Туман на болотах - Лилиан Пик

Его глаза раскрылись еще шире. Он глубоко вдохнул.

— Если и вечер пройдет в том же духе, готовься к веселью! — крикнул он вслед моей быстро удаляющейся фигуре.

Он пришел, когда я принялась за проверку второй партии тетрадей. С удовольствием отложив их, я впустила его в комнату. Я нервничала. Интересно, как он отреагирует на мое необычное предложение? Я угостила его шоколадом, и он усадил меня к себе на колени. Закончив жевать, он вопросительно посмотрел на меня.

Я провела пальцем по его носу, губам и спустилась к подбородку.

— Уэйн…

— Когда вы закончите исследовать мой великолепный профиль, может быть, вы скажете мне, наконец, что вам нужно от меня, мисс Джонс?

Я со вздохом посмотрела на него:

— Очень жаль, что я не люблю тебя. Тогда все было бы гораздо проще.

Он даже поморщился от моей прямоты:

— Да, ты можешь польстить мужскому самолюбию! Тебе что-то нужно от меня, это ясно. Так что было бы гораздо проще…

— Я хочу попросить у тебя, Уэйн, — я соскользнула с его коленей, — слишком многого. Я хочу попросить тебя — только, пожалуйста, не сердись и скажи сразу «нет», если не захочешь, — сделать мне предложение.

У него отвисла челюсть.

— Ты что, Трейси? Наверное, сошла с ума? Ты серьезно просишь меня жениться на тебе?

— Нет, Уэйн, ты не понял. Я не хочу, чтобы ты на мне женился, я прошу тебя стать моим женихом только на несколько недель. Главное, чтобы было побольше шумихи вокруг нашей помолвки.

Он провел рукой по лбу.

— Ты меня заинтриговала! Объясни, толком объясни, больше ни о чем не прошу.

И я объяснила. Он внимательно меня слушал. Он оставил свои шутки и дерзости, и настоящий Уэйн, которого я наконец-то увидела, оказался гораздо более приятным человеком, чем тот, которого мы все знали.

Он обнял меня и погладил по щеке.

— Значит, все средства хороши, да, Трейси? А если я… э-э-э… поставлю тебя в неловкое положение, скажем, начну вести себя как настоящий жених?

— О, если на людях, то все в порядке, Уэйн. Вообще-то это именно то, что мне нужно. Но когда мы одни — нет. Я уже тебе все объяснила.

— А как же мои чувства? Что ты на это скажешь, птичка?

— У тебя их нет, не так ли? — улыбнулась я.

— А это уже провокация, милая. Если хочешь, чтобы я сохранял дистанцию, больше так не говори. — Он задумался. — Значит, ты хочешь, чтобы я помог тебе вытащить репутацию Брета Хардвика из грязи, так?

— И мою тоже, Уэйн. Не забывай, что и я в этом замешана.

— Держал бы он лучше своего мальчишку в ежовых рукавицах.

— Не говори так, Уэйн. Я ведь тебе рассказала, как он собирается его наказать.

— Да, жестоко. Помню, как он командовал нами, когда заведовал кафедрой географии, — высокомерный тип, который вечно ставил меня на место.

— Тогда я почти его не видела. Он относился ко мне как к пустому месту.

— И тем не менее ты хочешь ему помочь?

— С тех пор все изменилось, Уэйн, — мягко заметила я.

— Только не говори, что ты в него влюбилась!

Должно быть, Уэйн увидел мечтательный блеск в моих глазах.

После недолгого колебания я кивнула.

— Но, милая, — с озабоченным видом сказал он, — ты ведешь игру, заранее обреченную на проигрыш. Я тебе уже говорил: всем известно, что если он и женится еще раз, то на своей экономке.

— Бесполезно, Уэйн. Я люблю его и ничего не могу с собой поделать. Я не жду от него взаимности. Он говорил мне в лицо такие неприятные вещи!.. — Глупо, но мои глаза наполнились слезами. — Он сказал, сказал…

— Не плачь, птичка, я не могу видеть твоих слез. — Он погладил меня по голове. — Безответная любовь приносит много страданий, верно? Особенно такой малышке, как ты. — Он вытер носовым платком мои щеки. — Знаешь, если человек способен выдержать твои слезы, значит, у него каменное сердце… Нет, сердца у него просто нет — его вырезали вместе с чувствами. Твои слезы тронут любого…

— За исключением одного. — Я вытерла последнюю слезинку и вернула платок Уэйну. — Угадай, кого я имею в виду?

— Хардвика? И ты плакала перед ним? Когда?

— Когда порезала руку о разбитую лампочку из глобуса. Он велел мне взять себя в руки и ушел.

Пальцы Уэйна сжали мою руку, он заскрежетал зубами.

— Я знал, что он может быть бесчувственным животным, но чтобы до такой степени!

— Уэйн… — Я теребила ручку в кармане его рубашки. — А как нам быть с… кольцом?

— Ты всерьез решила устроить помолвку?

Я кивнула.

— Ну что ж, я думал об этом. Один мой друг был помолвлен, но его девушка разорвала помолвку и вернула кольцо. Если оно еще у него, он мне его одолжит. И проблема с кольцом будет решена.

Он встал и прошелся по комнате.

— Есть только одна загвоздка, Трейси. Надеюсь, ты не обидишься, но эта девушка, Дайна, — сказать по правде, она меня чем-то зацепила. В каком я окажусь положении, когда она узнает о нашей помолвке?

— Не беспокойся, Уэйн, — кинулась я успокаивать его. — Я расскажу ей правду — что ты делаешь это для того, чтобы помочь мне, и что между нами ничего нет. Она поймет.

Он с сомнением посмотрел на меня.

— Я бы сказала ей все прямо сейчас, но ее нет дома. — Я чувствовала, что давно должна была предупредить его. — У нее много поклонников, Уэйн. Ты знаешь?

— Хм, ты говорила. Да, нелегко мне придется с ней.

— Пусть победит лучший, — ухмыльнулась я.

Он легонько ткнул кулаком меня в подбородок.

— Я только что стал твоим женихом, а ты желаешь мне удачи с другой женщиной. Странная ты невеста. — Он поцеловал меня. — Я поговорю с Биллом насчет кольца и передам его тебе. Договорились?

— Ты замечательный, Уэйн. Как мне отблагодарить тебя?

— Я подумаю и скажу тебе. Новая машина мне не помешает.

Он помахал мне и отправился домой.

На следующий день, поймав меня в классе, он сообщил, что кольцо у него в кармане.

— Когда я могу его доставить? Сегодня вечером?

— Я свободна, Уэйн, так что заходи в любое время.

Когда он пришел, Дайна была у меня. Я специально пригласила ее, чтобы она поверила в фиктивность нашей помолвки. Девушка сидела в кресле, вытянув ноги, и даже не пошевельнулась, когда вошел Уэйн. Она напустила на себя безразличный вид и докуривала уже четвертую сигарету. Обычно она мало курила, но сегодня почему-то смолила одну за другой.

Подняв брови, она улыбнулась Уэйну, и его, похоже, немного озадачило ее пренебрежительное отношение. Он и сам чувствовал себя не в своей тарелке и, наверное, от этого стал уделять мне слишком много внимания. Он показал мне кольцо — с белым камнем в центре и искусственными сапфирами по бокам.