Гармония Джейн - Райан Уинфилд

К Гарту подошла ассистентка и что-то прошептала на ухо. Гарт кивнул.

– А кто здесь Калеб Каммингс? – спросил он.

Калеб испытал легкое волнение, которое тут же улеглось. Он посмотрел на Панду, потом на продюсера и поднял руку.

– Почему ты до сих пор сидишь? – спросил Гарт.

Калеб подтянул ноги и встал.

– Вот так-то лучше, – усмехнулся продюсер. – Молодой человек, ты знаешь, что такое плагиат?

– Да, сэр. Знаю.

Участники замерли. Продюсер смотрел не на них, а на Калеба. Время остановилось, и в этом остановившемся времени где-то противно фырчал грузовик.

– А тебя не разбирает любопытство, с чего это я вдруг спрашиваю тебя о плагиате? – спросил Калеб. – Тяжелое словечко, надо вам сказать.

– Конечно, мне любопытно, – ответил Калеб. – Но вы, сэр, велели не задавать вопросов.

– Это точно, – улыбнулся продюсер. – Велел. Вкратце о том, почему ты здесь оказался. Один из участников прослушивания в Остине решил сыграть в крутого парня и своровал мелодию чужой песни, вошедшей в «Топ 40». Он думал, что обхитрил жюри. Обхитрил… на пару часов. – Продюсер обвел глазами собравшихся. – Пусть эта история послужит уроком для всех вас. Наш конкурс называется «Суперзвезда авторского исполнительства». В отличие от других шоу мы работаем только с оригинальными вещами и не станем позориться воровством чужих мелодий и текстов.

Гарт вопросительно взглянул на ассистенток – не забыл ли чего. Потом снова хлопнул в ладоши:

– А теперь, мальчики и девочки, берите ваши пожитки и идите за мной. Я устрою вам экскурсию по студии. Она станет вашим временным домом. Надолго ли, этого не знает никто.

Толпа потянулась вслед за Гартом. Панда протолкнулась к Калебу и пошла рядом:

– Вообще-то, мне в туалет приспичило, но я боюсь спрашивать.

Калеб подозвал ближайшую ассистентку и объяснил, в чем дело. Та показала, куда Панде пройти. И Панда заторопилась к заветной двери. Сценическое платье болталось на ее тощих плечах, а красные туфли громко цокали по блестящему бетонному полу. Калеб не знал, то ли она еще не созрела для Голливуда, то ли Голливуд пока не готов для такой звезды.

Зал и сцена по устройству были почти такими же, как в Остине, только намного больше. Это настораживало, если не сказать пугало. Калеб ошибся в подсчете: участников конкурса было ровно сорок. В течение ближайших дней им предстояло выступить перед пятью судьями и включенными камерами. Судьи методом жеребьевки решали, кому достанется тот или иной участник. Таким образом, у каждого судьи складывалась группа из восьми участников. В течение последующих недель все они будут соревноваться внутри своих групп. Каждую неделю группа будет уменьшаться наполовину, пока в ней не останется только один участник. Этой пятерке предстояло соревноваться в прямом эфире, где успех определят зрительские симпатии всей Америки. Победитель получит контракт со студией на полмиллиона долларов. Калеб слышал об этом еще в Остине, но там все воспринималось по-иному. Так и есть: обычное телевизионное шоу с жесткой конкуренцией. Теперь он все отчетливее это понимал. Собственные шансы на победу представлялись ему ничтожными.

Калеб слушал пояснения ассистентки Гарта, когда его пихнул в бок стоящий рядом парень весьма странного вида. Весь в татуировках, подведенные глаза и громадные «цыганские» серьги.

– Слышь, чувак. Ты Джордин уже видел?

– Кого? – не понял Калеб.

– Джордин. Ее имя пишется через игрек.

– Я о ней впервые слышу, – признался Калеб. – Может, она мне и попадалась, но у нас ведь нет карточек с именами.

– Твоя правда, – согласился странный парень. – Я ее тоже не видел, потому и спросил.

Калеб отошел на пару шагов, достал мобильник. Странно: Джейн почему-то еще не ответила на его сообщение.

– Чувак, а ты откуда будешь?

– Из Остина, – ответил Калеб, убирая телефон. – Но вообще-то, из Сиэтла.

– Круто, – сказал татуированный. – Но я не поверю, чтобы ты не слыхал про Джордин-через-игрек. Ее хиты в YouTube набрали почти четыре миллиона просмотров. Она поет в стиле инди-рок. Я вообще удивляюсь, зачем такой крутой девчонке понадобился этот конкурс. Это для нас, никому не известных. Скорее всего, она и победит. Разве не так? Я когда увидел ее имя в списке, даже не знал, обижаться мне или радоваться. Ведь я могу с ней познакомиться. Вдруг она обратит на меня внимание? Бывают случаи и постраннее. Согласен? – Калеб не отвечал. Парень умолк, но через пару минут спросил: – Прости, назови еще раз свое имя. Думаю, я и про тебя смотрел в «Гугле». Я там смотрел про всех, кто в списке.

Калеб молча отошел от него и встал рядом с Пандой.

– Приятно побеседовали, чувак, – послышалось у него за спиной.

* * *

Знакомство со студией растянулось на весь день, и когда автобус привез их в гостиницу, уже стемнело.

Для участников конкурса был снят целый этаж. Гостиничные служащие вручили каждому пакет с необходимой информацией, потом группами подняли наверх и развели по номерам. Калеб почувствовал, что жутко устал. Едва войдя в номер, он сложил вещи на полу, а сам растянулся на кровати. Он не сразу заметил, что кроватей в номере две и обе двуспальные. Калеб привык к напряженной работе, но этот день начался очень рано и был слишком изматывающим. Похоже, дальше будет еще труднее.

Он достал мобильник. Джейн по-прежнему молчала. Калеб уже собирался ей позвонить, но потом вспомнил ее рассказ о поездке во Францию с Грейс. Джейн показывала ему снимок: они с Грейс прыгают на гостиничной кровати.

Через несколько минут Калеб нашел в своем мобильнике фотокамеру. Он сбросил ботинки и стал прыгать на кровати, пытаясь фотографировать свое отражение в зеркале. Он скакал, корчил рожи и так увлекся этим занятием, что даже не заметил, как дверь номера открылась. Вошел тот самый татуированный парень с «цыганскими» серьгами. В руках он держал карточку электронного ключа. Калеб перестал скакать. Парень тоже замер у двери.

– Я слышал, здесь любят шутки, – сказал Калеб. – Но не советую шутить со мной. У меня сегодня был утомительный день.

– А мне вспомнилась старая песенка про мартышек, скачущих на кровати, – отозвался парень. – Но я же тебе не говорю об этом.

– Ты, случайно, не ошибся номером? – спросил Калеб.

– Я не уточнял, будем ли мы жить одни или вдвоем. Но мне дали эту карточку, а здесь – две кровати. Значит, никакой ошибки.

– Для меня это неожиданность, – признался Калеб.

Он все еще стоял на кровати. Парень посмотрел на него, тряхнул серьгами и улыбнулся:

– Хочешь, чтобы я обождал в коридоре, пока ты не закончишь свои прыжки?

– Я просто хотел позабавить свою невесту, – ответил Калеб, держа мобильник на вытянутой руке. – Но раз уж ты здесь появился, может, щелкнешь? Все лучше, чем снимать себя в зеркале.