Мой милый плут - Элис Дункан

Ровным счетом ничего.

Чарли поднял глаза, и ему показалось, что Герцог откровенно усмехается, глядя на него.

– Ч-черт!

Чарли сплюнул и тряхнул головой, чтобы избавиться от наваждения. Затем еще раз осмотрелся вокруг.

Ага! Этого он раньше не заметил!

У противоположной стены стояли в ряд покрытые пылью бочонки. Судя по их виду, они стояли здесь много месяцев, а может быть, и лет, и никто и ничто не тревожили их.

– А почему бы и нет? – спросил Чарли у Герцога. Ответа он, разумеется, не дождался и просто подошел к противоположной стене, опустил руку в пыльное чрево ближайшего бочонка и вдруг услышал:

– Какого черта вы здесь шарите?

Голос Фермина Смолла гулко раскатился в пустой конюшне, отразился от ее стен и обрушился на барабанные перепонки Чарли оглушительным эхом. Даже Герцог перестал жевать и испуганно вздрогнул.

В следующую минуту оба они пришли в себя. Герцог возмущенно заржал, а Чарли отскочил от бочонка и протестующе взмахнул своей здоровой рукой. Помня о том, что лучшая защита – это нападение, он ринулся вперед и воскликнул:

– Сукин сын!

Фермин Смолл вытянул вперед руку с зажатым в ней пистолетом. Увидев это, Чарли застыл на месте как вкопанный и продолжил – уже гораздо спокойнее, чем прежде:

– Какого черта, шериф?

– Что вы искали в том бочонке, Уайлд? – рявкнул Смолл, перебегая своими прищуренными глазками то на бочонки, то на лицо Чарли.

Чарли тоже прищурил глаза и прижал здоровой рукой раненую.

– Я навожу здесь порядок, – сказал он. – Разве это запрещено законом?

Глаза Смолла превратились в узенькие щелочки, и шериф протянул подозрительно:

– Интересно, интересно…

Чарли очень неприятно было смотреть на ствол пистолета, направленный ему прямо в живот. Ему совершенно не улыбалось получить еще одну пулю – он вовсе не собирался коллекционировать эти кусочки свинца.

А что подумают о нем его парни, если он позволит подстрелить себя дважды на протяжении одной недели?

В сотый раз Чарли пожалел в эту минуту, что покинул родной дом. Нет, эти края не для нормальных людей!

– Почему бы вам не обратиться к мисс Адриенне и мисс Айви, шериф? Спросите у них, имею ли я право прибраться на конюшне.

– И не подумаю! – вскинулся шериф, которого вовсе не прельщала встреча с этими леди. – Вы сами должны рассказать мне о том, что вы тут делали.

– Что я тут делал – не ваша забота, – огрызнулся Чарли.

– Что здесь происходит? Что за шум?

Голос Одри заставил обоих мужчин вздрогнуть от неожиданности. Чарли невольно пригнулся, опасаясь, что шериф может ненароком разрядить в него свою пушку.

“От пули не убежишь”, – успел обреченно подумать он.

– Какого черта вам нужно здесь, Фермин? – продолжила Одри. – И почему вы целитесь в Чарли?

Одри стояла в дверях конюшни подбоченившись, с раскрасневшимся от гнева лицом, и серые глаза ее метали молнии. Чарли даже в эту опасную минуту не мог не залюбоваться ею. Яркое солнце освещало ее фигуру и золотистым нимбом горело в волосах. Полные губы Одри были плотно сжаты, грудь высоко вздымалась при каждом вздохе. Она и в гневе была очаровательна, эта маленькая мисс Хьюлетт.

– Этот молодчик шарил у вас на конюшне, мисс Одри, – поспешил отрапортовать Фермин Смолл.

– Что? – воскликнула Одри и одарила шерифа презрительным взглядом.

Она прошла в глубь конюшни и встала перед шерифом, затем спокойно протянула руку и выхватила пистолет из его пальцев. Чарли с восхищением наблюдал за ней.

– Это самое идиотское заявление, которое мне приходилось слышать в моей жизни, Фермин Смолл. Впрочем, с вас станется.

С этими словами Одри откинула в сторону барабан “кольта” и высыпала из него на ладонь все патроны.

– Мэ-эм! – возмущенно воскликнул Фермин.

– Никакая я вам не “мэ-эм”, шериф, – бесцеремонно перебила его Одри. – Вы просто сваляли дурака. Как всегда, впрочем. Заберите вашу игрушку.

И она сунула в руку Фермина Смолла разряженный пистолет.

– Но, мисс Одри…

– Я больше для вас не мисс Одри! – прикрикнула на него Адриенна. – И позвольте мне самой хозяйничать в собственном доме! Забирайте свой пистолет и проваливайте прочь сию же минуту!

Шериф что-то угрожающе пробормотал себе под нос и принялся засовывать “кольт” в кобуру, болтавшуюся у него на поясе. Чарли облегченно вздохнул и с удвоенным вниманием продолжал следить за мисс Хьюлетт. Эта девушка была достойна самого глубокого уважения. Он не смог сдержать улыбку, глядя на то, как Одри пересыпает вытащенные патроны в длинную ладонь Фермина.

– Возьмите, – с презрением сказала Одри, – но с одним условием: заряжать свою пушку вы будете только тогда, когда окажетесь за воротами моей фермы.

Она поучала шерифа так, словно тот был маленьким мальчиком.

– Он говорит, что “наводил здесь порядок”, мисс Одри, – попытался наябедничать Смолл. – Хотел бы я знать, что за порядок он здесь хотел навести!

Голос шерифа сорвался на писк. Фермин замолчал и озадаченно уставился на патроны, маслянисто поблескивавшие у него на ладони.

Одри круто развернулась и сердито посмотрела на Чарли. Тот виновато пожал плечами.

– Вы же ничего не разрешаете мне делать, мисс Адриенна, – сказал он. – Вот я и решил хотя бы в конюшне прибраться немного.

Затем Чарли улыбнулся своей самой обворожительной улыбкой, что сгубила столько девичьих сердец в его родном Америка-Сити, и добавил:

– Надеюсь, вы не станете сердиться на меня за это, мэм.

Он указал рукой на груду хлама, скопившуюся посреди конюшни в результате его поисков. Одри покосилась на эту кучу, и щеки ее порозовели.

– Ах, Чарли, негодник, зачем вы меня не слушаетесь?

– Но, мисс Адриенна, поймите, я просто не могу сидеть без дела. Надеюсь, вы не станете сердиться на меня за то, что я хотел немного прибраться здесь, – продолжил Чарли. – Честное слово, рука у меня не так уж сильно болит…

– Ах, Чарли, вы просто прелесть! – прервала его Одри. Она нежно прикоснулась к здоровой руке Чарли, и он смутился – не столько от этого прикосновения, сколько от мысли о том, что весь этот мусор он выгреб вовсе не для того, чтобы навести здесь порядок, а ради этих проклятых камешков.

Одри снова обратилась к Фермину и сказала ледяным тоном:

– Не лучше ли вам заняться своим делом, шериф? И знайте, что, если вы еще раз сунете нос на нашу ферму, мы с тетушкой Айви предпримем меры.