Волна страсти - Джуд Деверо

Она пнула его ногой, чтобы напомнить, что его рука все еще зажимает ей рот. Взвыв от боли, он освободил ее.

— Ты самая жестокая женщина, которую я когда-либо встречал, — сказал он ей на ухо. — Если я возьму тебя за руку и провожу в спальню, ты ударишь меня?

— Зависит от того, что ты будешь делать со мной в спальне, — ответила Фиона.

Ас помолчал, а потом тихо засмеялся.

— Молодец, — похвалил он. — Если ты еще можешь шутить, значит, ты в порядке.

Он положил руку ей на плечо, а потом взял за руку.

— Я рада, — сказала Фиона, — что ты не спросил разрешения взять меня за ногу.

— Тише, — попросил он. — Не отходи далеко от меня.

Фиона послушно последовала за ним, их обувь с мягкой подошвой оказалась совершенно бесшумной на старом деревянном полу. Когда они вошли в спальню, Ас приблизил губы к ее уху и прошептал:

— Знаешь, я и правда хочу быть героем и сторожить твой сон всю ночь, но мне просто необходимо хоть немного выспаться.

Фиона не понимала, к чему он ведет. Днем она помогала ему застелить две прогрызенные крысами кровати, еще не зная, что он собирается спать. Так что же он хочет от нее сейчас?

— Мы будем спать вместе, — сказал Ас. — Мы не можем рисковать на случай, если кто-то сюда заберется.

— Если ты имеешь в виду полицию, то мы ее обязательно услышим. Здесь сразу появится дикое количество белых машин с мигалками и…

— Ты убила Роя Хадсона?

— Конечно, нет.

— И не я, — сказал Ас. — Значит, кто бы это ни сделал, он на свободе. Утром мы уедем отсюда, а пока нам надо поспать. Мы должны держаться вместе — мы алиби друг друга.

— Здорово! Я не могу дождаться, когда, наконец, сообщу суду, что не могла убить Роя, потому что в тот момент была в постели со вторым наследником.

— Почему бы тебе хоть чуть-чуть не прикусить свой острый язычок? А сейчас ложись, нужно заснуть. Кто знает, что ждет нас завтра…

— Хуже, чем теперь, быть не может, — Фиона присела на краешек кровати, а потом и вовсе разлеглась на ней.

Даже Буратино был сейчас более гибким, чем она.

Когда Ас лег рядом с ней, она не смогла расслабить ни одного мускула. Кровать была очень узкой, а посередине — глубокая вмятина, так ч го они оба в нее скатывались и оказывались тесно прижатыми друг к другу.

— Я должен кое в чем признаться, — начал Ас.

— В чем же? — спросила она, чувствуя, как напряжен ее голос.

— Это я убил Роя Хадсона.

Фиона задержала дыхание, прорабатывая возможные варианты побега. Но куда? У нее не было ни малейшего представления, где она находилась.

— Я сделал это, чтобы очутиться с тобой в одной постели.

— Что? — переспросила Фиона, возвращаясь в реальность. — Что ты сделал?

— Я все спланировал: и мотель, и дом друга, и дядин дом. Только так я мог завоевать тебя.

— Ах, ты… — застонала Фиона. — Ты действительно придурок, знаешь?

Но эта шутка заставила ее расслабиться:

— Первое, что я сделаю, когда выберусь отсюда, это отошлю крошке Лизе Рене открытку.

— А я пошлю Джереми поздравление по поводу того, что он смог найти последнюю девственницу в стране.

— Девственницу? Да если хочешь знать, я… — она замолчала, потому что услышала, как он давится смехом. — Если ты надеешься выудить из меня информацию об интимной стороне моей жизни, то забудь об этом — у тебя ничего не получится. А сейчас дай мне подушку.

Ас скатился с кровати, и Фиона даже не успела спросить, собирается ли он вернуться. Но через несколько секунд он появился с подушкой.

— Теперь давай устраиваться поудобней. Ты как предпочитаешь спать?

— С левой стороны, — буркнула она.

— Замечательно! Я тоже. Переворачивайся.

Она перевернулась, и он прижался к ней и обвил ее руками. Может, ей следовало поверить признанию Аса и всерьез подумать о своей судьбе: ведь находиться в постели с убийцей Роя Хадсона вряд ли безопасно. Однако Фиона как раз сейчас впервые за последние дни чувствовала себя на редкость защищенной от всяких несчастий.

— Ты не могла бы не вертеться? — сонно спросил Ас, уткнувшись в ее волосы. — Я ведь все-таки человек, да и ты хоть такая тощая, но…

И он заснул.

— Но у меня есть другие достоинства, — закончила она за него и тоже заснула.

* * *

Когда Фиона проснулась, уже рассвело, но свет был таким блеклым, что не поймешь: то ли слишком рано, то ли чересчур облачно. Первые несколько секунд она вспоминала, где находится. Затем, постепенно присмотревшись, заметила какую-то возню на полу. Но не вскочила. Еще несколько дней назад Фиона бы подпрыгнула и закричала, а сейчас она просто перевернулась на другой бок и попыталась опять заснуть. Но рядом с ней лежала вторая подушка, пахнущая чем-то странным и одновременно знакомым.

Она резко открыла глаза и села, чтобы получше оглядеть комнату. Да, на этот уголочек не стоило смотреть при дневном свете. И при свечах-то не очень, а тут… Зияли дыры, всюду грязь и гниль…

«Где же хозяин?» — нахмурилась Фиона, но затем взяла себя в руки. Не стоило паниковать из-за того, что чужак, от которого полностью зависело ее существование, вдруг исчез.

Она вскочила с кровати и выбежала из дома навстречу дикой жизни Флориды. Ее окружали пальмы, лианы и еще что-то зеленое, казалось, поджидающее человека. Если здесь когда-нибудь и протоптали тропинку, то сейчас она заросла. Осматриваясь, Фиона была уверена, что, ступив вперед, очень скоро сама зарастет зеленью. Или эта зелень ее съест.

— Иди сюда, только тихо, — услышала она шепот.

Определив, откуда доносится голос, Фиона с трудом различила человеческий силуэт.

— Я не побегу к нему и уж подавно не брошусь ему на шею, — повторяла она, с трудом продираясь сквозь густые заросли.

В Нью-Йорке она трижды попадала в различные неприятности. Один раз ей даже угрожали ножом, но в городе ей никогда не становилось так страшно, как сейчас, когда она пробивалась через этот лес.

— И часто ты разговариваешь сама с собой? — раздраженно спросил Ас.

Он сидел боком к ней, на пеньке, рассматривая что-то невидимое Фионе. Между деревьями оставался маленький просвет, который, при очень большом желании, можно было назвать живописным.

— И тебе доброе утро, — так же ласково ответила она. — Спасибо, что спросил, я действительно спала просто замечательно.

Он все еще хмурился и не смотрел на нее:

— Садись и молчи. Вот фрукты и хлеб. И когда в следующий раз будешь в ужасе выбегать из дома, используй для этого лучше задний двор.