В постели с незнакомцем - Индия Грэй

— Двадцать два фунта пятьдесят шесть пенсов.

Записать на счет Фицроев, мисс?

Софи подняла голову. Миссис Уотс, стоя за прилавком, смотрела на нее с выражением напряженного ожидания.

— Гринхэм, — ответила она рассеянно. — Софи Гринхэм. Спасибо. Я заплачу прямо сейчас.

— Но ведь вы живете в замке, правда? — настаивала миссис Уотс. — У мастера Кита? То есть его светлости, как я по-прежнему о нем думаю. Какой скандал! Ему куда больше пристало носить этот титул, чем мастеру Джасперу. Он очень непоседливый. Всегда таким был. Как и его мать, вторая леди Фицрой. Он сейчас в Америке, кажется.

— Да, — беспомощно подтвердила Софи, протягивая деньги и оглядываясь на дверь в надежде, что придет помощь в лице шумной ватаги ребятишек, которые забегут в магазин за конфетами или печеньем.

Но этого не случилось.

— Ох, какое красивое кольцо, — заметила миссис Уотс, беря у Софи деньги. Ее глаза, впившиеся в «Темную звезду», заблестели, как у коршуна, который увидел упитанного кролика. — По-моему, это глупость — считать, что опал не приносит счастья. Это кольцо носила первая леди Фицрой. Леди Джульет. — Она улыбнулась Софи. — Можно вас поздравить, мисс Гринхэм?

— Софи. Да.

Сияющая миссис Уотс прижала руку к пышной груди:

— Замечательно! Мастер Кит настоящий джентльмен, а в замке давным-давно не было свадьбы. — Она начала складывать покупки Софи в пластиковую сумку. — Сэр Ральф венчался со второй женой в Лондоне. Ей никогда тут не нравилось. Но я помню его свадьбу с леди Джульет. Вся деревня сбежалась смотреть, как отец вел ее в церковь. — Она помолчала, мечтательно глядя вдаль. — Да, она была настоящая леди. Она никогда не допустила бы, чтобы замок пришел в запустение.

Софи удержалась от искушения предупредить миссис Уотс, чтобы та не ждала в скором времени «настоящей» свадьбы. Воспользовавшись тем, что миссис Уотс погрузилась в воспоминания, она схватила сумку с продуктами и направилась к двери.

— Постойте, вы забыли хризантемы. Они такие красивые, гордость и радость мистера Уотса. Приз получили. — Миссис Уотс вышла из-за прилавка и отдала ей букет. А потом, движимая каким-то средневековым инстинктом, побежала вперед и открыла ей дверь.

Софи зарделась от смущения:

— Я сама…

— Чепуха, — твердо ответила миссис Уотс. — Вы теперь на особом положении. Мы очень гордимся своим наследием.

Софи, остро ощущая, что одета в дешевое платье и босоножки, вышла на улицу. Лето шло к концу. В школе уже начались занятия, и дети больше не бегали по деревне, но на лужайке стояла кучка молодых мам с колясками. У Софи сжалось сердце. Ее цикл, вообще нерегулярный, запаздывал на три дня. Она обернулась к хозяйке магазинчика:

— Вы сказали, что опал — несчастливый камень?

Миссис Уотс замахала руками:

— Просто старушечья болтовня. Я ни во что такое не верю. Гороскопы, разные знаки. Все эти фокусы-покусы. Любовь делает брак счастливым. Любовь и доверие, и надо разговаривать друг с другом. Вот так мы с мистером Уотсом и прожили вместе почти пятьдесят лет.

Возвращаясь в замок, Софи думала, что, если так, ничего хорошего не ждет ее и Кита. Разговоры не были сильной стороной их отношений. Той ночью, когда он отдал ей кольцо, они вроде бы сблизились, но с утра все пошло по-старому. Кит все время был занят с юристами, сотрудниками банков, консультантами — старался продраться сквозь связанную с завещанием Лео юридическую путаницу и организовать работы, которые должны были спасти запущенный Ральфом замок от полного разрушения.

По вечерам они обедали, обычно у камина в гостиной, или гуляли по берегу. Они, конечно, беседовали, но о будущем Элнберга, а не об их собственном будущем. Самым интересным разговором на эту тему был получасовой разговор по телефону с Джаспером, который все еще находился в Лос-Анджелесе. Как Софи и предсказывала, он испытал огромное облегчение, узнав о неожиданном повороте дел, но его радость была омрачена тревогой за нее.