Ожившая статуя - Сандра Филд

Они обнялись, Сэм поцеловал ее в обе щеки.

— Было очень приятно с тобой познакомиться, — искренне сказала Лорен. — Будешь в Нью-Йорке, непременно звони. Обещаешь?

— Обещаю. Я туда часто наведываюсь. В яхт-клубе обязательно покатайся на каяке — не пожалеешь. Пока.

Улыбаясь, она махала ему вслед, пока машина не скрылась из виду, потом пошла к дому. Еще три дня, и сделке с Рийсом придет конец. Тогда можно будет уехать домой. Вернуться к нормальной жизни, полной тяжелой работы, повседневных хлопот и радостей. Там ее место.

Девушка открыла дверь, вошла и вздрогнула. Прямо перед ней на расстоянии вытянутой руки стоял Рийс.

— И что же, в воскресенье ты обнимешь меня с таким же энтузиазмом? — прорычал он.

— Я вообще не собираюсь обнимать тебя.

— Ты придерживалась условий нашего договора? Или разболтала Сэму все об Уоллисе? И рассказала, какой я сукин сын?

— Возможно, тебе трудно в это поверить, но мы о тебе вовсе не говорили.

— Признавайся, вы целовались? Там в горах, когда были одни?

Ее плечи поникли. Гнев уступил место отчаянию, испугавшему Лорен своей мощью.

— Ты до сих пор думаешь, что я готова броситься в объятья первого встречного, да? Ты с легкостью веришь Сэндору, человеку, которого никогда не видел, и не хочешь верить мне, хотя знаком со мной почти неделю… Если бы ты только знал, как я жду выходных. Я мечтаю о воскресенье!

— Не ты одна, — бросил Рийс. — Автобус заедет за тобой через час. А в пять мы улетаем на остров.

Он развернулся и ушел прочь.

Лорен смотрела ему вслед. Единственное, что Рийс мог отдавать, — это приказы, с горечью подумала она.

Вертолет легкой птицей парил над водами пролива между материком и островом Ванкувер над маленькими островками, рассыпавшимися, словно изумруды на бирюзовом полотне. Яхты с белоснежными парусами казались с такой высоты детскими корабликами. Каяки покачивались на волнах, как разноцветные спички. Рийс начал опускать машину на посадочную площадку. В круглый иллюминатор Лорен разглядела крышу яхт-клуба, спрятавшегося в зеленых зарослях.

Место поразило ее своей изысканностью и красотой. Ей захотелось побыть здесь одной, подумать в тишине.

— Завтра утром я собираюсь покататься на каяке, — сообщила она, не пытаясь скрыть свое раздражение.

— Об этом не может быть и речи. Одной тебе нельзя.

— Тогда найду кого-нибудь, кто составит мне компанию. Учитывая мою репутацию, это будет несложно.

— Угомонись. И не отвлекай. А то сядем на дерево.

Девушка закусила губу, против своей воли восхищаясь его умением управлять вертолетом. Они приземлились точно в центр посадочной площадки. Как только стих гул моторов, к ним подошел служитель клуба, чтобы забрать багаж. Управляющий проводил их в восточное крыло здания, идеально вписывающегося в местный пейзаж, и открыл дверь.

— Спальня дальше. Ванная направо. В гостиной есть бар и все, что нужно для отдыха. Ваш клиент будет ждать вас в главном баре в семь часов, мистер Кэллахэн. Ужин подадут в восемь.

Лорен услышала только первую фразу. Спальня. Ведь так он сказал? Спальня. В единственном числе. Когда управляющий ушел, она направилась через гостиную к двум закрытым дверям. За одной оказалась роскошная ванная, за другой — спальня с кроватью необъятных размеров. Одна спальня и одна кровать.

— Такого условия в нашем контракте не было, — возмутилась девушка. — Мы не должны спать в одной кровати. Как ты смеешь так поступать со мной?!

— Успокойся, — оборвал ее Рийс. — Я резервировал номер несколько недель назад, когда еще не был даже знаком с тобой. В любом случае кровать достаточно просторна. Я лягу на расстоянии метра от тебя.

— Я не стану спать с тобой!

— Тогда могу предложить тебе диван.

Это уже слишком! За последнюю неделю много чего произошло, но это — последняя капля в чаше ее терпения. Злость вдруг покинула Лорен. И к своему удивлению, она, которая никогда не плакала, разрыдалась, как ребенок, горько и безысходно. Закрыв мокрое лицо руками, она бросилась в ванную, чтобы Рийс не видел ее такой. Но он схватил Лорен за плечи и повел в спальню. Она пыталась отпихнуть его.

— Пусти, — всхлипывала девушка. — Мне неприятно, когда ты прикасаешься ко мне. Боже, зачем я ввязалась в это?

Рийс усадил ее на кровать и обнял.

— Не плачь, — сказал он мягко. Таким Лорен его раньше не видела. — Прошу тебя, не плачь.

— Буду плакать сколько захочу, — огрызнулась она. — Не могу. Не могу так больше.

Рийс прижал Лорен к груди, гладя по спине и плечам, и прислонился щекой к ее макушке. Как хорошо, вдруг мелькнуло у него в голове. Она понемногу успокоилась.

— Я вообще-то никогда не плачу. Даже из-за Сэндора ни одной слезинки не пролила. И из-за всех этих омерзительных статеек в газетах. Что со мной?

— А почему ты не плачешь?

— Жизнь научила, — откровенно призналась Лорен. — Много лет назад, когда Уоллис ушел от мамы, она запретила мне плакать. А чем старше и привлекательнее я становилась, тем сильнее мама ругала меня из-за любой мелочи. Она хотела, чтобы я жила отдельно. Знаешь, это больно. Даже очень. Но гордость мне не позволяла рыдать у нее на глазах. Видимо, со временем я и вовсе утратила способность плакать.

— А теперь ты видишься с матерью?

— Иногда. Мы чрезвычайно вежливы друг с другом. Делаем вид, что ничего не случилось. Наши отношения пропитаны фальшью. Это отвратительно. Мой второй отчим консерватор до мозга костей. И ужасный зануда. Кстати, он тоже поверил Сэндору. Что, как ты понимаешь, не способствовало теплым взаимоотношениям между нами.

— Так же, как и между нами?

— Ты считаешь, я в этом виновата? — возмутилась она в привычной уже манере.

— Ладно. Давай уточним… сегодня ты спишь на диване, — продолжил Рийс каким-то странным тоном.

— Точнее не скажешь. Раз уж ты не способен на великодушие и не предлагаешь мне единолично занять кровать.

— С какой стати я должен уступать? Не нравится диван — ложись со мной на кровати.

— Ты что, оглох? — Она округлила глаза. — Забыл, что было, когда я поцеловала тебя в прошлый раз? Неужели после этого я соглашусь спать в метре от тебя? Ну уж нет.

— Значит, ты хочешь меня. Но собираешься провести ночь на диване, который служит больше для красоты, чем для удобства. Боишься, что не выдержишь и займешься со мной любовью. Странно, но блудницы, как ты себя назвала, так не поступают. — Рийс схватил ее за плечи. — Разве ты не понимаешь, я хочу доверять тебе! Клянусь!

— Что же тебе мешает? — воскликнула девушка.

— Это не так просто. — Рийс помолчал. — Ты действительно ненавидишь меня?