Секретное досье на любимого - Пола Грейвс

– Ты изменился, – ее голос чуть понизился, – стал опаснее.

Он мрачно улыбнулся. Ники даже не представляла, насколько близка к правде. В его жизни был период, когда он действильно чуть не превратился в опасного парня. Несколько шагов в неверном направлении – и он мог бы кончить так же, как и его продажные и безжалостные братья, и вести нехорошую жизнь в суровых горах Кентукки.

Он солгал, когда сказал, что у него не осталось семьи в Кентукки. Там были его братья. Но он не виделся с ними много лет. Сознательно.

– Я плюшевый мишка, – сказал он.

– Нет. Это не так, – рассмеялась Ники и прижала ладонь к его груди, будто хотела почувствовать сердцебиение. Его пульс подпрыгнул в ответ на ее прикосновение.

– Ты права. Я могу быть очень опасным, если захочу. – Он накрыл ее руку своей ладонью, прижимая к тому месту, где билось сердце. – Я просто много лет пытался подавить это желание.

– И теперь ты хочешь? – Голос Ники стал ниже. Мягче.

– Не хочу. Но могу, если придется. Вот что я сегодня вспомнил. Там.

По-видимому, в нем все еще оставалось что-то от тех неумолимых, ничего не прощающих гор. И возможно, это поможет ему выбраться из Риверс-Энд живым.

Пальцы Ники нежно скользнули по его щетинистому подбородку.

– Я когда-нибудь говорила, что меня тянет к опасным парням?

– Нет. – Он наклонился к ней ближе. – Но не могу сказать, что я удивлен.

Ники поднялась на цыпочки, прижалась своими мягкими губами к его губам. Он обнял ее, притянул к себе, провел пальцами вдоль ее позвоночника, по линии талии, изгибу бедер. Ники тихонько застонала, провела пальцами по его волосам и посмотрела на него пьяными от страсти глазами.

– Как бы я этого ни хотела, не думаю, что мы должны это делать.

Он хотел возразить. Уже открыл рот. Но кусок горящей древесины вдруг с треском рассыпался, и Даллас вспомнил, насколько небезопасно их обиталище. Эта ночь в лучшем случае короткая передышка в предстоящей борьбе за жизнь. Они не могут позволить себе быть безрассудными.

– Сегодня ты спишь на кровати, – предложил Даллас, отодвигаясь от Ники на безопасное расстояние.

– Ты все еще слаб, – сказала она.

– Нет, – заверил он, – уже нет.

– Хорошо. Постарайся немного поспать. – Она повернулась и пошла вниз по коридору.

Даллас чуть было не пошел за ней, даже сделал несколько шагов к ее двери, но повернул к дивану. Он нашел постельное белье в шкафу в коридоре, постоял у закрытой двери спальни. Услышав легкое движение за дверью, представил, как Ники готовится ко сну. Снимает джемпер и джинсы, расстегивает бюстгальтер…

Даллас заставил себя вернуться в переднюю комнату. Разложил диван, снял свитер и лег на спину на диван, наблюдая за игрой света и тени на деревянных потолочных балках.

Ей нужна твоя помощь, напомнил он себе. А тебе нужна она.

Ники несколько дней соглашалась на две смены в закусочной, отчасти стараясь порадовать Тревора и в надежде наткнуться на Дела Макклинтока.

Ее вторая смена закончилась, Дел или кто-то из его парней не появились в закусочной, и Ники забеспокоилась. Может, они нашли в вагончике то, что заставило их притормозить, но этого не может быть. Она собрала всю грязную одежду Далласа и выбросила ее в мусорный контейнер в близлежащем городке в первый же день, когда поехала на работу в утреннюю смену. Единственным компроматом могли быть записки от Куинна и Даллас Коул.

После окончания вечерней смены она снова припарковалась за хозяйственным магазином и направилась в горы к тайнику, не очень ожидая найти сообщение так скоро. Но условный сигнал на месте. Агент X приходил.

Ники достала пачку бумаг из ниши в пещере и просмотрела их, подсвечивая фонариком. Сообщение Куинна состояло из указаний, следуя которым Ники пришла к поваленной сосне в пятидесяти ярдах к северу от пещеры. Под сосновыми ветками был спрятан большой рюкзак.

Внутри рюкзака лежал новый портативный компьютер и оборудование, которое она не смогла идентифицировать. Но Даллас Коул сможет, она не сомневалась.

Ники спустилась с горы, убедилась, что за ней никто не наблюдает, подойдя к машине, сунула рюкзак под пассажирское сиденье и поехала к вагончику.

Когда она притормозила на перекрестке, позади нее раздался громкий гудок. Взглянув в зеркало заднего вида, Ники увидела «шевроле-сильверадо»[4]Дела.

Черт побери! Дверь водителя открылась – из пикапа вылез Дел и направился к ее джипу. Ники заглушила мотор и вышла к нему.

– Ты до чертиков меня напугал, Дел Макклинток! – Ники смягчила слова улыбкой.

Он рассмеялся:

– Мне нравится держать тебя в напряжении, милая!

– Где ты был? Я надеялась увидеть тебя в закусочной. – Ники подошла к нему, поиграла с застежкой-молнией на его куртке. – Тебе не нравится, как я готовлю?

– Я люблю твою стряпню, дорогуша. И ты это знаешь.

– Ты уезжал из города?

– Мне нужно было кое с кем встретиться.

Ники обиженно взглянула на него:

– С девушкой?

– Нет. Это бизнес.

– Хорошие новости?

– Вполне вероятно. Как ты смотришь на то, чтобы на какое-то время уйти из этой закусочной? Поработать где-нибудь еще?

– Зависит от того, где. – Подавив отвращение, она положила руки ему на плечи.

– Я ведь рассказывал тебе о моем друге, который не очень справляется с диабетом?

– Верно. Ты говорил, что ему даже придется отправиться в больницу на какое-то время, если он не сможет понизить уровень сахара в крови.

– Он отказывается ехать к врачам. Его отец попал в больницу несколько лет назад с переломом руки и умер через два дня. Он и близко к больнице не подойдет.

– Если он не сможет отрегулировать уровень сахара в крови, то все равно там окажется, хочет того или нет, – сурово произнесла Ники.

– Вот тут-то ты и появишься, милая. – Он погладил ее по щеке тыльной стороной ладони. Ники едва не передернуло. Она сдавала в этой игре, а ведь когда-то могла исполнять роль послушной подружки, и глазом не моргнув.

За последние несколько лет многое изменилось. Включая ее саму.

– Ему нужна личная медсестра, наверное, это так называется.

– Я не медсестра, – поправила Ники, надеясь, что это не изменит его решения.

– Почти. Ты ведь знаешь, как проводить лечение? Контролировать его состояние. Готовить еду, которая поможет ему держать сахар под контролем. Не так ли?

– Это я могу делать, – кивнула она, одновременно взволнованная и испуганная.