Алмазная принцесса - Никола Марш

– Нет. – Она положила бриллианты обратно в коробочку. – Если будут спрашивать, я скажу, что ты его заказал.

Джекс поджал губы с видимым разочарованием, причины которого она не поняла.

Обручальные кольца предназначены для сентиментальных и легко смущающихся невест, а не для реалистичных и прагматичных. Меньше всего ей хотелось надеть какое-нибудь умопомрачительное украшение, только чтобы потом его снять. Было тяжело носить даже простое золотое колечко.

– Почему ты не хочешь?

Как она могла объяснить это, не выглядя романтичной дурой?

Руби всегда хотела сама изготовить собственное обручальное кольцо, чтобы оно было особенным: безупречно ограненный розовый бриллиант, прекрасный и совершенный.

– Потому что я хочу, чтобы кольцо было не просто формальностью.

Джекс вздрогнул, словно она его ударила. Игнорируя угрызения совести оттого, что причинила ненужную боль, она пожала плечами:

– Не спрашивай, если не готов услышать правду.

– Я всегда предпочитаю правду, – сказал он тоном, не предвещающим ничего хорошего. – И вот тебе правда: я хочу, чтобы люди верили, что мы женаты по-настоящему, и если ты думаешь, что кто-нибудь поверит, что лучший ювелир в городе позволит заказать кольцо у другого мастера, ты не в своем уме. – Он взял ее руку и потер большим пальцем сверкающее золотое кольцо. – Я выполнил свою часть договоренности и повысил цены на камни. Теперь твоя очередь.

Руби высвободила руку, почувствовав одновременно облегчение и разочарование, когда он не попытался ее удержать.

– В конце недели мы устраиваем большой прием, и это будет твоим пропуском в высшее общество. Что еще ты хочешь?

Какую-то секунду – очень долгую и мучительную – она ждала, что он ответит «тебя».

– Я хочу вывести свой бизнес на новый уровень, и твои дружки мне в этом помогут. Так что давай устраивай свои светские рауты, но постарайся выглядеть убедительно. – Горечь, прозвучавшая в его тоне, остудила ее.

– Тебе было очень плохо, когда твой отец отправился в тюрьму?

Джекс застыл, его лицо превратилось в безучастную маску. Он не шевельнул ни единым мускулом, только жилка на шее продолжала пульсировать – эрогенная точка, как выяснилось во время их марафона в отеле.

– Не слишком хорошо. – Его тон был лишен эмоций, но нельзя было не прочитать в них невысказанную боль.

– Хочешь поговорить об этом? – Она дотронулась до его руки, и он отпрянул, убивая надежду на хоть какую-то связь между ними, помимо физического влечения.

– Нет.

Когда представители мельбурнской элиты хотели устроить праздник, они выбирали местом его проведения казино «Корона». Руби была здесь на многих балах, и ей и в голову не пришло, что свадебный прием можно устроить где-то еще.

Люди будут шокированы ее тайным замужеством, и она решила, что нужно пойти до конца и ошеломить их еще больше. Непростая задача, но интересная.

Джекс ни о чем не спрашивал. Он почти не разговаривал с ней всю неделю, с того злополучного дня, когда она опрометчиво попыталась установить доверительные отношения. Он трудился допоздна, отказывался с ней ужинать, и к ее собственной досаде, она по нему скучала.

Руби тоже загружала себя работой, изготавливая оправы для розовых бриллиантов и организуя вечеринку года. Из-за сжатых сроков все приглашения были разосланы экспресс-почтой.

Опал приняла удар на себя, пока Руби нагнетала интригу, не отвечая на звонки друзей, знакомых и прячась от них в мастерской или в квартире.

К счастью, представители ее круга ни за что не пропустили бы вечеринку, так что все гости явились в полном составе, очевидно умирая от любопытства.

У Руби было ощущение, что после того, как она откроет им повод для праздника – или, скорее, представит его, – слухи и сплетни будут циркулировать неделями.

В какой-то степени Джексу досталась легкая сторона сделки. Это ей нужно будет проделать адскую работу, убеждая людей, что он любовь всей ее жизни.

О чем она только думала?

Взгляд Руби упал на изысканный браслет из белого золота с жемчужинами, и она нашла ответ на свой вопрос. Она думала о Сапфи, о «Сиборн», о матери и о себе самой, нуждающейся в возможности создавать подобные великолепные изделия.

Если она потерпит поражение, Джекс уйдет, разорвав сделку. Нет, лучше не думать об этом.

– Ты готова?

Джекс вышел из ванной, и ее сердце подпрыгнуло, оборвалось и с каким-то неприличным звуком ударилось о грудную клетку. При взгляде на мужа в ее голову приходило лишь одно слово. «Божественен».

– Да, конечно, – сказала Руби, поправляя длинное темно-синее шелковое платье в греческом стиле.

Остается только надеяться, что разом вспотевшие ладошки не оставят на нем следов.

Джекс приблизился к ней, затем взял из вазы розу и с галантным взмахом протянул ее ей.

– Очень мило, – пробормотала Руби.

Она поднесла цветок к носу. Сладкий аромат напомнил ей о любимых духах матери. Воспоминание повлекло за собой другую мысль, крайне неприятную. Она собиралась лгать всем друзьям, людям, которые ее любили и уважали.

– Эй… – Джекс приподнял ее подбородок, и она заморгала, чтобы сдержать слезы. – Я видел такое в одном фильме и подумал, что ты придешь в восторг, а не примешься рыдать.

– Почему это я должна прийти в восторг? Потому что я обладательница яичников?

Как и любой мужчина, он открыл рот при упоминании исключительно женских органов.

– Нет, потому что в душе ты романтик.

– Почему ты так думаешь?

Он отступил на шаг и указал рукой на ее платье:

– Тебе нравятся красивые платья и украшения. И я видел твои стратегические запасы.

– Какие еще стратегические запасы?

– Мелодрамы. – Он поднял руку над головой. – Вот такой высоты.

– Когда?

– Помнишь первый вечер, когда ты пригласила меня к себе? Ты была слишком занята, пытаясь испепелить меня взглядом, и не заметила, что я провел рекогносцировку.

Она закатила глаза:

– Джеймс Бонд умрет от зависти!

Он фыркнул:

– Слушай, вот я не могу выносить эту сопливую чушь. Ты должна быть романтиком, не отпирайся.

Руби засмеялась, и напряжение ослабло. Она повеселела:

– Ага, вот почему ты задерживаешься допоздна на работе каждый день!

Он в недоумении приподнял бровь. Она ткнула пальцем ему в грудь:

– Ты смотришь «Нетфликс», мой любимый сериал. Спорим, твоя любимая серия эта та, когда они знакомятся в Интернете и влюбляются…

– Женитьба не заставила меня поменять свои взгляды. Ты слишком много говоришь.