Счастливая карта - Бобби Смит

– Неужели? – Это известие озадачило Бена.

Но все равно слишком уж быстро все произошло. Его это не устраивало.

– Да, разрешил. И вообще все могло быть гораздо хуже. Ты же понимаешь. Он мог заставить меня стать его любовницей! Да что угодно!

– Пусть бы только посмел! – сквозь зубы процедил Бен, волна гнева поднялась в нем при одной только мысли о подобном требовании.

Бренда обняла Бена:

– Ты мой единственный друг.

Это была правда. Кроме матери, которая сейчас слишком далеко, и Бена, во всем мире у нее не было близких людей. Но даже Бену она не могла рассказать всю правду. Правду о чудовищном требовании Марченда: родить ребенка, а потом исчезнуть из его жизни. О таком даже думать страшно – не то, что говорить.

– Меня очень беспокоит все это, Бренда. – Лицо Бена было серьезным и озабоченным. – Если ты сама желаешь этого брака, я отнесусь к твоему решению с уважением, хотя лично мне оно не по душе. Я очень сомневаюсь в правильности твоего решения. И еще – если Марченд будет плохо обращаться с тобой, ты только скажи. Я помогу.

– Спасибо. Ты даже представить себе не можешь, как много для меня значит твоя дружба.

– Так ты решила окончательно?

Бренда опустила глаза. Долго висело в комнате томительное молчание, наконец она с усилием улыбнулась и взглянула на Бена:

– Да.

Бен ласково погладил ее по щеке и вышел.

Пусть она считает, что он вполне удовлетворен ее объяснениями и больше не беспокоится, а он еще поговорит по-мужски с мистером Марчендом. Конечно, в данный момент тот – пассажир на его корабле, то есть некоторым образом его гость, но все же ему придется выслушать не слишком приятные слова от капитана Роджерса.

Рэйф только что распрощался с Марком и направлялся к себе в каюту, когда столкнулся лицом к лицу с капитаном Роджерсом.

– Мистер Марченд, я хотел бы поговорить с вами, – проговорил Бен с совершенно непроницаемым выражением лица.

В душе его бушевала буря, но внешне он оставался абсолютно спокойным. Пусть Марченд знает, думал он, если посмеет обижать Бренду, ему придется иметь дело с капитаном Роджерсом.

– Капитан, – казалось, Рэйф не удивлен такой настойчивостью, – хотите, пройдем ко мне в каюту или поговорим прямо здесь, на палубе?

– Лучше у вас. Разговор личный.

Рэйф кивнул и пошел вперед. Они не проронили ни слова, пока не очутились в каюте Марченда.

Двое мужчин стояли друг перед другом, словно два самца перед смертельной схваткой.

– Бренда сказала мне, что согласилась стать вашей женой, – Бен умолк, ожидая ответа.

Рэйф превосходно владел собой. Ни один мускул не дрогнул на его лице. В голове мелькнуло: интересно, что же именно она рассказала капитану? Похоже, о главном условии она не сказала. Это хорошо!

– Да, Бренда приняла мое предложение. Мы поженимся в Сент-Луисе.

– Не могу сказать, что такая… поспешность радует меня, – с едва различимой, но несомненной угрозой произнес Бен.

– Но Бренда так решила.

– Да, она мне сказала то же самое. И если Бренда действительно этого хочет, то тут не о чем больше говорить. Но я никак не пойму, зачем вам это нужно?

Бен знал, что Рэйф Марченд – состоятельный человек, а Бренда – всего лишь профессиональный игрок.

– Но вы же ее видели! – с легкой улыбкой ответил Рэйф. – Она очень красивая женщина. А, кроме того, умница и чертовски хорошо играет в покер!

– Кроме вчерашнего вечера, – горько заметил Бен.

– Да… кроме вчерашнего вечера.

– Послушайте, Марченд. Бренда – чудесная девушка. Она заслуживает гораздо лучшей участи, чем выпала на ее долю. Я всегда заботился о ней и никому не позволю обижать ее.

Рэйф услышал неприкрытый вызов в словах капитана и напрягся:

– Вам не стоит беспокоиться. Она станет моей женой, и с ней будут обращаться с должным почтением.

Бен изучающе посмотрел на него, затем кивнул:

– Конечно, ваш брак – не мое дело, однако если я почувствую неладное… он вполне может стать и моим делом.

– Бренда находится под моей опекой и защитой, и ей ничего не грозит. Никто не причинит ей вреда.

«Интересненькое дело получается, – думал Рэйф, – оказывается, у моей дорогой невестушки гораздо больше защитников, чем она думала. Сначала Марк читал мне лекции о морали, теперь капитан Роджерс. Что за ерунда! С чего вдруг эти двое так пекутся о ней? Надо же, придумали учить меня, как обращаться с ней!»

– Мы с ней поженимся, и вам не надо будет больше тревожиться о ее судьбе. Я владею плантацией в Белрайве, кроме того, вложил деньги в кое-какие промышленные предприятия. Так что она станет обеспеченной женщиной. До свадьбы я хочу пригласить для нее компаньонку, чтобы ни коим образом не повредить ее репутации.

– Ценю вашу заботу. Ей было непросто отстаивать свое достоинство на этом пароходе, и мне совсем не хочется, чтобы сейчас поползли грязные слухи.

– Кстати, мистер Роджерс, Бренда, должно быть, уже сказала вам, что больше не сможет играть.

– До Сент-Луиса осталось двое суток, так что, думаю, пассажиры переживут эту потерю.

– Прекрасно. Значит, мы друг друга поняли.

– Да. Желаю вам счастья. Бренда – замечательная девушка, – снова повторил капитан, – и надеюсь, у вас все сложится удачно.

Бен ушел от Рэйфа, так и не поняв толком, как относиться ко всему происшедшему. Но, если Бренда всем довольна, размышлял он, ему остается только радоваться ее счастью и надеяться на лучшее. Кажется, Марченд честный и надежный человек. Пусть он станет ей хорошим мужем.

К ужину с Рэйфом Бренда одевалась особенно тщательно. Она решила доказать ему, что ничем не хуже избалованных дочерей богатых южан, так же хорошо воспитана и изысканна.

Сидя перед зеркалом у маленького туалетного столика, она задумалась. Что ждет ее впереди, какая жизнь?

Ей очень нравился Рэйф Марченд. С того самого момента, когда она впервые увидела его на пристани. Но тогда даже невозможно было представить, что судьба сведет их вместе. А теперь…

Что она знает об этом человеке? Совсем немногое: он любит детей, способен делать огромные ставки в карточной игре и умеет загонять людей в угол, если ему это необходимо. Вот, пожалуй, и все. Кто его родители? Чем он занимается? Судя по всему, он далеко не бедный человек. Бренда даже смутно не могла представить, что будет дальше, и эта неизвестность пугала ее.

Бренда внимательно посмотрела на собственное отражение в маленьком зеркале и постаралась придать лицу спокойное, несколько равнодушное выражение. Потом снова вспомнила о его требовании родить ребенка и убираться на все четыре стороны, и ее охватил гнев.