Взлетай и падай - Сара Штанкевиц

– На пятом месте у меня тот день, когда ты приходила ко мне на радио.

– О боже! – У меня вырвался смешок. – Ты имеешь в виду тот день, когда из-за меня интервью с высокомерным попсовиком пошло коту под хвост?

Я покраснела, потому что мне все еще было стыдно за свое поведение.

– Именно. Ты скрасила мне двадцать минут снобизма, Скай-Скай. Тот тип был скучнее, чем реклама пылесоса в телемагазине. Вся редакция ржала, когда ты вылила холодный кофе ему на промежность.

– Это было не специально! – я пыталась оправдаться, но никто не купился.

Певец перешел все границы, когда начал обращаться со мной, как с девочкой на побегушках. И когда он обругал кофе, мне действительно захотелось вылить ему этот кофе на светлые вельветовые штаны. Но это была случайность! Он стал жертвой моей неуклюжести.

– Ладно, давай дальше. Что на четвертом месте? – нетерпеливо спросила я.

– На четвертом месте день на пляже, когда мы устроили легендарную песочную битву. Пусть я и проиграл, но никогда не забуду тебя в черном слитном купальнике, – промурлыкал Картер, и я треснула его по руке.

– С третьим номером легко. Помнишь день открытых дверей в твоей школе?

Я тут же поняла, что он имел в виду.

– Ну конечно. Туда пришли несколько преподавателей из колледжа, и я на каждом стенде хвасталась своим другом-писателем. Мне кажется, преподы уже хотели засунуть буклеты мне в рот, чтобы я наконец заткнулась, – смеясь, вспоминала я.

– Я бы тебя весь день слушал, Скай-Скай! Ты была абсолютно в своей стихии. Если я когда-то прославлюсь, то ты будешь моим пресс-секретарем.

– Прославишься. Я уверена!

В моих фантазиях его книги уже стояли на полках крупных книжных магазинов, а он сам читал лекции.

– Но сегодня речь не обо мне, так что давай дальше. Второе место.

Он задумчиво водил пальцем по моей руке, и у меня поднялись волоски от того, насколько нежными были его прикосновения.

– День, когда мы с Пенелопой разглядывали наши старые фотки со времен у Хизер и Чарльза. Они снова напомнили мне о том, как ты спасла мою задницу.

Это был бред, но он все равно вечно выставлял меня героиней.

– Если кто-то кому-то и спас задницу, так это ты мне, – поправила я Картера, но он только покачал головой, не глядя мне в глаза.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь. Хизер тогда не знала, что со мной делать. Я постоянно ввязывался в драки.

Мне уже много раз доводилось слышать об агрессивной стороне его личности, но, к счастью, я видела ее всего дважды. Первый раз, когда какой-то парень на вечеринке грубо ко мне подкатывал, а второй раз – когда другие приемные дети сломали ноутбук Картера со всеми файлами. Все его рассказы были утеряны.

Мне становилось страшно всякий раз, когда в нем вспыхивала темная сторона, но чаще всего я знала, как усыпить этого зверя.

– Значит, мы оба помогли друг другу. Договорились?

Я протянула руку. Но вместо того, чтобы скрепить уговор рукопожатием, он поцеловал меня в макушку.

– Скай, если бы я понял, что наконец тебя достоин, то женился бы в ту же минуту!

Низкий голос Картера внезапно стал очень печальным, вобрал в себя всю темноту ночи. И дождь, барабанящий по окну, через которое Картер влез, чтобы сделать мне сюрприз.

– Ты забыл упомянуть, что я бы была совершеннолетней, – хихикнула я.

Картер кивнул и взъерошил мои светлые кудряшки.

– И это тоже.

– А теперь давай серьезно. Ты вечно себя недооцениваешь, Картер. Ты заслужил меня и много чего еще!

Я решительно посмотрела ему в глаза. На его лице мелькнула темная тень. Я терпеть не могла, что он плохо к себе относился, ведь Картер – главный человек в моей жизни. Он с виду всегда был уверенным в себе, чуть ли не самоуверенным, но при мне крепость в его душе обрушивалась, как стена дождя с ночного неба, превращавшая сад в грязь.

– Ну и херню ты несешь, Скай. По сравнению с тобой я просто крестьянин. А ты королева. Вот почему Пенелопа выбрала тебя. Потому что ты заслужила быть счастливой.

