Ничего не обещай - Карен Хокинс

Она всегда питала слабость к сероглазым мужчинам. Ник покачал головой:

— Не могу поверить, что ты здесь. Никогда не думал, что снова увижу тебя в Глори.

— И я тоже. — Рокси наклонила голову, окинув его долгим взглядом. — Что заставило тебя вернуться сюда? Клара упомянула о том, что в Атланте что-то произошло…

Дружелюбие Ника разом улетучилось.

— Это давняя история.

Выражение его лица чем-то напомнило Рокси ее собственное, когда ей задавали вопросы о разводе.

— Знаешь, иногда помогает, когда с кем-то поговоришь.

Ник приподнял брови.

— Так говорят люди, когда узнают, что я развелась.

— А… — Взгляд его скользнул по ее лицу, задержавшись на губах. — Надо понимать, ты с ними согласна.

— Вообще-то нет. С другой стороны, если ты расскажешь мне свою печальную историю, а я расскажу тебе свою, то мы узнаем правду, не собирая обрывочные сведения из сплетен.

Ник усмехнулся одними губами.

— Ты стала другой — рубишь сплеча.

Его одобрительный взгляд придавал Рокси смелости.

— А ты все такой же скрытный.

Ник пожал плечами:

— Мне не нравится оживлять прошлое.

— Самые лучшие истории, включая сказки, повествуют о том, что было давным-давно.

Он засмеялся:

— Ты ведь не отступишься, верно?

— Нет. Я даже готова начать первой. Вот, слушай. Я познакомилась с Брайаном, влюбилась, поступила в колледж, вышла замуж, окружила себя множеством полезных для мужа знакомств, а потом застала своего супруга в постели с его партнером по бизнесу.

Ник поморщился:

— Неприятно.

— Ага. И зовут его партнера по бизнесу Ларри Берковец.

— Ларри?

— Да. Он был шафером на нашей свадьбе, что само по себе уже является предательством, и к тому же в розовом атласном неглиже он смотрится совсем не привлекательно.

— Двойной удар!

— Не могу с тобой не согласиться. Я развелась и получила кучу денег при разводе и уже собиралась в Париж, когда с мамой случился этот сердечный приступ.

— А почему Париж?

— Или в Италию. Мне просто хотелось уехать и начать все сначала.

Ник обжег ее взглядом:

— Ты можешь начать все сначала здесь.

— В Глори? Нет, нет и еще раз нет. Ты кое-что забыл. Это Глори. Вчера вечером на заправочной станции я пересеклась с миссис Клачтон, и она мне сказала, что я задирала ногу выше всех капитанов группы поддержки на ее памяти. Ник, прошло шестнадцать лет с тех пор, как я последний раз задирала ноги перед зрителями. — Рокси покачала головой. — Если я хочу перемен, то Глори не то место.

Ник посмотрел на ее волосы:

— Мне кое-кто сказал, что женщины, которым изменили, всегда хотят перемен. И ты действительно изменилась.

Рокси рассмеялась:

— То был компромисс. Ты был бы в ужасе, если бы я сказала тебе, что хотела сделать на самом деле. — Она скрестила руки на груди и улыбнулась. — Итак, теперь твоя очередь.

Ник никому не рассказывал о том, что произошло в Атланте. Ни разу с тех пор, как вернулся в Глори, не заговорил об этом. Хотя об этом писали в газетах. Как бы там ни было, Рокси поделилась с ним своей историей, и он не считал себя вправе оставаться в долгу.

— Если коротко, то после школы я поехал в Атланту, чтобы начать новую жизнь. Поселился у своего дяди. Нашел работу, поступил в колледж. Все кончилось тем, что я стал учиться криминальному праву. Курс вел настоящий полицейский, и не просто полицейский — детектив. Он не учил сухой теории, он обучал нас на примерах из жизни, реальных случаях из своей практики. Он называл это боевыми историями.

И я стал делать то, что никогда прежде не делал, — я учился и задавал вопросы. Я даже стал задерживаться после занятий. В конечном итоге Ли дал мне рекомендацию для поступления на работу в полицию. Я окончил колледж и сделал так, как он мне посоветовал. — Ник пожал плечами.

— И это все?

— Не совсем. Я получил работу, и. Ли стал моим наставником. Примерно одиннадцать лет работа была для меня всем — едой, питьем и сном. Меня очень быстро продвигали по службе благодаря протекции Ли. Еще потому что я упорно работал. Чертовски упорно.

Рокси не сводила с него своих светло-голубых глаз. Ник и сам не вполне понимал, почему рассказывает ей все это, но она была права — лучше она услышит все от него, чем узнает из сплетен.

— Однажды я заметил кое-что странное в отчете, который должен был подать начальству. Кто-то изменил дату и время. — Он замолчал, словно у него внезапно сдавило горло.

— Ли? — участливо спросила Рокси.

Он коротко кивнул. Он так редко говорил о Ли, что сам удивился наплыву эмоций.

— Через несколько лет после нашей встречи. Ли развелся. Развод стал для него тяжелым испытанием. Наверное, Ли было очень одиноко, потому что он вступил в связь с одной нашей информаторшей, очень красивой, но очень проблемной женщиной с длинным послужным списком мужчин, которых она беззастенчиво использовала. Я думаю, он решил, что сможет позаботиться о ней и направить на путь истинный. В этом беда всех копов: они прирожденные рыцари, так и норовят вызволить из беды прекрасную даму и иногда при этом сами попадают в беду. Она убедила его, что ни в чем не виновна, сказала, что ее силой вовлекли в сбыт наркотиков. Ли запал на нее и на ее ложь.

— Я сочувствую. Наверное, это очень обидно.

— Ли был человеком с чистой совестью. Я не верил, что коп может быть таким. Именно, благодаря ему я перестал бороться с авторитетами и понял, зачем существует власть, почему нашей цивилизации это необходимо. И видеть, как низко он пал, было очень… больно. Я потребовал от него объяснений, но он все отрицал. Я искренне хотел ему поверить. Но хотя он поклялся, что этот случай был единственным и никогда больше не повторится, все повторилось вновь. В конечном итоге другие люди стали замечать неладное, и офицеры из Службы внутренней безопасности пришли ко мне и потребовали проследить за ним.

— О нет!

Ник кивнул.

— Я не соглашался, но они сказали мне, что если я не помогу им остановить Ли сейчас, то он окончательно завязнет. В общем, я сделал то, что от меня потребовали, и выяснил, что он на грани того, чтобы украсть улики и уничтожить их. Полицейский в тюрьме — мертвый полицейский, и все об этом знают. Я подумал, что если он уйдет в отставку, расследование будет закрыто и против него не станут выдвигать обвинений.

— Значит, ты спас ему жизнь.

— Для многих людей я стал предателем.

Рокси закусила губу.

— Ник, я сожалею, что тебе пришлось через все это пройти.