Танцы, и не только - Элайна Фокс

Райан сел, закинул ногу на ногу и подался вперед.

– Скажите-ка мне вот что: почему вы выходите за Ферриса?

– Вы говорите так, будто у меня на это должны быть некие тайные причины!

Он небрежно пожал плечами.

– Такое любопытство не делает вам чести, мистер Сент-Джеймс. Я вами разочарована!

– Из чего я могу заключить, что вы ожидали от меня чего-то большего. Это очень лестно. Но поверьте, я вовсе не хотел вас обидеть, когда задавал свой вопрос.

– Вы пользуетесь его гостеприимством, – настаивала Катра. – А я его невеста. – Однако с каждой минутой она теряла уверенность в своей правоте. Вообще ей было трудно обсуждать Ферриса с Райаном. Сравнения напрашивались сами собой, и были они отнюдь не в пользу ее избранника. – Вы должны понимать, что поступаете невежливо, пытаясь вести расспросы у него за спиной.

– Ну ладно. Если вам это так неприятно – забудьте про мой вопрос. – И он снова откинулся на спинку кресла. – Похоже, я снова свалился с той жердочки, на которой полагается сидеть приличным джентльменам. Надеюсь, это не лишает меня права… права ухаживать?

– Ухаживать?! – Катра чуть не поперхнулась от изумления. – За кем это вы собрались ухаживать, скажите на милость?

Кажется, он все-таки покраснел? Или ей это почудилось?

– Как за кем? За вами, разумеется! – Он пытался изобразить небрежную улыбку, но его выдали руки, судорожно сжатые на коленях. – И, ради всего святого, не говорите, что вам это неприятно! Я навеки лишусь уверенности в себе. В конце концов, я совсем новичок в этих делах!

Катра рассмеялась и почувствовала, что краснеет, оказавшись во власти странных, незнакомых доселе ощущений. Конечно, Сент-Джеймс шутит, и тем не менее что-то в его голосе заставляло ее сердце млеть от восторга. Тем не менее ответ на его признание мог быть только один.

– Вы не можете за мной ухаживать. Я предназначена другому. Мне вообще не следует с вами разговаривать.

– Вот, значит, как? – Он вскочил, не в силах усидеть на месте, и машинально вытер вспотевшие руки о панталоны. – А я считал, что сначала вы должны обменяться клятвами перед алтарем!

– Конечно, эта церемония еще впереди, но вряд ли кому-то может прийти в голову разорвать помолвку!

Он подошел вплотную, и Катре пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо.

– Особенно ради человека, в чьем представлении ухаживание заключается…

– Заключается в чем? – Он уселся на диван рядом с Катрой.

– Заключается в тайных свиданиях, нескромных намеках и непрерывных стычках – слава Богу, исключительно словесных! – Не успела она закончить фразу, как он наклонился и прервал эту прочувствованную речь самым простым способом – поцелуем.

– Вам не следует так поступать! – прошептала она, не сводя глаз с его влажных губ. Он с трудом перевел дух и ответил:

– Знаю. Но мне непременно нужно было убедиться, что вы на вкус именно такая, как я запомнил! – Он повторил поцелуй, и Катра отвечала ему так страстно, что оба на миг забыли, где находятся.

Наконец Райан отодвинулся, и Катра отпустила его с большой неохотой. Им больше не требовалось слов: взгляды говорили сами за себя. Катра понимала, что нарушает все мыслимые правила, что ей следует выставить его сию же минуту, но ничего не могла с собой поделать. Она готова была целоваться с ним без конца.

Райан не спускал с нее напряженного серьезного взгляда, и было ясно, что ему тоже не до шуток и что он испытывает точно такое же замешательство, как и она.

– Что ты со мной делаешь? – вырвалось у нее.

– Я и сам не знаю. Кажется, я чувствую, что… – Райан покачал головой с таким беспомощным и растерянным видом, что у Катры все перевернулось в груди. Он на ощупь нашел ее руки и ласково их пожал. – То, что я чувствую… Помоги мне, Боже!

Катра сжала его пальцы в ответ, чуть не плача от счастья и боли. on – Помоги, Боже, нам обоим!