Богиня мщения - Джеки Коллинз

Алекс поднялся ей навстречу.

— Вот образчик истинного джентльмена! — насмешливо сказала Лаки вместо приветствия. — Таких, как ты, поди, уже не осталось!

Шагнув вперед, Алекс расцеловал Лаки в обе щеки, вдыхая исходящий от нее экзотический аромат ее излюбленного парфюма.

— Как поживаешь? — спросила она, садясь. — Опять вкалываешь как про́клятый.

— А ты как думала? — ответил он, кривовато улыбаясь. — Недавно мы закончили снимать в Марокко фильм о войне, и теперь мой редактор-монтажер сводит меня с ума. Кроме того, мы превысили бюджет, и деляги со студии рыщут в поисках недостающих денег. Словом, кошмар.

— А ты? Ты доволен? — спросила Лаки, внимательно вглядываясь в его лицо. Алекс выглядел усталым, к тому же он, похоже, много пил в последнее время. Неумеренные возлияния и многолетняя привычка к табаку начинали сказываться. Несмотря на это, Алекс Вудс до сих пор оставался очень привлекательным мужчиной, и Лаки могла, не покривив душой, сказать, что любит его по-прежнему, но только как друга.

— Разве я когда-нибудь бываю доволен? — Алекс вздохнул и взял в руку бокал с виски «Джек Дэниелс». — Ты же меня знаешь, Лаки, знаешь лучше, чем кто бы то ни было.

— Еще не слишком рано для серьезных напитков? — спросила она, кивком показывая на его бокал.

— Господи, Лаки, с каких пор ты пропагандируешь здоровый образ жизни? Пусть этим занимаются мои подружки — я заметил, им очень нравится меня пилить.

— Как мило, — промолвила Лаки, не зная, что сказать.

— Мило?.. Не то слово!

— А ты не думал о том, чтобы перестать встречаться с молоденькими актрисами и найти себе постоянную подругу, в смысле — нормальную, зрелую женщину, которая не стала бы тебя доставать? В твоем возрасте уже пора перестать гоняться за юбками.

— Поверь, сладенькая, это они гоняются за мной, — сухо сказал Алекс.

— Не называй меня «сладенькая».

— Почему?

— Оставь это словечко для своих одноразовых китаянок.

— У нас с тобой тоже было один раз.

— Алекс! — Лаки метнула на него предостерегающий взгляд. Алекс перешел на запретную территорию, и это ей очень не нравилось.

— Хорошо, хорошо, я понял… — Алекс отпил большой глоток.

Лаки велела подать ей бутылку минеральной воды и слегка наклонилась вперед.

— Расскажи лучше о своем фильме.

— Тебе будет скучно.

— Почему?

— Потому что ты точно знаешь, что я собираюсь сказать.

— Что же?

— Я собираюсь рассказать, что мои актеры, мои помощники, гримеры, осветители, реквизиторы и прочая и прочая — просто банда ослов и тупиц.

— Зачем же ты тогда их нанимал?

— Затем, что у меня не было выбора. К несчастью, без них мне не обойтись.

— Прискорбно.

— Еще как. Жил бы я лет через пятьдесят — и все роли в моих фильмах исполняли бы человекоподобные роботы.

— Могу себе представить! — Лаки фыркнула.

— Они, по крайней мере, не переспрашивали бы по сто двадцать раз, что и как им нужно делать. — Алекс тоже улыбнулся. В каком бы настроении он ни был, рядом с Лаки он сразу начинал чувствовать себя лучше.

— Ты слышал, что Винус разводится с Билли? — спросила она.

— Ничего удивительного. Работать с этим типом — все равно что взбираться на Гималаи без проводника-шерпа. Билли каким-то образом сумел вдохнуть новый смысл в выражение «тупой, как ослиная задница».

Лаки рассмеялась:

— Его фильмы делают кассу. Похоже, публике он нравится.

— Мы с тобой отлично знаем, что так называемая публика страдает полным отсутствием художественного вкуса.

— За что я тебя люблю, Алекс… — начала Лаки.

— Я всегда знал, что во мне что-то такое должно быть, — перебил он, усмехнувшись.

— Нет, серьезно. Ты всегда говоришь что думаешь.

— Да уж, я такой. Терпеть не могу профанации.

— Таких, как ты, немного.

— А таких, кто способен это оценить, и того меньше, — ответил Алекс, подзывая официанта и заказывая еще порцию виски. — Как поживает Ленни?

— Отлично.

— Жаль. Я — то надеялся, он сорвался с утеса где-нибудь в своей Монтане или где он там снимает…

— Прекрати, Алекс! — строго сказала Лаки. — Держись в рамках.

— Почему? Ты ведь знаешь, что это только мечты, — возразил он. — Пустые мечты.

Некоторое время пристально смотрели друг другу в глаза. Лаки первой отвела взгляд.

— О’кей, — сказала она и глубоко вздохнула. — Я, собственно, собиралась пригласить тебя в Вегас.

— Ненавижу Вегас, — с чувством сказал Алекс. — Особенно после того, что едва не устроила Линг.

Лаки покачала головой. Пару лет назад девушка Алекса, с которой он тогда жил, вдруг стала присылать ей письма с угрозами. Как потом выяснилось, Линг собиралась застрелить Лаки. Все стало известно, когда на церемонии открытия «Ключей» Алекс обнаружил в сумочке Линг пару неотосланных открыток и пистолет. Он тогда настолько рассвирепел, что прогнал свою незадачливую любовницу буквально пинками. Хотел даже заявить в полицию, но Лаки убедила его этого не делать.

— Я приглашаю тебя не просто так, — сказала Лаки, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно убедительнее. — Тому существуют как минимум две важные причины.

— Выкладывай, — кивнул Алекс. — Быть может, тебе и удастся меня уговорить.

— Во — первых, в выходные Макс исполняется восемнадцать лет, и я устраиваю в честь нее вечеринку.

— В Вегасе. — Алекс утвердительно кивнул.

— Да. И я думаю, Макс была бы рада, если бы ты тоже ее поздравил. В конце концов, ты знаешь ее чуть не с рождения.

— По-моему, это называется шантаж, — перебил Алекс. — Психологический шантаж.

— Ничего подобного, — твердо возразила Лаки.

— Ну а какая же вторая причина?

— Собрание акционеров, вложивших средства в «Ключи».

Алекс застонал.

— Я пошлю туда моего управляющего делами. Все равно он разбирается в этих вещах лучше меня.

— Я уверена, что Макс будет приятно видеть на своем дне рождения твоего управляющего делами, но что-то мне подсказывает, что она предпочла бы тебя.

— А Ленни будет? — Алекс бросил на Лаки многозначительный взгляд.

— Конечно.

— И ты считаешь, что это тоже должно заставить меня бросить все дела и примчаться в Вегас?

— Прекрати, Алекс. Ты делаешь это для меня.