Морально противоречивый - Вероника Ланцет

— По крайней мере, ты вытер пыль, прежде чем позвать нас сюда, — я провожу рукой по столу, отмечая, что он чистый.

— Влад, — Сиси тычет меня в руку, — прекрати настраивать людей против себя, — бормочет она, качая головой.

Пожав плечами, я просто сажусь за стол, внимательно наблюдая, как Сиси делает то же самое, чтобы я мог придвинуть ее стул поближе к своему.

Когда остальные тоже занимают свои места, я поворачиваюсь к Бьянке.

— Как ты здесь оказалась? Разве твой контракт не истекает через несколько месяцев? — я поднимаю бровь.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы найти ей работу с некоторыми связями в России, и я надеюсь, что она не расслабляется, потому что это плохо отразилось бы на мне. И поскольку моя репутация уже разорвана в клочья по всей стране, мне не нужно этого и за границей.

— Мы здесь, чтобы помочь, идиот, — она закатывает глаза, ее рука тянется к животу и поглаживает то, что, как я понимаю, является довольно большой шишкой.

Мои глаза расширяются.

Вот уж чего я никогда бы не ожидал от Бьянки.

— Она на четвертом месяце беременности, — объясняет Адриан, — так что она спокойно относится к заданиям. Но когда Марчелло позвонил, чтобы сообщить нам о вашей ситуации, она настояла на том, чтобы приехать сюда, — сухо добавляет он.

Мы с Адрианом никогда не ладили, в основном потому, что он всегда завидовал моей дружбе с его женой. Хотя я не знаю, почему он должен быть таким, поскольку я ясно дал ему понять, что Бьянка никогда не была на моем радаре как женщина или что-то еще, кроме моего партнера по оружию.

Но каким-то образом он вбил себе в голову, что я представляю угрозу, и он никогда не переставал быть занозой в заднице из-за этого.

— Что ж, Гастингс, должен сказать, я впечатлен, — поддразниваю я. — Уже прошло, — я смотрю на часы, — тридцать минут, а ты меня не оскорбил. Возможно, мы еще станем лучшими друзьями.

— Мечтай, — фыркает он, — у тебя больше шансов стать канонизированным святым, — бормочет он себе под нос.

— Это было бы не слишком сложно, — я пожимаю плечами, когда замечаю легкую улыбку Сиси. — Я бы просто позаботился о том, чтобы стать мумифицированным после смерти. Ты бы сделала это для меня, не так ли, Дьяволица? — тихо бормочу я, наклоняясь к ней и вдыхая ее свежий аромат.

Она поворачивается так, что виден только ее профиль.

— Только если я присоединюсь к тебе, — дерзко отвечает она, — мы были бы двумя мумиями, — ее голос чертовски хриплый, и будь я проклят, если мой член не подпрыгивает в штанах от этого сексуального звука, — завернутыми друг в друга и готовыми к загробной жизни.

— Черт возьми, Сиси, — стону я.

— Фу, — голос Бьянки заглушает мою растущую эрекцию. — Теперь я понимаю, почему ты с ней, — говорит она, прежде чем указать на Сиси, — или почему ты с ним, — она с отвращением качает головой.

— Можем ли мы отказаться от странных болезненных ощущений, — говорит Марчелло, массируя пальцами виски и выглядя совершенно недовольным нами. Каталина, с другой стороны, кажется немного более восприимчивой к нашим отношениям, поскольку она посылает успокаивающую улыбку Сиси.

Одно это ставит ее в мою Библию.

Даже Марчелло, несмотря на все его бормотание и протесты, сумел удивить меня, пригласив Бьянку и Адриана. Это может быть немного, но в количестве всегда есть сила, особенно когда это наемный убийца и обученный боец.

В этот момент Энцо и его жена тоже входят в дверь. Мои брови взлетают вверх, когда я понимаю, что Марчелло действительно преуспел в этом.

— Неро скоро должен быть здесь, — первое, что говорит Энцо, садясь за стол.

— Ты, — выплевывает Бьянка, бросаясь на Аллегру. Ее глаза расширяются, и она едва уклоняется от атаки Бьянки, Энцо быстро встает между ними и защищает свою жену.

— Думаю, никто не рассказал Би о новом развитии, — шучу я, но никто, кажется, не смеется.

Короткое объяснение от Энцо и Бьянка, наконец, раздраженно отступает, плюхаясь обратно на стул, где Адриан быстро пытается ее успокоить.

— Приятно познакомиться со всеми, — говорит Аллегра после полного раунда представлений. У нее сильный акцент — сильнее, чем у Энцо — и, вероятно, лучший способ сказать, что это не ее сестра, поскольку за все годы путешествий у Киары выработался безупречный английский акцент.

Можно с уверенностью сказать, что Киара не была ничьей любимицей, и меньше всего любимицей Бьянки, поскольку у той был роман с ее отцом, а также попытки подлизаться к ее мужу.

Пока мы ждем появления Неро с главным событием сегодняшней встречи, я быстро рассказываю всем о том, что мы узнали в Сакре-Кёр.

— Сиси, — ахает Каталина в ужасе, когда слышит, что Сиси была целью такой пересадки. Кулаки Марчелло сжаты, поскольку он, несомненно, снова винит себя в том, что с ней случилось.

— Но это не самое главное, — вмешивается Сиси, и я могу сказать, что она пытается увести разговор от себя, поскольку ей не нравится, когда ее рассматривают как жертву. — Было кое-что еще, что сказала Мать-настоятельница, — она бросает на меня обеспокоенный взгляд, но, когда я киваю, она поворачивается к Марчелло. — Николо был моим биологическим отцом, — объясняет она со вздохом.

Марчелло изо всех сил старается оставаться спокойным, но я могу сказать, как сильно это влияет на него, особенно в свете его собственного конфликта с Николо. Он был настолько одержим матерью Марчелло, что, должно быть, в какой-то момент напал на нее, что привело к рождению Сиси.

— Но самый неожиданный поворот, — добавляю я, — заключается в том, что Николо стал отцом другого, — я делаю паузу, и все смотрят выжидающе, — Микеле Гуэрра.

— Ты шутишь, — первым вмешивается Марчелло, и я просто качаю головой.

— Хотелось бы, — отвечаю я, рассказывая ему все о диагнозе Микеле о лейкемии и о том факте, что Сиси была подходящей парой.

— Понятно, почему он предпочел бы Рафа в качестве преемника, — отмечает Каталина, и я киваю.

Микеле уже ненавидели за попытку нападения на Каталину, но поскольку все слышат