Разведенка - Дина Ареева

Я пыжилась и бравировала, но когда за охранником закрылась дверь, еле сдержалась, чтобы не броситься следом. Пока я была в доме Дамира, пока возле меня был Егор, создавалась иллюзия продолжения прошлой жизни.

Как будто ничего не поменялось. Как будто вот сейчас мы сделаем это, это и вот это, и наша жизнь снова станет такой как была.

А не станет. Больше ничего не будет как прежде.

Я стану разведенкой, Жанна займет свое законное место рядом с Дамиром. И в отличие от меня с ним у нее будет не фиктивный, не пластмассовый, а самый настоящий брак. Целых полгода они были любовниками, между ними был секс, который Дамир как минимум помнит. И не отрицает.

Наклоняюсь вперед, чтобы облегчить боль, распирающую грудную клетку.

Неважная из меня вышла кукла Барби. В моей груди далеко не куски пластмассы. И режим не переключается.

Все еще турбо. Все еще болит.

* * *

Не знаю, сколько сижу так в тупом оцепенении. Но со временем начинает мучить жажда. И в довершение всего подташнивает.

Только токсикоза мне не хватало. Не мешало бы выпить чаю, лучше с печеньем или бутербродом. Можно заказать в номер, но если я еще хотя бы пять минуть пробуду в четырех стенах, точно двинусь мозгами.

Смотрю на часы — половина десятого. Не так и поздно. Можно спуститься в бар, мне позарез надо видеть человеческие лица, чтобы сохранить те крупицы самообладания, какие еще остались.

Достаю из чемодана сумку и выхожу на лестницу. Даже не переодеваюсь, в чем была, в том и иду. Он появляется ниоткуда, этот стремительный мужчина. Только что никого не было, а вот он уже выворачивает из лестничного пролета, сбивая меня с ног.

— Ой! — ударяюсь в самый центр его могучего торса. Хорошо не лбом, успеваю выставить ладони.

Меня хватают крепкие руки, обволакивая дорогим мужским ароматом. Явно знакомым.

— Простите, — на ужасном английском говорит мужчина, и мы оба вскидываемся.

— Мерхаба!

— Ясемин! Что ты здесь делаешь? — спрашивает он. Я на мгновение задумываюсь и не нахожу ничего лучше чем ответить коротко:

— Живу. В данную минуту иду пить чай.

— Чай это хорошо, — на турецком языке отвечает мужчина и возвращается на свой жуткий английский, — но раз мы встретились, может, поужинаем?

Чем умирать с горя в одиночестве, лучше больше времени провести на людях. Тем более мне интересно узнать, как себя чувствует мальчик-огонь Атеш. Его отец выглядит уставшим, но не убитым горем, и я чувствую необъяснимый подъем.

Мои пол-литра крови помогли сохранить жизнь человеку. И теперь глаза его отца не потухнут от горя. Разве это не повод для радости? Даже если сердце разорвано на ошметки и не перестает кровоточить?

— Тогда через четверть часа я за тобой зайду, — мужчина не скрывает, что рад моей компании. — Или может ты подождешь меня в лаунж-зоне?

— Подожду, — киваю и иду в сторону удобных диванов. Только надо сказать, что я не надолго.

Оборачиваюсь, чтобы позвать мужчину, но он успевает скрыться за поворотом. С досадой поджимаю губу — я ведь даже не спросила как его зовут. Вот теперь и крикнуть не смогу. Не кричать же ему «Эй, уважаемый, как вас там?»

И внезапно меня осеняет. Визитка! Он давал мне визитку.

Я положила ее в карман кардигана, который и сейчас на мне. Опускаю руку в карман, пальцы нащупывают картонный прямоугольник с приятной шелковой текстурой.

Достаю визитку, вглядываюсь в витиеватые золотистые буквы, тисненые на черном фоне. Вглядываюсь, и не верю своим глазам. Пальцы подрагивают, ноги подкашиваются, и я обессиленно плюхаюсь на диван.

Не могу глаз оторвать от черного прямоугольника, на котором золотом вытеснено: «Эмир Дениз».

И больше ничего.

Тупо таращусь на визитку, глаза слезятся от напряжения. Моргаю в надежде, что вот сейчас взмахну ресницами, и золотые буквы осыплются. Исчезнет надпись «Эмир Дениз», а на его месте появится другое. Любое. Только не это.

Но сколько ни моргаю, чуда не происходит. Подушечки пальцев горят, словно я не картон в руке держу, а раскаленный металл. Всерьез боюсь обжечься и откладываю визитку в сторону.

Теперь сижу и кошусь на нее, как будто она в любой момент может вспыхнуть прямо на столике.

Эмир Дениз — текстильный и строительный магнат. Тот самый, который очень богатый, очень консервативный и очень требовательный. Эти образы я нарисовала себе со слов Дамира и Жанны.

Но в реальной жизни я видела только один образ — убитого горем отца, чей сын находится между жизнью и смертью. И никакие миллионы и миллиарды в тот момент его точно не интересовали.

Осталось понять, что такой человек делает в этом отеле. Уровень отеля неплохой, для меня вообще роскошный, но для господина Дениза здесь все очень скромно и без излишеств.

Впрочем, мне никто не мешает спросить у него самого. Вот он идет по направлению к лаунж-зоне размашистым шагом, ни на секунду не допуская, что кто-то может оказаться на его пути. Высокий и пугающий своей мрачностью и суровостью.

А я до сих пор не решила, говорить о Дамире или нет. Номер в отеле забронирован на фамилию Батмановой, но Дениз не тайный агент. Вряд ли он просто так от нечего делать попытается взломать сервер отеля и случайно узнает, под каким именем я здесь живу.

И что я могу ему сказать? Ой, а я вас знаю? Мой муж только из-за вас на мне женился? Все уши прожужжал…

Было бы смешно, если б не было так горько. Не влюбись я в Дамира, сама бы над собой посмеялась. Но мое сердце разбито на мелкие-мелкие осколки, они впиваются изнутри в израненную душу, превращая ее в сплошную открытую рану.

Пусть впиваются. Лишь бы не добрались до моего ребенка. Он слишком крошечный, и если вся эта звенящая осколочная масса на него обрушится, ему из-под нее не выбраться. Значит, лучше пусть терзают меня.

— Прости, что заставил ждать, Ясемин, — Дениз подходит к столику. Успеваю сунуть визитку в сумку так, чтобы он не заметил. — Ты не скучала, дочка?

— Нет, не беспокойтесь, — поднимаюсь навстречу и одергиваю кардиган, — вас не было совсем недолго.

Так недолго, что я не успела придумать, какой стратегии придерживаться.

— Пойдем? — Эмир Дениз или не отличается галантностью, или намеренно подчеркивает разницу в возрасте.

Не предлагает руку, просто идет вперед. Приходится идти за ним, быстро перебирая ногами, чтобы не отставать.

Мозг работает как заведенный. Господин Дениз наверняка поинтересуется, что я делаю в отеле. И