Две Элеоноры - Ирена Гарда

Когда они вернулись через полчаса, Ричард уже метался около денника Меченосца, как тигр в клетке, постукивая себя хлыстом по сапогам. Глядя на своего разгневанного возлюбленного, Нора мельком отметила, что он потрясающе эффектен в красном рединготе, белой сорочке и бриджах. Его костюм завершала черная каскетка и надраенные до зеркального блеска черные сапоги.

Но, отдавая должное великолепному виду Ричарда, Нора вдруг почувствовала, что уже не испытывает перед ним ни страха, ни бездумного восторга. Вчерашний вечер и сегодняшнее утро не прошли даром: она начала находить на своем Солнце темные пятна.

Увидев подходившую троицу, Ричард направился к ним с таким видом, что Тим, пробормотав:

– О-ля-ля, это будет покруче Броската! Пожалуй, мне следует пойти на свежий воздух… – Он повернулся и сделал пару шагов в сторону распахнутых ворот, но не ушел, а притулился к стенке и начал ждать развития событий.

– Нора, где вы болтаетесь? – В голосе Ричарда не было и следа вчерашней нежности. – Ни один мой берейтор не позволял себе подобной халатности. Думаю, что после соревнований нам придется серьезно поговорить!

Хоть Нору и покоробил его тон, но, признавая, что Ричард в чем-то прав, она не стала оправдываться, а, пробормотав извинения, побежала в денник к Меченосцу и так истово принялась тянуть подпруги, что конь почти по-человечески крякнул.

Еще раз окинув взглядом экипировку четвероногого красавца, она вывела его из конюшни.

До них долетела музыка, играющая на поле, и конь весь напрягся, предчувствуя азарт соревнований.

Нора ощущала, что все кругом уважительно поглядывают на Меченосца, как на заезжую знаменитость, и она гордилась тем, что работает у чемпиона.

Но долго красоваться ей не пришлось, потому что Ричард вышел сразу за ней, еще раз проверил подпруги, опустил стремена и, не касаясь их, легко взлетел в седло. Это был его фирменный трюк, вызывающий каждый раз восхищение окружающих, особенно дам.

Разобрав повод, Ричард тронул Меченосца и, только после этого якобы заметив Нору, процедил:

– Идите к разминочному манежу. После того, как я отпрыгаю, возьмете коня.

Широким жестом погладив Меченосца по шее, Нора отпустила повод и отступила в сторону, давая проход коню и всаднику.

Выждав, пока Ричард отъедет от конюшни, к Норе подошли обескураженные Тим с Флоранс, и они побрели к разминочному манежу, где уже собирался весь цвет местного конного общества.

Забавно, подумала Нора, я раньше не замечала, что он сутулится. Хотелось бы знать, что поделывают его стерва с Джефри?

Кто не был на соревнованиях, кто не дышал их особенным воздухом, тот не сможет понять, какой там витает дух ожидания, азарта и праздничного настроения.

Ричард, как победитель прошлогоднего первенства, ехал во главе кавалькады, и Меченосец гордо шел перед трибунами, подняв свою красивую голову и чутко прядя ушами.

Внезапно зоркая Флоранс подтолкнула подругу локтем:

– Посмотри на центральную трибуну. Вон где наши голубчики. Что-то не вижу радости на их лицах.

Нора всмотрелась в указанном направлении и действительно увидела сладкую парочку, но что-то, видимо, разладилось в их отношениях, потому что было заметно, как напряженно сидят Элен и Джефри, словно в ожидании грозы.

– Любуешься моей невесткой? – раздался за ее спиной знакомый голос. – Или моим непутевым племянником? Доброе утро, барышни, привет, Тим!

– Ничего подобного, – возразила Нора. – Просто смотрю на спортсменов.

– Да? Значит, мне вчера показалось… Ладно, сейчас не время, но вообще-то мне бы хотелось обсудить с тобой одно небольшое предложение. Увидимся попозже.

И она отошла в сторону, улыбаясь своим мыслям.

– Интересно, что ей могло понадобиться? – встревожилась Флоранс, не ожидавшая в этот день ничего хорошего. – Говорила я тебе, Тим, что не надо было ехать? Куча примет указывало на то, что день будет паршивым.

– У тебя такие приметы почти каждый день, – добродушно отшутился Тим. – Если бы я их принимал в расчет, то умер бы с голоду, потому что побоялся бы спуститься даже на завтрак к миссис Мюррей.

– Ты безнадежен! – грустно вздохнула Флоранс, на миг прижимаясь щекой к рукаву своего друга.

Нора заметила этот жест и порадовалась за друзей. Похоже, что несчастный случай, произошедший с Тимом, в конечном счете пошел им на пользу, сломав барьер отчужденности. Интересно, пригласят они меня на свадьбу? – подумала она, но спросить об этом не решилась, чтобы не помешать зарождению новых отношений. Напротив, она сосредоточилась на действе, происходящем на конкурном поле.

Всадники, которым по жребию вышло прыгать первыми, и Ричард в том числе, заехали в разминочный манеж и начали готовиться к выступлению. Остальные спортсмены, посадив на своих лошадей берейторов, устроились поближе к ограждению, чтобы посмотреть на выступление коллег-конкурентов.

До старта первого участника оставалось несколько минут, и Нора молила бога, чтобы Ричард выступил лучше всех. Может, тогда он станет опять тем, кого любил весь персонал конюшни.

Задумавшись, она не заметила, как вызвали первого спортсмена, и очнулась только тогда, когда Флоранс потрепала ее по плечу:

– Не спи, красавица, скоро ты понадобишься шефу. Так что готовься.

Но она все-таки прослушала, когда Ричарда вызвали на старт, и поняла, что наступило «время Х» только потому, что рядом напряглась Флоранс.

Девушка впилась глазами в одинокого всадника, элегантно приветствовавшего судейскую коллегию, и залюбовалась совершенством форм кентавра, в которого слились конь и человек.

Она стрельнула глазами на трибуны и увидела, как наклонилась вперед Элен, превратившаяся в статую, олицетворявшую внимание. Наверно, она действительно любит Дика, мелькнуло у нее в голове. А Джефри, наоборот, встал и начал пробираться к выходу. Неужели ему не интересно, как проедет его друг?

Нора перевела взгляд на поле, где Меченосец с легкостью преодолевал препятствия. Казалось, Ричард только обозначает коню направление движения, а тот все делает сам, гнедой птицей перелетая через высоченные препятствия.

Нора уже собиралась аплодировать чемпиону, как вдруг зрители ахнули и в одном порыве поднялись со своих мест, потому что приземлившийся после чисто преодоленного препятствия жеребец вдруг запнулся и чудом не перелетел через голову, подминая всадника. Так бы, наверно, и получилось, если бы на месте Меченосца был любой другой конь, но тот обладал почти кошачьей устойчивостью и смог-таки, сделав невероятное усилие, удержаться на ногах и снова перейти в галоп.

Но радоваться было еще рано, потому что почти вылетевший из седла всадник никак не мог вернуться в исходное положение.

Каким-то чудом Меченосец вычислил последнее препятствие и понесся к нему, готовясь закончить маршрут без поражения. Зрители в страхе ждали, чем кончится роковой прыжок, но конь, не почувствовав поддержки всадника, в последний момент изменил планы и обнес препятствие, сбавив темп, чтобы дать возможность хозяину занять свое место.