Разведенка - Дина Ареева

— А если подумать? Да, я не могу заставить твоего мужа к тебе вернуться, но я могу многое другое. Дай мне возможность отблагодарить тебе, Ясемин, не оставляй в должниках. Скажи, чего ты хочешь?

Вглядываюсь в напряженное лицо, в нахмуренные брови, в сжатые челюсти.

А ведь это шанс. Да, это шанс, еще и какой!

Мне все равно придется уехать, если я не хочу, чтобы Дамир узнал о ребенке. Он не имеет на него никаких прав. Он для моего малыша такой же отец как для меня Омер Озден.

Источник биоматериала. Набор генов. Имя и фамилия, на которые я не претендую.

И я решаюсь.

— Уехать, — выдыхаю, глядя в лицо Эмира Дениза, — уехать отсюда как можно дальше. Стать успешным дизайнером. Работать, создавать красивые коллекции. И никогда больше не видеть своего мужа.

— Это совсем другой разговор, Ясемин, — Эмир заметно расслабляется и снова принимается за чай. — Мне нужны твои документы из учебного заведения, в каком ты учишься. Я дам своим помощникам, они посмотрят, возможно ли перевести тебя в похожий университет в Стамбуле. Я правильно понимаю, что ты учишься на модельера?

Киваю несколько раз, потому что воздух закупорил легкие, и я не могу выдохнуть ни слова.

— И я настаиваю, чтобы ты позволила оплатить адвоката, который займется твоим разводом.

— Не вижу необходимости, господин Дениз, — говорю почти шепотом, чтобы сдержать рвущееся наружу ликование. — Я не собираюсь судиться с мужем, я просто подпишу все бумаги.

Я не могу сказать Эмиру, что у нас фиктивный брак. И любая денежная компенсация будет считаться за него платой.

А я так не хочу. Я не за деньги выходила замуж за Дамира, я выходила по любви. А компенсацию пусть выплачивает Жанне. Она вон ребенка потеряла.

— Тогда будем считать, что договорились, Ясемин? — Эмир протягивает над столом руку. Улыбаюсь и пожимаю, его ладонь оказывается сухой и теплой.

— Договорились, эфендим.

* * *

Просыпаюсь наутро будто с похмелья. Будто мы не чай с Денизом пили, а кое-что покрепче. К примеру, виски. И я лично приговорила полный чайник, иначе как объяснить это странное состояние, когда в голове как в колокольне — кто-то невидимый дергает за веревки, и она гудит.

Встаю с кровати, ползу в ванную. Упираюсь руками в раковину и смотрю в зеркало.

Точно с похмелья. Во рту сухо, в глазах сумасшедший огонь.

Вчерашнее кажется сном. Или выдумкой.

Может, это мой мозг из-за беременности начал порождать всякие галлюцинации. И Эмир Дениз просто одна из них?

Но на столике рядом с визиткой с его именем лежат еще три — контакты помощников и адвоката, которые помогут мне с переездом. Разглядываю визитки и с головы до ног покрываюсь мурашками.

Неужели у меня правда получится уехать? И это Эмир называет благодарностью? Да это я ему пожизненно обязана буду, если все выйдет так, как он говорит.

Я уеду в Стамбул, мне даже на бракоразводный процесс идти не обязательно, нас и без меня разведут. Даже если бы я не хотела, даже если бы упиралась руками и ногами. Если бы на коленях молила не разводить, развели бы. Все будет так, как желает Дамир Батманов. А Батманов желает развестись.

Раздается стук в дверь.

— Господин Дениз просил передать, что он ждет вас к завтраку, — английский помощников Эмира безупречен, и я спешу привести себя в порядок.

Телефон оставляю в номере, спускаюсь в ресторан. Что ж, господин Дениз явно не беременный — с утра он выглядит свежим и бодрым.

— Нам нужно съехать из этого отеля, Ясемин, — говорит он, беря нож и вилку. — До этого дня я был здесь инкогнито. У меня планируется встреча с несколькими потенциальными партнерами, но я принял решение прилететь раньше. Хотелось немного осмотреться прежде чем приступать к переговорам.

Осмотреться и пошпионить, я так понимаю. Но вслух не говорю, потому что один из потенциальных партнеров — мой бывший муж.

— Я взял с собой сына. Атеш мой младший. И по дороге из аэропорта мы попали в аварию. Мне ничего, а он… Я сейчас еду к нему в больницу.

— Младший? А кто старший, сын или дочь?

— Тоже сын, Доган. У меня двое сыновей, они моя жизнь. Я вас познакомлю, когда прилетим в Стамбул.

— А можно я поеду с вами проведать Атеша? — прошу разрешения, и ответом служат вспыхнувшие удовлетворением глаза.

— Конечно, дочка. Поехали. Если он сегодня придет в себя, то сам сможет тебя поблагодарить.

— Я только переоденусь и возьму сумку.

Поднимаюсь в номер и еще из коридора слышу как звонит телефон. Это Дамир. Подавляю ненужную волнительную дрожь и нажимаю «Ответить».

— Яся, — его голос звучит по-настоящему тревожно, и это настоящая пытка, — Ясь, ты почему не отвечаешь? Я уже не знал, что и думать, собирался к тебе ехать…

— Тебя больше это не касается, Дамир, — до боли в пальцах сдавливаю край стола, — ты мне никто.

— Я пока еще твой муж, — сердито говорит Дамир.

— Это ненадолго, — отвечаю устало, — нам с тобой больше не о чем говорить. Не звони мне больше, Дамир, я не возьму трубку. О разводе меня уведомит адвокат.

Батманов что-то еще говорит, но я уже не слушаю. Сбрасываю и отключаю звук.

* * *

В больнице нам выдают одноразовые халаты, бахилы и проводят в отделение интенсивной терапии. Атеш по-прежнему без сознания, поэтому к нему впускают только отца. А мне внезапно прямо сейчас до жути хочется горячего шоколада. Я даже чувствую его запах. И привкус во рту тоже…

— Я пока выпью кофе, — говорю Эмиру и отправляюсь на поиски кофейного автомата.

Спускаюсь на первый этаж, обычно их ставят или в вестибюле, или возле кафе. Но здесь нигде нет. Останавливаю парня с картонным стаканчиком.

— Да вон там он стоит, возле лифтов, — показывает парень. Благодарно киваю и направляюсь туда. Двери лифта раздвигаются, из него медсестра вывозит девушку на коляске.

— Что, сучка, думаешь, я тебе поверила? — вокруг запястья цепко обвиваются чьи-то пальцы. Поднимаю голову.

— Пусти, — хочу выдернуть руку, но Жанна держит крепко.

— Признайся, что ты соврала! Ты лживая сука, ты не можешь быть беременной от Дамира.

— Отпустите девушку, — обеспокоенно просит медсестра и пытается оттянуть Жанку вместе с коляской. Но та вцепилась, не оторвешь. Медсестра пробует вместе со мной отцепить ее руку: — У нас как раз сейчас окно на МРТ. Иначе две недели ждать придется!

— Он не спал с тобой, — визжит Жанна, — не спал! Ты фиктивная, поняла?