Неспортивное поведение - Рэйчел Ван Дайкен

Меня спасли любопытные взгляды людей вокруг нас, и когда мы добрались до примыкающего гаража, я поняла, что Миллер все узнает — это лишь вопрос времени.

Не потому, что я собиралась что-то рассказать.

А потому, что он знал меня.

Он все видел.

И если у меня продолжатся головокружения, как было недавно, он либо выбьет правду из Джекса, либо просто заставит меня пойти к доктору.

Не то чтобы это имело значение.

Я была здорова.

Совершенно здорова.

Мой же отец, с другой стороны…

Сегодня четверг. Я смогу увидеть его завтра.

Я схватилась за это обещание, словно от этого зависела моя жизнь.

Все будет хорошо, мне просто нужно заставить себя поверить в это.

ГЛАВА 10

МИЛЛЕР

— Он буквально висел на телефоне последние полчаса. — Санчес кивнул головой в направлении Джекса. — Чувак, знаю, это звучит безумно, но думаю… думаю, Джекс пишет смс-ки.

— Это определенно что-то вроде Армагеддона вселенских масштабов, — согласился я, закончив с поднятием штанги и спрыгнув со скамейки, освобождая место для Санчеса. — Он даже не закончил подъем.

— Джекс, — просипел Санчес, поднимая штангу со стойки, — не останавливается из-за всякого дерьма, ты же видел, как он тренируется. Словно его преследуют гребаные поедающие плоть зомби.

— Еще два. — Я на всякий случай подсунул руку под штангу. — Наверное, нам стоит украсть его телефон.

— Похоже, когда мы поднимаем штангу, мужик, то думаем одинаково, потому что я только что пытался найти способ взломать его пароль.

— День рождения.

Санчес закончил упражнение и схватил полотенце.

— Черт, мужик, это же Джекс. Ты действительно думаешь, что у него все еще день рождения в качестве пароля? Он не такой ленивый, как мы. — Мы оба посмотрели за спины, где в добрых трех метрах от нас стоял наш друг.

Джекс опустил телефон и улыбнулся.

— Он только что… — Санчес шлепнул меня полотенцем. — Он улыбнулся? Глядя на телефон? Ты это видел?

Я не мог поверить своим глазам. Джекс Ромонов писал сообщения какой-то цыпочке, и судя по выражению его лица, чертовски горячей цыпочке.

— Джекс! — позвал я. — Ты будешь заниматься?

— Ох. — Он закашлял в ладонь, положил свой телефон на пол, и медленно пошел ко мне. — Прости, просто я писал смс.

— Кому? — Улыбка Санчеса превратилась в ухмылку.

Джекс нахмурился и лег на скамейку, а я приготовился его страховать.

— Как насчет: это не твое чертово дело?

Джекс поднял штангу со скамейки и начал серию поднятий. Когда он сделал последнее, подошел Санчес и нажал на штангу, практически прижимая ее к груди Джекса.

Джекс застонал, пытаясь ее отпихнуть.

— Какого черта, чувак? — заорал он, его руки тряслись. — Ты пытаешься меня убить?

— Посмотрим, — усмехнулся Санчес. — Кому ты писал?

— Здесь два по двадцать, ты, засранец! — прошипел Джекс, его лицо покраснело.

Санчес присвистнул.

— Вау, мужик, я не знал. Это действительно тяжело. Не так ли, Миллер?

Я кашлянул со смешком.

— Определенно.

— Просто скажи нам, кому ты писал, и я сниму штангу.

— Это, это… — Джекс попытался пнуть Санчеса ногами, потерпел неудачу, сдался и хмуро на него посмотрел. — Я скажу ребятам из линии защиты, чтобы на следующей неделе они вас обоих вырубили, применяя любые способы.

Санчес зевнул.

Я вздохнул.

— Кто это?

— Ребята, вы что делаете? — закричала Кинси, подбегая к секции поднятия тяжестей с Эмерсон на хвосте. — Прекратите! Вы можете его убить! Здесь, по крайней мере, два по двадцать пять. Вы же знаете, что его максимум — всего лишь пятьдесят!

— С ним все в порядке. — Санчес надавил сильнее. — Плюс руки Миллера прямо под штангой, так что она никуда не денется, пока Джекс не скажет, кому писал смс.

— Какого хрена? Это, что, средняя школа? — Джекс закатил глаза.

— Писал смс? — глаза Кинс загорелись, и через несколько секунд она была рядом со мной. — Ты писал смс?

— Я постоянно пишу смс! — заорал Джекс.

Парень чересчур сильно напрягался из-за нескольких сообщений. Я бы поспорил на весь мой контракт, что он писал девушке. И просто хотел узнать, какой.

Эмерсон ухмыльнулась, стоя рядом с Кинси.

— Может, нам стоит просто взять его телефон и посмотреть?

— Неси его сюда. — Кинс протянула ей руку.

— Кинс, — голос Джекса был умоляющим. — Не смей.

— Ты запер меня в шкафу во время школьного бала, — сказала Кинси. Эмерсон с хлопком положила телефон в ее руку. — Я посмею в любое чертовое время, когда захочу.

— Поверить не могу в это дерьмо, — пробормотал Джекс.

— Серьезно? — Я посмотрел на Кинс. — Ты знаешь пароль каждого?

— Это ее дар, — вздохнула Эмерсон. — Она хакнула меня в считанные секунды. Не знаю, как она это делает.

— Это чертовски сильно бесит! — заорал Джекс, отбиваясь от Санчеса, который все еще громко смеялся.

Кинс быстро ввела пароль.

— Не может быть! — охнула она.

— Что! — воскликнули все мы, почти забыв про Джекса, пока он не заорал.

Санчес поднял штангу и положил ее на стойку, а затем подошел к Кинс. Мы столпились вокруг нее, как дети, которые сплетничали от нечего делать, в то время как Джекс то матерился, как матрос, то кричал, то сбрасывал на пол полотенца.

— Харли. — Кинс быстро спрятала телефон. — Эх, брат, я не думала, что в тебе это есть. Я имею в виду, что дала ей твой номер, потому что она сказала, что хочет извиниться, но это…

Ее улыбка была широкой, полной надежды. Боже, как же прекрасна она была, когда улыбалась.

Я заблокировал свои чувства.

Одно дело было вожделеть ее, желать ее. И совсем другое — хотеть большего… думать о том, что что-то большее было возможно после всего дерьма, которое произошло в прошлом году. Я был слишком измотан, чтобы быть кем-то большим, чем ее другом, хотя последние двенадцать часов мои действия и слова были полной противоположностью обещанию, которое дал сам себе.

Обещал, потому что выражение ее лица, практически разбивало мое сердце.

Но после прошлой ночи, ее признания, дивана — вернулся к исходной точке.

Хочу ее обнаженную подо мной.

Больше одного раза.

Больше.

Просто хочу большего.

Проклятье.

— Ребята! — Кинс заблокировала телефон и бросила его разозленному Джексу. — Судя по тому, что вырисовывается, думаю, Джекс скоро кое с кем переспит.

Санчес начал медленно хлопать, а лицо Джекса стало ярко-красным.

Мы с Эмерсоном дали друг другу «пять». Кинс принялась пританцовывать, и ее задница крутилась передо мной достаточно долго, чтобы у меня пересохло во рту.

Эм толкнула меня в ребра.

— Ты собираешься это сделать?

— Заткнись.

Она подняла руки