Дерзкая помолвка - Кейт Харди

— А особенно понравившиеся исторические блюда можно будет готовить, скажем, раз в неделю, у нас в кафе, — предложила шеф-повар Прю. — Думаю, что посетителям понравится.

— Замечательная идея, Прю, — похвалила Виктория. — Так и поступим.

Сэмюэль сфотографировал две супницы и персонал за дегустацией. Затем и вторые блюда, и десерт. Все фото будут размещены на сайте.

Еда пользовалась большим успехом у персонала, к облегчению Виктории.

После кофе Патрик встал.

— Хочу поблагодарить дочь за доставленное удовольствие. Они с Сэмюэлем потрудились на славу.

На мгновение Виктории показалось, что отец собирается сообщить о помолвке. Она едва заметно покачала головой.

— И спасибо вам всем за активную поддержку и участие, — закончил Патрик.

— Предлагаю тост за Чивертон-Холл и успешную реставрацию бального зала, — добавила Диана, поднявшись из-за стола.

— За Чивертон и реставрацию, — дружно поддержали тост все присутствующие, символически чокаясь кофейными чашками.

Прю и сотрудники кафе убрали со столов, а Виктория отправила Сэма домой, нагруженного угощением для родителей.

— Сэм отличный парень, — сказала Прю после его ухода. — Вы сделали хороший выбор.

— Папа знаком с его отцом, — заметила Виктория. — Я его не выбирала. Он пришел на собеседование и оказался подходящим кандидатом.

Прю улыбнулась и похлопала ее по руке.

— Я не это имела в виду. Ваш предыдущий бойфренд был эдаким франтом. А Сэм запросто со всеми общается.

— Сэм не мой… — запаниковала Виктория.

— Все в порядке. Не переживайте, — мягко сказала Прю. — Но мы видим, как вы друг на друга смотрите.

Господи, ситуация уже выходит из-под контроля. Хорошо, что отец не проговорился о «помолвке».

— Вы здорово придумали вставить исторические блюда в меню, — заметила Виктория, чтобы сменить тему.

Прю, к облегчению девушки, позволила отвлечь себя от скользкой темы.

Поздно вечером Виктория вывела Хамфри на прогулку. Она ориентировалась в саду с закрытыми глазами, но на всякий случай прихватила фонарик.

— Мне нужно быть очень осторожной, — говорила она псу. — Сэмюэль не чувствует ко мне то, что я начинаю к нему чувствовать. А папа сегодня едва не проговорился всем о помолвке. Зря я все это затеяла. Нужно было встретиться пару раз с Дональдом для успокоения родителей.

Все равно Сэмюэль исчезнет из ее жизни через пару месяцев.

Она не может позволить себе остаться с разбитым сердцем.

Она затеяла все это ради Чивертон-Холла. И этого ей вполне достаточно.

На следующей неделе был день рождения Лиззи, печальный и радостный одновременно и для Виктории, и для родителей. Виктория пыталась сосредоточиться на том, как была счастлива прожить вместе с младшей сестрой те благословенные тринадцать лет, отпущенные им судьбой. Но ощущала горечь и печаль. Сестры не было рядом почти столько же времени. Лиззи исполнилось бы сегодня двадцать пять. Она бы уже окончила университет. Может быть, уже вышла бы замуж.

— Я так по тебе скучаю, — сказала Виктория, наклонившись и укладывая на могиле сестры белые нарциссы, которые всегда приносила в этот день. — Я бы все отдала, чтобы ты сейчас была рядом. Мы готовимся к рождественскому балу. Так и вижу тебя в небесно-голубом шелковом платье под цвет твоих глаз. — Виктория сморгнула навернувшиеся слезы. — Я знаю, что твоя душа всегда рядом, но мне так тебя не хватает.

Хамфри ткнулся носом ей в лицо и слизнул катившиеся по щекам слезы.

— Тебе понравился бы Хамфри, да и Сэмюэль, думаю, тоже. Он любезно согласился продлить нашу фиктивную помолвку, пока не пройдет бал. А я… — Девушка всхлипнула. — Как бы мне хотелось не подводить маму и папу. — Виктория поморщилась. — Прости меня, Лиззи, за нытье. Сегодня день твоего рождения. Я приготовлю твой любимый ужин, и мы поднимем за тебя бокал. — Виктория поднялась с колен и погладила надгробие. — С днем рождения, дорогая сестричка.

Когда она пришла в офис, Сэм был уже на месте.

— Ты в порядке?

Видимо, у нее глаза покраснели от слез.

— Да, — вяло ответила она.

Сэм молча вышел и вскоре вернулся с двумя чашками дымящегося кофе и двумя брауни.

— У меня на работе кофе с пирожным всегда помогал в трудный момент.

От его участия в глазах Виктории снова заблестели слезы.

— Прости. Лиззи сегодня исполнилось бы двадцать пять.

— О! — Сэм подошел, поднял ее со стула и обнял.

Ей захотелось прильнуть к нему, но он ведь не настоящий жених. Она слишком поздно обнаружила, что они не одни.

— Полагаю, Сэмюэль знает, какой сегодня день, — сказала Диана, стоящая в дверях.

— Да, — ответил он. — Непростой день для всей вашей семьи.

В глазах Дианы блеснули слезы.

— Столько лет прошло с тех пор, как мы в последний раз справляли ее день рождения все вместе. — Она положила руку на плечо дочери. — Но у меня есть моя Виктория. И я счастлива.

Виктория не могла вымолвить ни слова.

— Сэмюэль, в день рождения Элизабет мы всегда готовим особенный ужин. Будьте сегодня нашим гостем, — пригласила Диана.

— Жареный цыпленок и рисовый пудинг — любимые блюда Лиззи, — добавила Виктория.

Когда Диана ушла, Виктория сказала:

— Тебе не обязательно приходить. Я придумаю вескую отговорку.

— Конечно, я приду к вам на ужин, — улыбнулся Сэм.

Ему хотелось поддержать Викторию.

— Спасибо. — Она вздохнула. — Как правило, мы не страдаем слезливой сентиментальностью, — добавила она.

Они прячут свою грусть, чтобы не делать больно другому, подумалось Сэму.

— Я готовлю, поэтому ужинаем у меня.

— Я могу чем-то помочь? Что-нибудь принести?

— Спасибо. Ничего не нужно.

Тем не менее он принес коробку дорогого шоколада и пакет свежемолотого кофе. Виктория неожиданно обняла его, и Сэм понял, что поступил правильно.

Странно, но ему было приятно ощущать Викторию в своих объятиях, хотя помолвлены они фиктивно. Надо быть сдержаннее и не давать волю чувствам.

Ужин прошел в теплой и непринужденной атмосфере. Гамильтоны шутили, вспоминали старые добрые времена, показывали Сэмюэлю семейные альбомы.

Когда Виктория провожала его до ворот, Сэм обронил:

— Лиззи была славной девочкой.

— Да.

Сэм погладил Викторию по щеке.

— У тебя комплекс оставшейся в живых. Но ты не должна заменять Лиззи. Родители любят тебя ради тебя.