Обмен женихами - Ирина Мазаева

С одной стороны, она, конечно, обрадовалась его звонку. Все-таки они теперь стали друг другу немножко ближе, чем до... чем до Феденькиного дня рождения. И, как и всякой женщине, ей было приятно, что мужчина, с которым она провела ночь, решил ей позвонить, а не поставил зарубку на приклад и не стер ее номер из телефонной книжки.

С другой стороны, она же страдала по Коленьке! Что уж тут, положа руку на сердце, страдать по кому-либо все-таки приятно. Как же! Ты страдаешь, ходишь-маешься, рыдаешь ночами в подушку – у тебя настоящая, не выдуманная, не киношная, трагедия. Леночка была уверена, что она страдает красиво. Возвышенно. С бледным лицом и глубокими печальными глазами.

Она считала, что только небольшой процент женщин умеет так страдать. Большинство впадает в сантименты, в какую-то пошло-сериальную мелодраматичность. А прочувствовать истинную трагедию, которая не унижает, а, наоборот, возвышает, очищает, ставит как-то сразу вне этого мира, дано единицам. Страдая по Коленьке, Леночка чувствовала себя немного по ту сторону реальности. Чувствовала себя, несмотря на заверения гороскопа, мудрой, всепонимающей, всепрощающей...

А тут, понимаешь ли, Феденька звонит! И перебивает, понимаешь ли, весь момент. Леночка даже немного рассердилась на него. Рассердилась за то, что он вообще есть на свете. Что вышло между ними – не пойми что. Что теперь при его звонке у нее вдруг самым пошлым образом коленочки задрожали.

К тому же, как теперь с ним общаться, было совершенно непонятно. Во-первых, Феденька для Леночки по-прежнему оставался бойфрендом подруги. Мужчиной из чужой – не ее, Леночкиной, – мечты. Во-вторых, она была в отрешенном состоянии, вне этого мира, и вторжения в ее прекрасные страдания ей не хотелось. В-третьих... «В-третьих», конечно, тоже было, просто пока Леночка не могла для себя сформулировать этот пункт.

Во вторник Феденька снова позвонил. У Леночки снова все внутри оборвалось. Снова сердечко, коленочки. И снова она не знала, что ему говорить. И снова не ответила.

Катька между тем не звонила. И Леночка ей тоже звонить не решалась.

На улице неожиданно похолодало. И Леночка отправилась на работу в новых лакированных сапожках. Стараясь думать исключительно о работе.

И на работе она думала исключительно о работе. И после работы, с 17:00 до 18:15, тоже. В 18:15 позвонила Дуська.

– Ты дома? – спросила она и, получив утвердительный ответ, сказала: – Сиди и жди. Сейчас будем, – и отключилась.

У Леночки нехорошо замерло сердце.

«Сейчас будем». Что это значит? По логике Дуська должна была сказать: «Сейчас буду». И это значило бы: «Сейчас приеду». Но она сказала во множественном числе... То есть она собирается приехать не одна? А с кем?

Или она имела в виду, что сейчас что-то «будем» делать? Что они – она и Леночка – сейчас что-то срочно будут делать. Тогда – что? Что такое им срочно нужно было сделать?

У Леночки и так от всех событий своей жизни голова шла кругом. А тут еще и Дуська! Но перезванивать и уточнять Леночка не стала. Так и сидела в неведении на кухне, не переодеваясь после работы. Романтическая и жаждущая приключений натура Леночки возобладала. Еще не придя в себя после одной страшной сказки, она страстно хотела следующей.

– Знакомься: это Паша, а это Саша, – представила Дуська своих спутников.

Пока Леночка с удивлением разглядывала высоких «молодцев-косая-сажень-в-плечах», едва уместившихся в ее прихожей, Дуська уже вовсю орудовала на кухне, вытряхивая из принесенных с собой пакетов съедобное содержимое.

Паша с Сашей, вежливо улыбаясь, смотрели на Леночку.

– Раздевайтесь, пожалуйста, проходите, – когда Леночка не знала, что сказать, она всегда говорила очень вежливо, – будьте как дома.

Через полчаса у Леночки на кухне все уже были как дома.

Мужчины оказались совладельцами риелторской фирмы. Говорили много и умно. Галантно подливали дамам дорогой коньячок. Дуська, которая, как показалось Леночке, уже пришла немного подшофе, веселилась от души. Подмигивала Леночке, подкладывала в тарелку покупные салатики. Леночка, умирая от любопытства, не выдержала и вытащила ее в дальнюю комнату поговорить.

– Милая, кто это? – задала она самый важный на данный момент вопрос.

– Мужики! – сказала веселая Дуська.

– Я вижу, что мужики. Что это за мужики? Где ты их взяла?

– Познакомилась.

– Где познакомилась?

– В одном месте.

Леночка поняла, что Дуську посетил дух конспирации.

– Ты хоть понимаешь, что сегодня – среда, а завтра всем на работу?

– Понимаю.

С Дуськой разговаривать было бесполезно. Леночке ничего не оставалось, как вернуться на кухню.

Паша с Сашей восприняли приход дам с большим энтузиазмом.

– За милых дам! – высказал тост Саша, вставая.

За ним поднялся и Паша.

– За самых красивых женщин!

Все выпили.

Леночка расслабилась и стала разглядывать гостей. Если поначалу они показались ей совершенно одинаковыми, как однояйцевые близнецы, то сейчас она уже научилась распознавать, кто есть кто. Паша был немного крупнее Саши, а Саша был активнее и разговорчивее Паши. Хотя оба на самом деле были одинаково стильно и дорого одеты, хорошо воспитаны и вежливы.

Дуська, судя по ее вполне женскому, несмотря на весь феминизм, поведению выбрала себе Сашу. Она кокетничала, смеялась, ненароком прикасалась к нему – в общем, вела себя как обыкновенная женщина, настоящая блондинка.

Эти Дуськины превращения всегда удивляли Леночку до глубины души. Она действительно была совершенно разной – едина в ста лицах. Могла быть резкой и прямолинейной, как мужик, могла быть хитрой и ласковой, как ребенок, могла быть мудрой и доброй, как бабулька, мягкой и таинственной, как настоящая женщина, суровой и справедливой, как пожилой горец, – и так далее, и тому подобное.

Дуська была всякой. И всегда при этом оставалась той же самой Дуськой. Леночка – имей она столько ипостасей – несомненно запуталась бы во всех них. А Дуська ничего, умело жонглировала ими в своих интересах. Леночка сидела и любовалась ею.

В роли блондинки Дуська была великолепна. Она ахала и охала, постоянно смеялась, закатывала глазки, слушала своего кавалера, разинув рот, качала ногой, едва не роняя Леночкину тапочку с помпончиком на самых пальчиках своей изящной ножки...

Сашу, видимо, это вполне устраивало. Он тоже уделял Дуське внимание, подливал коньяк и подкладывал закуски, что-то временами нашептывал на ухо и постоянно говорил ей комплименты.

Таким образом, хоть и за общим столом, Леночка была фактически оставлена наедине с Пашей. Паша, по-своему оценив ситуацию, пустился в длинный рассказ о динамике цен на недвижимость. В какой-то момент он придвинулся к ней совсем близко. От него пахнуло дорогим парфюмом...