Спасибо за ночь - Юлия Гетта

Недовольство тут же пропадает с его лица. Мужичок без лишних вопросов возвращается в своё такси и уезжает. А его место тут же занимает тачка Стрельца, которая, оказывается, была совсем рядом.

Я растерянно наблюдаю за всем этим, не зная, радоваться мне или злиться. С одной стороны, такое настойчивое желание Георгия подвезти меня домой не может не льстить. А с другой, я чувствую в этом какой-то подвох, интуиция вопит об опасности, да и бесцеремонность, с которой Стрелец отпустил моё такси, должна вызывать возмущение.

Но в эту минуту меня больше всего волнует холод, нещадно забирающийся под кожу. Поэтому, когда мне открывают дверь, не раздумывая залезаю на заднее сиденье тачки босса.

Стрелец плюхается следом, вынуждая меня подвинуться.

И эмоции тут же затапливают с головой. А ещё внезапно нахлынувшие непрошеные воспоминания, чем мы однажды занимались с ним в этой самой тачке, на этом самом сиденье.

Георгий оттягивает ворот своей рубашки, как будто ему душно. Но при этом просит водителя включить обогрев салона на полную мощность. И называет мой адрес.

Заботливый какой.

Где-то под рёбрами начинает сладко ныть. От того, как сильно он мне нравится. Наверное, я могла бы вечно любоваться его идеальным профилем. Совершенной мужественной фигурой. Сильными руками. Которые умеют поднимать на вершину блаженства.

Вот только внутри Стрелец не столь же прекрасен, как его внешность. И это кажется мне вселенской несправедливостью. Почему я всегда влюбляюсь в козлов?

— Так о чём вы хотели поговорить? — спрашиваю, когда машина выезжает из Сити, а босс так и не соизволил проронить хоть слово. Уставился в одну точку перед собой, словно забыл о моём существовании.

Георгий медленно поворачивает голову ко мне и впивается недобрым взглядом.

— Объясните мне, зачем вы делаете это?

— Делаю что? — не понимаю я.

— Мельтешите везде у меня перед глазами, — холодно отвечает он. — Вы пытаетесь таким образом вызвать во мне какие-то чувства?

Глава 21

— Мельтешу? — удивлённо переспрашиваю, вскинув брови. — Ничего я не мельтешу! То, что мы с вами встретились, — случайность. Мир не вокруг вас крутится!

Разворачиваюсь к нему вполоборота, гневно сверля глазами. Вот же самоуверенный мужик!

— Мир — возможно, а вы — да, — однозначно отвечает. — Что вам от меня нужно, Шишкина? Никак раскусить вас не могу. Если вы рассчитываете, что одна наша ночь перерастёт в долгосрочную связь, — вы ошибаетесь. Ваш ребёнок здесь не поможет.

Мой ребёнок.

С каждым его словом, с каждой секундой я начинаю сильнее закипать. Он словно находит мои болевые точки и бьёт по ним. И вроде ничего крамольного не произносит, но какое же гадкое послевкусие от его слов.

— О, так, значит, вы прекрасно помните эту нашу одну ночь, — едко замечаю, почему-то покрываясь румянцем. Хочется опустить окно и подышать прохладным воздухом, чтобы остудить пылающие щёки.

Но становится чуть легче. Потому что мне уже начало казаться, что я схожу с ума. И наша близость мне привиделась. В отличие от теста.

Стрелец смотрит на меня как на дурочку.

— Трудно забыть ту, которая оценила мои способности в сто рублей, — холодно отвечает.

Лишь сейчас, размышляя о том, что он мог подумать, прочитав на сторублёвой банкноте: «Спасибо за ночь», понимаю, что совершила ошибку…

— Я…

— Хватит, Шишкина, — обрубает мои потуги оправдаться и признаться, что посыл моей записки был совсем в ином. — Если у вас хобби такое — спать с незнакомыми мужчинами и оставлять им послания, это не моё дело.

Вскипаю мгновенно от полученного оскорбления. Чувствуя, что ещё немного и дойду до рукоприкладства.

— Ах так, значит! Скажите, чтобы водитель остановил машину, — цежу сквозь зубы, ощущая, как тяжело стало дышать от обиды.

— Нет, — твёрдо отвечает Георгий, — мы ещё не договорили.

Наглый, невыносимо самоуверенный тип!

— Вы будете держать меня силой? — зло интересуюсь.

Стрелец осматривает меня своим тяжёлым взглядом. Поднимает свою руку. И я смотрю на неё как на гремучую змею, пока его ладонь не оказывается на тыльной стороне моей шеи.

Такое совершенно несвойственное для Стрельца поведение, вероятно, вызвано лишним бокалом алкоголя. Иначе я ничем это не могу объяснить. Но всё же моё тело тут же предательским образом реагирует на этот почти невинный физический контакт.

Мне хочется выгнуться кошкой и промурлыкать что-то непристойное. Залезть к нему на колени и прильнуть щекой к его груди. Услышать биение сердца. А затем забраться пальцами под его рубашку. Моё воображение со скоростью света подкидывает мне одну горячую сцену с нашим участием за другой.

Стрелец наклоняется ко мне, и наши лица разделяет жалкая пара сантиметров. Я ощущаю его дыхание на своей щеке. И мне хочется облизать пересохшие губы.

— Буду, Шишкина. Я хочу, чтобы вы исчезли из моей жизни так же быстро, как в ней появились, — шепчет, словно рассказывает мне тайну, которую кроме меня никому не доверит.

Его тон и слова с трудом вяжутся друг с другом. А близость мешает мыслительной деятельности. Я ощущаю, как он поглаживает меня пальцами. Успокаивая и возбуждая одновременно.

— А на прощание можем даже провести вместе ночь. Последнюю.

Даже не заметила, в какой момент его рука оказалась на моей талии. Придвинув меня ближе. Он обнимал меня. И его руки блуждали по моему телу, словно Стрелец вновь вспоминал, каково это — касаться меня.

Неотрывно смотрю в тёмные омуты глаз. Алчные. Колючие. Пылающие огнём.

Этот жадный взгляд мне знаком. Он так близко, что я ощущаю исходящий от него жар. Слышу его тяжёлое дыхание. И меня тянет к нему сильнее, чем к магниту. Хочется забыться. Дать положительный ответ и вновь окунуться в пучину страсти. В последний раз. Потому что так хорошо мне не было ни с кем. И наверное, уже не будет.

Но слова…

Они, словно жучок, проникают в подкорку мозга. Медленно отравляют желание. Впрыскивая в меня яд.

— Я подам на вас в суд за харассмент, — томно шепчу ему на ухо, — если вы сейчас же не уберёте от меня свои клешни.

Стрелец обрабатывает мои слова пару секунд, прежде чем отлипнуть. С рыком, словно раненое животное, он наконец возвращается на своё место.

— И какой у вас был план, Шишкина? — выплёвывает слова. — Кто отец вашего ребёнка? Если, конечно, вы действительно беременны. Или, может быть, Мёдов — ваша следующая жертва? Матвей должен быть мне благодарен, что я уберёг его от охотницы за тугим кошельком?

Смотрю на него, не понимая, почему он такого низкого мнения обо мне. Чем я умудрилась заслужить подобное отношение?

Но самое гадкое, что я сейчас