Слабая, сильная, твоя… - Яна Розова

— Поль, ты говоришь ерунду. — Мне было жаль мальчика. — Я полностью доверяю своему мужу и думаю, что ты можешь сказать то же самое о своей жене.

— Элен, давайте не пойдем в театр! Мне просто необходимо с кем-нибудь поговорить. Если бы вы согласились меня выслушать! Мне кажется, что вы поймете меня.

Он просил меня о такой малости, как разговор, с видом человека, пребывающего в отчаянии. Конечно, я согласилась. Сегодня я послушаю другого Отелло, и, надеюсь, эта история кончится лучше.

Так мы с Полем и оказались в небольшом, уютном ресторанчике. Это было недорогое место, публика собралась самая простая. Было только начало вечера, но уже несколько человек находились в крепком подпитии. Компании громко разговаривали и смеялись. Мы устроились за длиннющей барной стойкой, справа от меня сидел парень в бандане и пил пиво, а слева от Поля хихикали две малолетки весьма вульгарного вида. Поль, в смокинге, и я, в маленьком черном платье, выглядели здесь словно два надутых павлина в курятнике.

Поль ничего не замечал. Он талдычил о своей Сюзанне. Я мало что понимала из его слов, но улыбалась, когда он улыбался, делала страшные глаза, если он понижал голос, и регулярно чокалась с ним стаканами. Из его рассказа я все же вынесла, что вот уже месяц Сюзанна ведет себя странно, учит русский и меняет тряпки. Она возбуждена, смеется и куда-то часто пропадает. Иногда и ночью. У Поля возникло подозрение, что причина в его шефе, мсье Шахове. Но если я говорю, что он хороший семьянин, то, конечно, он просит прощения за недостойные подозрения. Давайте выпьем за семью! А уверена ли я, что мсье Шахов не уезжал позавчера ночью из дома?

— Конечно, — сказала я, немного похолодев.

Поль напивался со скоростью курьерского поезда. При этом он ни на минуту не замолкал, рассказывая, как он любит Сюзанну, как мечтает о детях, сколько хорошего между ними было. Через каждые пять минут он интересовался, не замечала ли я, что муж охладел ко мне, не находила ли у него на теле следы поцелуев, не видела ли помады цвета утренней розы у него на белье?

Камень воду точит. И через пару часов я уже почти верила в измену Мира так, будто сама держала свечу. Поль бередил мои раны. Ах, как же мне хотелось ответить ему, что мой муж мне верен, все ночи напролет мы проводим в объятиях друг друга и, кроме следов от моих поцелуев и от моей помады, ничего на Мире и его белье нет. Но я не могла этого сказать! Я не видела его тела и его белья уже месяц. Ровно столько, сколько и Поль замечает странности своей половины.

— А точно Сюзанна поехала к своей мамаше? Может, позвоним?

— Думаю, что даже если Сюзи там нет, ее мать скажет, что она приехала и принимает ванну или ушла к подружке. Это бесполезно.

— Тогда поедем и проследим за Миром, — решила я.

Поль посмотрел на меня с уважением.

— Вот это дело! Мы осторожно заглянем в окно спальни, и если они там…

— У нас спальня на втором этаже, — внесла я необходимые коррективы в его план.

— Ладно, — покладисто согласился Поль. — Подставим лестницу.

Он расплатился, и мы вышли в ночь.

В такси Поль строил планы мести неверным супругам, а я, чувствуя близость разгоряченного самца, решила, что месть будет совсем не кровавой. И я даже знаю, кто мне поможет мстить. Мой молодой сотрудник был просто роскошным экземпляром. Прекрасный рост, длинные ноги, узкие бедра и широкие плечи. Я облизнулась. Мне всегда нравились такие мужчины: с правильными чертами лица, густыми, светлыми, тонкими волосами. Очень аппетитно. Вот как я напилась!

Мы вышли из такси за квартал от пункта назначения, чтобы не вспугнуть любовников шумом подъезжающего автомобиля. Впрочем, Поль уже во весь голос призывал силы небесные покарать его жену — блудницу, поэтому если кто еще не понял, что это мы идем, то вскоре бы догадался.

Я приказала Полю замолчать, и он послушался. В доме свет горел только на первом этаже, в кабинете Мира.

— Видишь, — сказала я, — Мир работает в кабинете!

— Трахаться можно в любом месте! — парировал мой боевой товарищ заплетающимся языком.

Он был прав. Мы подобрались к самим окнам кабинета. Однако они располагались выше человеческого роста, и заглянуть не получалось. Поль подал свежую идею:

— Элен, станьте мне на плечи и загляните в окна. Я знаю, что они там!

Он поднял меня на руки, я уцепилась за маленький карниз под окном, подтянулась и оказалась сидящей на правом плече Поля, как амазонка на резвом скакуне. Сходство усиливалось, так как скакун пьяно пошатывался, и я с трудом сохраняла равновесие. Поль крепко, насколько мог, держал меня за бедра.

Я заглянула в окно и увидела Мира. Он сидел за компьютером и правил договор. Перед ним стояла тарелка с бутербродами и чашка чаю. На нем были джинсы и футболка, оставлявшая открытой крепкую шею. Мне захотелось к нему.

— Что там? — натужно шипел Поль из-под локтя. — Что вы видите?

— Он работает!

— А она?

— Ее здесь нет.

— Не может быть, — возмутился Поль и покачнулся сильнее обычного.

Пытаясь удержать равновесие, я замахала руками. Нечаянно ткнула пальцем в глаз своего Атланта, он вскрикнул, снова пошатнулся и полетел вместе со мной на землю.

— Merde, — прокомментировал Поль.

— … — отозвалась я.

По счастью, позади росли довольно высокие кусты, на которые мы и приземлились. Причем мне повезло: я ляпнулась спиной прямо на Поля. Он крякнул и снова ругнулся.

— Ты жив? — испугалась я.

— Да. Только все болит! Слезьте с меня, пожалуйста.

Пришлось выполнять просьбу. Это оказалось совсем нелегко. Кусты из амортизатора превратились в ловушку: опереться о них было невозможно — слишком тонкие ветви, а ноги проваливались как в клубке толстой проволоки.

Мы еще копошились в кустах, когда прямо над нами прозвучал чей-то тихий, уверенный голос:

— Кто здесь? Ленка? Почему ты лежишь с Полем?

— Мы упали. — Я пыталась сохранять достоинство.

— Что происходит? Немедленно заходите в дом!

Он разговаривал с нами как строгий, но справедливый отец.

Не меньше десяти минут понадобилось шпионам-неудачникам, чтобы выполнить распоряжение Мира. Он встречал нас на пороге, скрестив на груди руки. Я попыталась исправить положение:

— Понимаешь, Мир, Поль думал, что ты спишь с его женой…

— Что-о? — гневно протянул Мир.

События этого вечера, выпитое спиртное и, возможно, падение в кусты вызвали временное помешательство в голове руководителя французского офиса совместного предприятия моего мужа. Он выступил вперед, покачался с полсекунды и, выкрикнув: «Соблазнитель!», бросился на Мира. Тот небрежно отмахнулся, и Поль распластался на полу в прихожей.