них проезжали такси, такие же неспящие водители, что стремились домой, или от дома. Водители, что тоже сорвались с места, сами того не ожидая. Совершали рейс дальнобойщики, возящие из города в город пищевые продукты, подолгу разгружаясь на складах, либо металлы, что после сплавят для различных нужд. Колея проседала от обилия ежедневного потока, а редкие знаки подсвечивались. Они стремительно проехали сквозь немецкий район,