Ешь, пей, спи - Ким Ынсук

Лучше бы она в ту ночь увидела инопланетян… Тогда перед ней внезапно появились бы люди в черном и заставили все забыть навсегда!

– Мне правда очень жаль. Я совсем ничего не помню… – бесконечно бормотала Исук себе под нос, словно оправдываясь на суде.

Она готова была молиться о том, чтобы утром снова все забыть, чтобы все исчезло.

– Что это вы тут делаете? – спросила Чжинён, заметив, как Исук медленно протискивается в дверь конференц-зала.

Та, в свою очередь, почувствовала облегчение, когда поняла, что в зале нет Сончжэ.

– Вот план съемок! Там отмечены название и контакты забегаловки с сундэ, где будет сниматься шоу. Ну я пошла! – Исук, сгорбившись, тихонько передала сценарий Чжинён и собиралась уже уходить, но та остановила ее, схватив за руку.

– Но Ха-PD скоро будет. Он просил подождать.

Она ведь специально пришла пораньше, чтобы избежать встречи с ним! По телу Исук пробежал холодок.

– Да я… Эм, кажется, приболела! Простуда! Мне надо бежать! – Она начала кашлять, делая вид, что серьезно простужена, пока ее лицо не покраснело до самых ушей.

Чжинён начала обеспокоенно спрашивать у Исук, не стоит ли ей показаться врачу. Та согласилась и тихонько ушла, закрыв за собой дверь. Все шло по плану! Она, все еще сгорбившись, постояла у конференц-зала, пока не поняла, что можно смело расправить плечи, ведь Сончжэ нет рядом. А если она поторопится и уйдет со студии прямо сейчас, то до конца недели они и не встретятся. Исук считала, что ей и дальше удастся вот так прятаться от Сончжэ. Она была в этом уверена. Сегодня она быстренько уйдет домой, отключит телефон и отправится в чимчильбан[33], чтобы облегчить душу и смыть с себя всю грязь прошедших дней. Заодно и вкусно поест! Ведь пойти в сауну и не съесть запеченное яйцо под холодный щикхе[34] – настоящее кощунство! Лишь подумав об этом, Исук почувствовала себя лучше. С телестудии она уходила почти вприпрыжку от радости.

Нуна, как делишки? Надеюсь, в такую жару ты радуешь себя мороженым. И иногда думаешь обо мне!

Пришло сообщение от Мёнхуна. К сообщению он приложил купон на скидку при покупке любимого мороженого Исук. И как он узнал, что она любит именно его? Он был еще молод, возможно, поэтому общение с ним давалось гораздо проще.

«Вам не стоит общаться с Мёнхуном. Не связывайтесь с ним!»

Исук смотрела на сообщение и улыбалась, вспоминая слова Сончжэ.

«Да какое ему вообще дело до того, с кем я общаюсь?» – подумала она и, как непослушный ребенок, который делает все назло родителям, радостно начала строчить ответ Мёнхуну. Написала, что как раз вспоминала о нем и что им обязательно нужно будет как-нибудь встретиться! Однако так и не отправила это сообщение. У нее вдруг возникло чувство, будто Сончжэ с помощью дистанционного пульта управляет ее пальцами, да и кто знает?

Не связываться с Мёнхуном… Слова Сончжэ никак не давали ей покоя. Она решила, что, раз уж виновата перед ним, то хотя бы денек побудет агнцем божьим, и бросила телефон в сумку.

День выдался теплым и солнечным, небо было ясным, улицы – тихими. Исук наслаждалась прогулкой в одиночестве, с любимым мороженым в руках. Все вокруг поднимало ей настроение. Или дело в том, что ей удалось так рано сбежать с работы? В будние дни любое место, кроме офиса, – настоящий рай! Улыбнувшись, Исук потянулась к мороженому, но ей помешал разрывающийся телефон. Наверное, это Канок или Бомин. Пока Исук не без труда на ощупь искала телефон в сумке, тот перестал звонить. Исук сдалась и вновь поднесла ко рту мороженое, но телефон зазвонил снова. И как только она запустила руку в сумку, рядом с ней остановилась знакомая белая машина.

«Ха-PD?»

Чего это он тут делает? Какого черта? Ее подмывало задать ему эти вопросы, но она не успела – Сончжэ с телефоном в руках вышел из машины и показательно отменил вызов. Телефон в сумке Исук перестал трезвонить.

– Садитесь!

– С чего это вдруг?

Но Сончжэ, не став ее слушать, практически затолкал Исук в машину, она не успела даже начать сопротивляться. Автомобиль рванул вперед, а на дороге остались таять два вкуснейших шарика мороженого…

Они ехали вдоль ухабистой проселочной дороги, поднимая за собой столбы пыли.

– Вылезайте, – сказал Сончжэ, открывая дверь Исук.

Сончжэ привез ее к местечку, где подавали сундэ. Судя по старой выцветшей вывеске, ему уже много лет. Присмотревшись, Исук узнала одно из тех мест, которые отобрала для съемки.

– Исук, вы ведь еще здесь не бывали? Попробуем здешнее сундэ? – спросил Сончжэ, заходя в ресторанчик, а Исук молча последовала за ним.

Часы показывали 12:20, самое время для того, чтобы все выстроились в очередь на обед, но ресторан пустовал. Вид действительно удручал, это отличалось от того, что Исук читала в отзывах и сообщениях зрителей.

Владелец, увидев первых посетителей впервые за долгое время, радостно подал тарелку сундэ. Сончжэ, прежде чем попробовать, принюхался.

– Точно ли оно свежее? – Он нахмурился, откусил кусочек, а затем просто выплюнул его в салфетку. – Кажется, сделано давно, вся кровь по краям высохла и крошится во рту.

Исук наблюдала за ним молча, ей начало казаться, что таким изощренным способом Сончжэ хотел ей доказать, что она не права.

– Ну что, пойдем? – Сончжэ передал маршрут съемки Исук. Взглянув на него, она покраснела и поставила крестик рядом с названием места, в котором они находились. – Что там дальше по списку?

– Канвон-до…

– Если поторопимся, то успеем как раз к ужину. Начнем с Абаи, а потом можно и кальмаров поесть.

Сев в машину, Исук пристегнула ремень безопасности, но Сончжэ все равно поглядывал на нее всю дорогу, особенно когда машина подпрыгивала на кочках.

– Может, вам лучше немного отодвинуть сиденье?

– А?

– Мне кажется, вам не совсем удобно… Я не хотел вас обидеть, если что.

– Да нет, что вы, у вас такая просторная машина, – тут же возразила Исук, но именно в этот миг автомобиль тряхнуло так сильно, что она подскочила и ударилась головой об окно. Она едва не выругалась от невыносимой боли, но сумела сдержаться.

– Именно поэтому я и говорю