Признание в любви - Тасмина Перри

– Но я хочу выйти замуж. И как можно быстрее, – удивленно пробормотала Салли. – Да, ты можешь считать, что и до свадьбы можно пожить для себя, но я полагаю, что ты только начинаешь жить, когда находишь свою вторую половинку, с которой можно эту жизнь разделить.

Джорджия размышляла над философией своей новой подруги, пытаясь найти в ней рациональное зерно. Она стащила пирожок, начиненный креветками, с серебряного подноса у проходившего мимо официанта и немного расслабилась. Было очевидно, что Салли нужна подруга и сообщница в охоте на мужчин, и на это можно потратить те несколько минут, которые нужно выждать из вежливости перед уходом.

Салли показала ей троих Стивенов, шестерых Дэвидов и одного Малкольма, который был «весьма интересным и перспективным», хоть и слегка распутным молодым человеком. Для него и ему подобных существовало даже особое выражение: «небезопасен в такси».

– А это Чарльз Дарлингтон-Смит, – сказала Салли, указывая на рыжего парня, который возвышался над остальными на голову. – Приличная семья, привлекательная внешность… Но для него это уже десятый сезон, и это заставляет задуматься, что же с ним не так.

– Ты хочешь сказать, что эта «радость» немного старше нас? – спросила Джорджия, продолжая оглядывать комнату.

– В общем, да, – ответила Салли. – И это хорошо, потому что мне нужен мужчина, а не мальчик.

Сквозь толпу Джорджия разглядела высокого молодого человека с темными волосами, который стоял слегка в стороне от остальных, причем так, что становилось понятно: эта вечеринка не доставляет ему ни малейшего удовольствия, как и самой Джорджии.

– Хороший выбор, – сказала Салли, толкая новую подругу локтем. – Это Эдвард Карлайл. Он очень богат. У его семьи есть собственный банк. Возможно, он немного сноб. Хотя при этом обладает хорошими манерами. ОБВТ ВГ.

– А это что? – спросила Джорджия, продолжая заинтриговано рассматривать Эдварда Карлайла.

– Еще один шифр, – захихикала Салли. – Очень безопасен в такси, возможно, голубой.

Джорджия не смогла не рассмеяться, и в этот самый миг Эдвард Карлайл посмотрел в ее сторону и их взгляды встретились. Девушка поспешно отвела глаза и шагнула назад, смущенная и испуганная тем, что он мог их услышать. Пусть она и находилась здесь против собственного желания, меньше всего ей хотелось быть невежливой, особенно по отношению к тому, кто, скорее всего, чувствовал себя этим вечером точно так же, как и она.

– Ну, я возвращаюсь назад, – сообщила Салли. – Начинаю охоту на мужа. Нельзя же допустить, чтобы платье «от кутюр» пропало впустую!

Джорджия стащила с подноса канапе и, наблюдая за тем, как Салли растворяется в толпе, мысленно пожелала ей удачи.

– Джорджия Гамильтон, а ты что здесь делаешь?

Девушка оглянулась и увидела, как, отделившись от толпы, в ее сторону движется Марина Эллис. Марина была одной из ее однокашниц – они вместе учились у мадам Дидье. И, хотя Джорджия была благодарна ей за те времена, когда Марина позволяла использовать окно своей спальни, расположенной на первом этаже, для побегов по ночам, которые девочки-пансионерки проводили в Париже, она все равно считала Марину ханжой и зазнайкой.

– Не стоит так удивляться, – вежливо ответила Джорджия, уловив намек на то, что ей не место на такой шикарной вечеринке. – Как ты? Развлекаешься?

– О, мы просто веселимся, не так ли? – произнесла Марина, повернувшись к своей подруге, которую представила как Мелани Арчер.

– Этот дом почти такой же привлекательный, как и мужчины, которые тут собрались, – улыбнулась Мелани, скользя по комнате взглядом хищной птицы.

– Я не знала, что вы с Салли Дэли подруги. – Марина явно собиралась посплетничать.

– Я познакомилась с ней пару минут назад.

Марина презрительно фыркнула, сумев замаскировать этим вздох облегчения.

– Ну, не позволяй ей слишком уж к тебе липнуть, – театральным шепотом посоветовала она.

– А что с ней не так? – нахмурилась Джорджия.

– Люди вроде нее и ее родственников меня возмущают! – заявила Марина, словно причина ее недовольства была очевидна. – Именно такие, как она, стали причиной того, что сезоны решили отменить. Что там Маргарет говорила о лондонских шлюхах, покупающих себе дорогу во дворец?

Джорджия слышала эту знаменитую фразу, которую выпалила сестра королевы, но Марина повторила эти слова так, словно принцесса была ее близкой подругой.

– Салли не шлюха! – возмутилась Джорджия. – И она даже не из Лондона.

– Вот именно. Она из Бирмингема, верно? Ее отец занимается сбором металлолома или чем-то столь же странным. – Марина сморщила нос-пуговку.

– Ну, она одета «от кутюр», – ответила Джорджия, – так что мистер Дэли в любом случае знает свое дело.

– Наряды «от кутюр» – это то, что нужно хранить в качестве приданого, а не надевать еще до того, как впервые поцелуешься с парнем, – равнодушно сказала Марина, и Мелани согласно закивала. – Типичная ошибка подобных нуворишей: они ставят телегу впереди лошади и все такое. Я слышала, что они недавно купили дом в Швейцарии, но при этом даже не умеют кататься на лыжах!

И Марина с Мелани дружно захихикали.

Джорджия услышала звон ложечки по бокалу, едва различимый в общем шуме.

– Отец Эмили собирается выступить с речью, – произнесла Марина. – Ей становится плохо от одной мысли об этом, поэтому нам пора оказать ей моральную поддержку.

Джорджия позволила им уйти. Она и не знала, что Марина была близкой подругой богатой Эмили Найтингейл, и решила, что некоторые люди пришли сюда не только для того, чтобы завести романтические знакомства, но и в поисках влиятельных друзей.

Когда девушки заговорили об Эмили, Джорджия вспомнила о том, что она до сих пор не поблагодарила хозяйку вечера, а это обязательно нужно было сделать перед уходом.

В конце комнаты она заметила лестницу и поднялась по ней. Сверху можно было окинуть взглядом весь зал. Там было тихо. Эмили, нервничая, стояла возле отца. Джорджия обернулась и заметила двойную дверь. На ручках висел витой шнур, но это лишь усиливало интригу. Сняв его, девушка открыла дверь, чтобы посмотреть, что же за ней, и ахнула от радости, обнаружив, что она вела на чудесную террасу с видом на задние дворы лучших домов Белгравии. Огромные панорамные окна были подсвечены изнутри и сияли, словно хэллоуинские фонари из тыкв.

Снизу долетали слова торжественной речи, и Джорджия обрадовалась, что сбежала от всего этого. Она открыла сумочку, достала сигареты «Галуаз» и закурила. Вдохнув дым и ощутив привкус смолы на языке, девушка почувствовала также запах жимолости, которая оплетала решетку террасы рядом с ней.

– А мне можно одну?

Обернувшись, Джорджия взглянула в самые яркие голубые глаза из всех, которые она когда-либо видела.

– У меня только две, – пролепетала девушка, обращаясь к красивому молодому человеку, который вышел на террасу следом за ней.