Вестник счастья - Марианна Лесли

Наконец Джерри выпрямился. Джонатан сел за руль и завел мотор. Братья обменялись еще несколькими словами, после чего Джерри бросил гаечный ключ в ящик с инструментами. Джонатан помахал рукой, и машина резко рванула с места.

Джерри осторожно собрал инструменты в ящик и захромал в дом. Вымыв руки, уселся за стол напротив Хани.

— Ну вот, теперь старушка Джо еще побегает немного.

— И часто ты чинишь его машину? — поинтересовалась Хани.

— Бывает иногда. А что такое, Медок?

— Просто спросила. Сколько лет Джонатану?

— Он младший. Ему двадцать шесть.

— А о втором брате тебе тоже приходится заботиться?

— О Реджи? Гораздо меньше. Он живет в Айове.

— А кто заботится о тебе?

— Я уже большой мальчик, сам могу о себе позаботиться, — пошутил Джерри. — К тому же я старший. Так уж принято, что старшие помогают младшим. Наша мать умерла вскоре после рождения Джо, отец очень сильно переживал и был склонен винить нас во всех своих несчастьях. И если ты полагаешь, что я груб, видела бы ты его. Вот уж у кого был крутой нрав. Из-за этого он долго не задерживался ни на одной работе. Потом стал пить и в конце концов умер от кровоизлияния в мозг.

— Мне очень жаль.

Джерри пожал плечами.

— Реджи женат, у него двое детишек — мальчик и девочка. Джонатан обручен, свадьба через три месяца.

— А чем занимаются твои братья?

— Джо торгует недвижимостью, Реджи врач-ортопед.

— Понятно. — Взгляд Хани упал на часы. — Уже поздно. Мне пора домой.

— Сегодня я не могу заниматься своими обычными делами, поэтому день кажется таким длинным. Не уезжай!

— Я же приходила только, чтобы поговорить о наших детях, и нам это прекрасно удалось. Через час у меня экскурсия по заповеднику.

— Ну, может, тогда хоть поцелуешь на прощание? — промурлыкал Джерри.

Не позволяя ему увидеть, как жар затопил ее тело от этих слов, Хани резко подскочила, подошла к стойке, чтобы забрать корзину, а когда повернулась, оказалась прямо в объятиях подошедшего Джерри.

— Если ты уйдешь, зря пропадет такой чудесный день, — сказал он, положив ей руки на плечи.

Хани сглотнула.

— Отойди с дороги, в противном случае мне придется тебя оттолкнуть.

— Но ты ведь не станешь толкать раненого. Правда, Медок? — понизил голос Джерри, кончиками пальцев погладив шею над воротником свитера. Каждое его прикосновение обжигало, и у Хани закружилась голова.

— Мистер Вест, немедленно дайте мне пройти, — выдавила она.

— Звучит не слишком убедительно, Медок. Тебе не хватает ветра, чтобы поднять паруса.

— Я начинаю приходить к выводу, что ты слишком легкомысленный и поверхностный, Джерри Вест!

Пальцы Джерри пробрались к уху и нежно погладили его. Трепетная дрожь пробежала по телу Хани.

— А ты слишком серьезная и чопорная, мисс Хани Бартон. И если бы я не целовал тебя, то ни за что бы не догадался, что на самом деле ты сладкая как мед.

— Мне что, придется бороться с тобой?! — возмутилась она, стараясь скрыть реакцию своего тела на его слова.

— Не надо со мной бороться, Медок. Мне так хочется услышать, как ты произносишь мое имя с нежностью.

Глядя, как она упрямо вздернула подбородок, сверля его взглядом, он усмехнулся и отступил в сторону.

— Ладно, отпускаю тебя, Медок… пока. Беги к своим любителям птиц.

Схватив корзину и куртку, Хани выскочила из дома. Всю дорогу до заповедника и позже ее неотступно преследовали мысли о Джерри Весте, о его грубоватых, сексуальных шутках и намеках, о возбуждающих поцелуях. Вспоминала она и о Джонатане, удивляясь тому, что он не предложил раненому брату помощь, не стал ухаживать за ним, а, наоборот, заставил его, больного, чинить машину. Да, по всей видимости, детство у них троих было нелегким, но тяжелее всех приходилось Джерри. Возможно, это и сделало его таким, какой он есть.

Даже во время экскурсии — своего любимого занятия — Хани не смогла отвлечься и продолжала думать о Джерри, пока водила группу школьников по тропинкам, показывая гнезда различных птиц и оленьи тропы. Душа ее пребывала в смятении.