Поверь мне! - Кей Мортинсен

По ее лицу расплылась счастливая улыбка, и она полукокетливо, полувопросительно осмелилась посмотреть на него.

Да! Этого было достаточно, чтобы поставить его на колени! Смущенный и растерянный, он хотел вернуть любовь, которая когда-то была между ними. И она добьется этого ради их ребенка и ради своего счастья.

Хэнк жаждал испытать отцовскую любовь к своему ребенку. Но не меньше ему нужна и другая любовь, нежность к женщине, секс. Она даст ему это.

– Это очень разумная идея, – сказала Рэйчел, стараясь говорить сдержанно. – Как только я найду себе замену, я оставлю работу. Мы станем друзьями ради ребенка, и я сделаю все, что в моих силах.

Она встала, подошла к нему и поцеловала сначала в одну щеку, а потом в другую. Рэйчел чувствовала, как по всему телу Хэнка прокатилась дрожь.

Ради него я пройду сквозь огонь, думала она, когда они шли к машине. Я готова прожить без него шесть месяцев, если это необходимо для того, чтобы потом мы всегда были вместе.

Она знала – просто ощущала каждой клеточкой кожи, – что ему нестерпимо хочется схватить ее и поцеловать, и чувство радости и свободы птицей вырвалось из ее груди.

Со временем их жизнь наладится, и все будет чудесно. Нужно только набраться терпения. Скала свалилась с плеч Рэйчел: она поняла, что теперь не одна.

Проходили дни. Хэнк, как и планировал, жил в Нью-Йорке, лишь звоня, чтобы справиться о здоровье Рэйчел и узнать, не нуждается ли она в чем-то. Однажды вечером, придя, домой, Рэйчел с удивлением обнаружила, что исчезла вся его одежда, даже та смешная рубашка, скроенная по форме игрушечного медвежонка, которую она когда-то ради шутки подарила ему.

Она уверяла себя, что это продлится не слишком долго. В конце января, когда родится ребенок, она услышит шорох шин их «фордика», и Хэнк снова будет в ее постели.

Через две недели она нашла себе замену и оставила работу. Время потянулось медленнее. Кроме Рэйчел, в доме были только строители. Если бы не уверенность, что Хэнк вернется к ней, она легко могла бы впасть в депрессию, но она не позволяла себе поддаваться слабости.

Твердость характера, которая помогла ей после колледжа подняться до должности высокооплачиваемого администратора, оказалась теперь полезной. В ее сердце укрепилась надежда на примирение с Хэнком, и на меньшее Рэйчел, не рассчитывала.

Несмотря на то, что она умудрилась полюбить «Пинк Стоунз», научилась сама разжигать камин и игнорировать пауков, она ужасно скучала по Хэнку и с нетерпением ждала его звонков два раза в день, чтобы услышать его усталый, заботливый голос.

Когда телефон на столике зазвонил, Рэйчел поспешно отставила баночку с йогуртом и кинулась к трубке, как будто ловила редкую бабочку.

– Алло, да, это я, – взволнованно выдохнула она.

– Как твои дела? – участливо поинтересовался Хэнк.

Устроившись, поудобнее на диване, Рэйчел приготовилась к долгому, душевному разговору.

– Чудесно, – прошептала она.

– Ты не скучаешь по... работе? – запинаясь, спросил он.

Рэйчел улыбнулась, хорошо зная, что Хэнк хотел спросить «по мне».

– Нисколько, – отвечала она. – Как ни странно, но у меня такое чувство, будто я освободилась из тюрьмы. Теперь, я могу полностью сосредоточиться на ребенке и доме и уже прочитала несколько книжек, которые мне рекомендовал доктор.

– И, надеюсь, рабочие продолжают развлекать тебя и заботиться о тебе?

Она рассмеялась.

– О да. Я угощаю их чаем и шоколадным печеньем в перерывах. Они очень добры ко мне. Если я затеваю какую-то работу в саду, один из них тут же подбегает и выхватывает грабли из моих рук.

– Неудивительно. Ты могла бы очаровать всю Америку, – рассмеялся Хэнк. – Я попросил их присматривать за тобой.

– Правда?

– Я не хочу, чтобы ты перегружала себя работой, – внушительно произнес Хэнк. – Кстати, ты хорошо питаешься?

Как он заботлив!

– Да. Холодильник забит свежими овощами и фруктами, и я чувствую себя необыкновенно здоровой, – торжественно заявила Рэйчел. – А как ты?

– Обо мне не волнуйся. Как насчет твоего завтрашнего визита в клинику, которую рекомендовал тебе доктор Гринджер? – заботливо спросил он.

– Я ужасно волнуюсь, Хэнк, – ответила она и после короткой паузы осторожно добавила: – Ты, конечно же, не сможешь пойти со мной?

Это было бы превосходным поводом для сближения.

– К сожалению, не смогу. Я сейчас в Стемфорде и должен ехать в Норуолк. Но мысленно я буду с тобой. Завтра позвоню. Пока.

Хэнк положил трубку прежде, чем Рэйчел успела, как следует попрощаться с ним. Она огорчилась, хотя хорошо знала, почему он пытается так много работать. К моменту рождения ребенка его компания будет твердо стоять на ногах, и тогда у него появиться возможность посвятить свое время ей и малышу.

Она усмехнулась. Что ж, тогда поберегись, Хэнк Хансон! Ты и не догадываешься, что тебя ожидает!

Рэйчел с наслаждением растянулась на диване, представляя себе, как с появлением ребенка сердце Хэнка тает, как он в порыве страсти бросается к ней и их губы сливаются в поцелуе, смывающем все боли и обиды.

– Скоро, мой малыш, твой папа вернется к тебе, – с уверенностью прошептала она, поглаживая руками живот.

Клиника находилась в получасе езды от их дома. Несмотря на все доверие, которое Рэйчел испытывала к своему врачу, ей было необходимо посетить специалиста – ведь доктор Гринджер не был гинекологом и не располагал всей нужной медицинской техникой. Рэйчел вошла в полную народа приемную и уселась рядом с озабоченной мамашей, которая, как фокусник, пыталась управиться со своими тремя детишками, терпя толчки изнутри четвертого, пока еще не рожденного.

Боже мой! – с сочувствием подумала Рэйчел, ловко подхватив малыша, который споткнулся о ее вытянутые ноги. Эта сцена заставила ее тут же отказаться от намерения заводить четырех детей. Двоих будет вполне достаточно.

– Спасибо, – безучастно поблагодарила мамаша и тяжело вздохнула.

– Не за что, – ответила Рэйчел и с тревогой посмотрела на осунувшееся лицо женщины.

Рядом с этой измученной женщиной она выглядела свежей и вызывающе здоровой. Рэйчел стало неловко, и странное чувство вины охватило ее.

Женщина уныло посмотрела на нее.

– Первый раз? – спросила она, вытирая платочком нос одному из своих чад.

– Да.

– Я так и думала. Ничего, научитесь. Подождите, пока у вас не начнется реактивная рвота, – мрачно предупредила она.

Боже милостивый! Это ужасно! В это время Рэйчел услышала, как ее позвали, и нервно подскочила. Следуя за медсестрой, она огляделась и заметила, что большинство женщин выглядели подавленными и смиренными, в то время как их дети с дикими воплями носились по приемной.