Девушки после пятидесяти - Ирина Мясникова

– Это Робин, а это Бобин, – представила Ольге собачек обширная дама.

– Мальчишки? – поинтересовалась Ольга для приличия. Она знала, что собаковладельцы любят, когда к их питомцам проявляют интерес.

– Ну что вы! Робин – девочка, – пояснила дама.

– А где же Барабек? – спросила Ольга.

– Какой Барабек? – не поняла дама.

– Ну как же! Робин, Бобин, Барабек ….Помните?

– Съел сто десять человек? Вы это имеете в виду? – Дама рассмеялась и махнула ручкой, в которой не было собачки. – Барабека нет. У нас вместо него Абрек. Доберман. Такая сволочь! Он на даче живет со сторожем. Ой, чего это мы все про собак да про собак. Я – Марго! – Дама протянула Ольге, свободную от собаки левую руку.

– Я – Ольга. – Ольга потрясла протянутую пухлую ладошку.

– Вы раздевайтесь, проходите. Лёнчик! – вдруг взревела Марго, повернувшись куда-то в недра квартиры. – Помоги нам раздеться.

– Да мы и сами можем, – сообщила Ольга, снимая свою кожанку.

– Мы-то сами всё можем! – Марго заговорщицки подмигнула. – А мужики тогда нам зачем?

В прихожей появился мужчина, наверное, Лёнчик, не менее обширный, чем Марго.

– Здравствуйте, я – Леонид, отец Кирилла, – представился он, принимая у Ольги куртку. – Ой, надо же, вы такая молодая!

– Ну, не совсем. Мне пятьдесят два. – Ольга достала из сумки туфли и стала озираться в поисках места, где бы присесть. Как удачно всё-таки, что она догадалась захватить с собой туфли. Хороша бы она была в своем вампирском облачении и в тапочках с бантиками.

– Как это пятьдесят два?! – Глаза у Марго попытались выкатиться из орбит, и она стала похожа на своих собачек. – Я думала вам сорок пять, никак не больше. И то прикинула, что моложе вы просто быть не можете, в силу наличия такой взрослой дочери.

Ольга пожала плечами и плюхнулась на пуфик, обнаруженный неподалеку. Она сняла сапоги, надела туфли, встала и притопнула ногой. Туфли были знатные – на шпильке и большой платформе. Вполне себе вампирские, еще и подошвы красные. А уж ноги у Ольги в этих туфлях казались и вовсе бесконечными. Она поймала одобрительный взгляд Лёнчика и ухмыльнулась.

– Главное не жалеть денег на свое лицо, и, как говорила Майя Плисецкая, жрать надо меньше. – Тут Ольга спохватилась, что учитывая обширность хозяев, спорола бестактность и тут же постаралась исправиться. – Мне-то хорошо так говорить, я курю, поэтому и позволяю себе разные вкусняшки. Зефирки в шоколаде просто обожаю.

– Я тоже курю, – уныло сообщила Марго. – И мне тоже пятьдесят два.

Тут Ольга растерялась. Нет, она догадывалась, конечно, что Марго далеко не пионерка, но чтобы так… Ровесница…?! Выглядела-то она на все шестьдесят с гаком.

– А где же ребята? – поинтересовалась Ольга в попытке свернуть разговор в другое русло.

– Опаздывают, как всегда. Кирюша почему-то никогда не может приехать вовремя, – Марго вздохнула и спустила собачку с рук.

Ольга уже догадывалась, почему Кирюша никогда не может приехать вовремя, туповат-с и педантичен. Слишком.

– Может, покурим пока? Чтоб на нашу беременную не дымить, – предложила она, доставая из сумки сигареты.

– Пошли, – уныло согласилась Марго.

Они прошли мимо богато обставленной гостиной, плавно переходящей в не менее богатую столовую с празднично накрытым столом, на красивую застекленную террасу. Даже не террасу, а целый зимний сад с разнокалиберными пальмами. Из окон открывался сногсшибательный вид на Неву и Петроградскую сторону.

– Как у вас тут здорово! – восхищенно заметила Ольга.

– Мне тоже тут очень нравится, – согласилась Марго. – Лёнчик, ты нам чего-нибудь выпить не принесешь? В качестве аперитивчика, так сказать. Вы что предпочитаете? – поинтересовалась она у Ольги.

– Вообще-то я за рулем, поэтому воздержусь. – Ольга постаралась ослепительно улыбнуться.

– Сама?! – удивилась Марго.

– Конечно сама! – в свою очередь удивилась Ольга.

– А я только с шофером, – пояснила Марго. – Сейчас такое движение интенсивное, а потом эти пробки. Никаких нервов не хватит. Лёнчик! Ну чего ты встал? Неси мне мартинчика.

Ольге стало жалко Лёнчика, который вздохнул и отправился за аперитивом для жены.

– Мне Светочка говорила, что у вас своя парикмахерская. – Марго затянулась, выпустила дым и оценивающе взглянула на Ольгу.

– Салон красоты, – уточнила Ольга.

– Я вас умоляю, – Марго махнула рукой с сигаретой. – Придумают тоже. Парикмахерские теперь салоны красоты, а парикмахерши стилисты. Вот объясните, в чем разница?

– Если вы приходите к хорошей парикмахерше, то говорите ей, в какой цвет вас покрасить и как подстричь. И она выполняет ваши указания безукоризненно и в точности. Если же вы приходите к стилисту, то просите его сделать вам красиво. И он делает. Зачастую совершенно неожиданным для вас образом. Первым стилистом, например, в советские годы в Ленинграде был Фарбер.

– Не знаю такого.

– Не сомневаюсь.

– И потом, я безо всякого стилиста отлично понимаю, какой цвет мне идет, и как меня лучше стричь.

«Ну, это вряд ли», – подумала Ольга. При первом же взгляде на Марго, ей захотелось все в ней переделать, причем кардинально. Более невыгодного цвета волос и более нелепой прически, как у Марго, трудно было себе представить. Еще эта кирпично-красная губная помада в сочетании с усами над верхней губой. Хотя наличие усов как раз может быть результатом ухудшившегося зрения. Из-за этого у девушек за пятьдесят иногда встречаются не только такие вот усы, но и брови, как у Леонида Ильича Брежнева! С другой стороны, могла бы и лазером эти усы дурацкие прижечь. Наверное, боли боится. Ольге знаком был подобный тип женщин, которые настолько себя любили, что пытались убедить окружающих, что погоня за молодостью не для них. И диета тоже не для них, и физкультура не для них. Мол, они и так распрекрасны. То есть, красота у них естественная. Как же они потом удивлялись, что при их естественной красоте, у мужа вдруг обнаруживалась любовница и не одна.

– Так значит, вы парикмахерша, – резюмировала Марго, и Ольга поймала себя на желании ткнуть сигаретой ей в глаз. Ну, или ещё куда ….

Однако вместо этого она вежливо спросила:

– А вы чем занимаетесь?

– Ну, у меня дом, дача, ребенок, собаки.

– Ребенок? – удивилась Ольга. – У вас есть ребенок?

– А как же?! Кирюша! Вы что забыли?

– Какой же он ребенок? Мужчина уже! – Конечно, Ольге хотелось сказать про Кирилла, что-то вроде того, что он никакой не ребенок, а скорее конь педальный, лось или дубина стоеросовая, но она опять благоразумно сдержалась.

– Знаете, маленькие детки – маленькие бедки! А большие детки…, – Марго тяжело вздохнула.