– Эй!

Я села, взяла в ладони его лицо и заставила на меня посмотреть.

Наши взгляды были прикованы друг к другу, и глаза-океаны Картера казались опасно темными.

– Ты лучший человек из всех, кого я знаю. Ты достоин гораздо большего, чем смеешь мечтать. Ты самый талантливый из моих знакомых. Ты обращаешься со словами как никто иной. Картер, ты моя константа, ты мой горизонт.

Я прочувствовала эти слова всей душой. Картер никогда при мне не плакал, но я понимала, что под поверхностью его океана сейчас бушует шторм.

– Этот момент с тобой. Решительность, с которой ты пытаешься заставить меня поверить в себя. Ты веришь, что я этого достоин, и ты веришь по-настоящему, Скай. Вот что самое важное, – прошептал он, сглатывая слезы, которые готовы были пролиться.

– Спасибо.

Я не смогла выдавить из себя другие слова и, вновь прислонившись к Картеру, почувствовала, как его отпускает напряжение. В эти минуты Картера не могли одолеть его демоны, потому что мы были вместе.

– Это лучшие «Лучшие хиты», – промурлыкала я, и по лицу пробежала улыбка.

– Ты говоришь так каждый год, – со смехом напомнил Картер.

– И каждый год это правда!

– Я серьезно, Скай. Если бы я мог, то женился бы на тебе, – сказал он тихо, но так уверенно, что у меня по рукам пробежали мурашки.

Я посмотрела на него с ухмылкой.

– Мы это уже обсуждали. Я выйду за тебя замуж, только когда у тебя появится твердый пресс и ты напишешь первую книгу.

Мы обожали дразнить друг друга, и я решила разрядить обстановку. Мой лучший друг рассмеялся от всей души. Я почувствовала, как он трясется.

– Ловлю на слове, Скай-Скай.

Мы оба сдвинулись чуть вниз и легли рядом в постели. Я повернулась на бок, и Картер обнял меня сзади.

– Спокойной ночи, именинница, – прошептал Картер прямо мне в ухо, перегнулся через меня и щелкнул выключателем.

– Спокойной ночи.

В его объятиях я заснула за несколько секунд.

12 Скайлер

– Happy Birthday! – Хейзел зажимает костыли под мышку и заключает меня в крепкие объятия.

Ее монструозный гипс цепляется за шину Холли, и мы практически слипаемся. Мы со смехом держимся друг за друга, и, когда Хейзел отстраняется от меня, я замечаю, что из ее легкой косы выбилось несколько прядок.

– Спасибо, дорогая!

– Я хотела поздравить тебя утром до учебы, но когда проснулась, тебя уже не было.

Раскрасневшаяся, она заправляет прядки за уши и снова опирается на костыли.

– У нас с мамой есть традиция. Рано утром мы едем в торговый центр и завтракаем в любимом кафе. Раньше после завтрака она завозила меня в школу танцев.

– А что вы делали в этом году?

На Хейзел воздушное платье персикового цвета, которое красиво оттеняет ее загорелую кожу. Я сегодня выбрала джинсы-дудочки и блузку в цветочек.

– Мы поехали в ботанический сад.

Пестрые цветы, искусственные водопады и зеленые насаждения всегда меня восхищали. Солнце светило прямо в лицо, утренний ветер целовал кончик носа, а потом ветер стих и солнце превратило Бомонт в доменную печь.

– Джейми обожает ботанический сад! Мне всегда приходится описывать ему звуки вокруг. – Хейзел погружается в приятные воспоминания.

Я мысленно заношу в список планов поездку в ботанический сад вместе с Хейзел и ее братом. Должно быть, в его безмолвном мире это совсем иной опыт.

– У меня для тебя еще кое-что есть!

Соседка скрывается в своей комнате и возвращается с подарком.

Я провожу рукой по простой крафтовой бумаге, развязываю красную ленточку и открываю крышку. Увидев фотоаппарат «Полароид», я хочу подпрыгнуть и кинуться Хейзел на шею.

– Господи! – верещу я так громко, что наверняка слышит весь этаж. – Ты с ума сошла! Он же дорогой!

Но расстаться с этой камерой я не смогла бы ни за