Просто сказка - Абигайль Кейси

Нет, похоже, она была права, когда решилась на брачную авантюру.

Джессика пригубила напиток из сибирской клюквы.

А мамочка, рано умершая мамочка никогда не ступит в эти мрачноватые пределы.

Джессика посмотрела сквозь кровавый напиток на супруга, окрасившего губы в тот же цвет.

Никогда не увидит…

Глоток.

Пустотелых рыцарей, при ударе рождающих долгое коридорное эхо.

Глоток.

Уродливых горгулий, сторожащих зимний сад с искусственным водопадом и меланхоличным фонтаном.

Еще глоток.

И этой огромной кухни, в которой есть все, о чем можно было мечтать, и даже больше.

Джессика отставила недопитый бокал.

И даже больше…

Башенные часы озвучили наступление очередного часа.

Томас, ее Томас, промокнув губы салфеткой, поднялся из-за стола.

— Пойду собираться.

— А ты возьмешь с собой ту книгу? — спросила вдруг Джессика невпопад.

— Какую книгу, милая?

Ответив на некорректный вопрос недоумевающим вопросом, Томас, ее Томас, не выказал особого раздражения.

— Ну тот медицинской фолиант, который ты листал в самолете?

— Обязательно, милая.

Томас, ее Томас, на мгновение превратился в сытого и довольного вампира.

— Обязательно.

Осмелевшая Джессика продолжила нелепый допрос:

— А трусики, голубые с розочками, тоже поместятся в твоем чемодане?

— Обязательно, милая.

Томас, ее Томас, из вампира превратился в озабоченного фетишиста.

— Обязательно.

— А я, наверное, займусь просмотром фильмов о призраках.

— Только не переусердствуй.

— Постараюсь.

— Кстати, у меня там неплохой подбор блокбастеров о катастрофах.

— Я заметила.

— Так что плазменный друг с диагональю в 50 дюймов скрасит твое одиночество.

— Надеюсь.

— Только не больше часа в день.

— Обещаю.

— Я постараюсь как можно быстрей вернуться.

— Мне будет не хватать тебя…

Снова Джессика хотела изобразить грусть и печаль, но повторно ей это не удалось.

— Томас…

Снова воображение молодой особы разыгралось в экстремальном направлении.

Проклятый ночной грабитель экстра-класса повторно залез на кухню с преступными намерениями.

А хозяйка, не дожидаясь угроз, сама поторопилась сбросить одежду и встала перед ним, призывно и изящно прогнувшись.

— Не провожай меня, милая.

— Что, дорогой?

— Не провожай.

— Хорошо, дорогой.

— И помни о нашем уговоре: из замка — никуда.

Пожилой джентльмен опять погрузился в решение проблем, которые могли возникнуть в связи с внезапным отъездом.

— Никуда.

Томас, ее Томас, впервые погрозил своей девочке пальцем.

— Никуда.

Джессике хотелось крикнуть в это чем-то сильно озабоченное лицо, что она не такая дура, чтобы рисковать замком и браком, пусть не по любви и даже не по расчету, но браком.

Впрочем, хозяйка, обрекаемая на одиночество, сказала то, что полагается:

— Не сомневайся, дорогой.

— По возвращении я тебя обрадую новым сюрпризом.

Томас, ее Томас, был в прежнем репертуаре.

Джессика поддержала игру, которая началась еще на кладбище, продолжилась в «Донжоне» и завершилась в горах Баварии.

— Лучше замка?

— Гораздо лучше.

— Ты это специально сказал, чтобы я тебя ждала с особым нетерпением?

— Да, милая, да.

— Обожаю сюрпризы.

— Я тоже.

— Счастливого пути!

— Да, милая, не забудь принимать три раза в день настойку боярышника — лучшее средство для очистки кровеносных сосудов.

Джессика могла бы в ответ крикнуть заботливому супругу, что ей, находящейся в самом расцвете лет и сил, не пристало пичкать себя биологически активными добавками, способствующими замедлению старения.

И добавить с непристойным жестом, что выльет настойку боярышника в унитаз.

Но молодая особа лишь уточнила про дозу:

— По столовой ложке три раза в день?

— Да, милая, и ни в коем случае натощак, только во время еды.

Через полчаса супруг-педант отбыл в неизвестном направлении на неопределенный срок.

Джессика так и не проводила Томаса, своего Томаса, который исчез тихо и незаметно, как исчезает привидение.