Восьмая Марта - Алиса Перова

Боже, вот что он мог обо мне подумать после того ночного концерта?! И как мне объяснить, что я тут совершенно ни при чём?

Ой, а Вы случайно не слышали пошлые вопли за стеной? Да-да, именно ночью! Слышали? Ага, так вот я здесь абсолютно не при делах, как говорит мой Сашка, и он, кстати, тоже в этом безобразии не участвовал. А кто тогда? Так это моя подруга Сонечка немного развлеклась, ей не спалось. Нет, не сумасшедшая…

Полный бред! И всё из-за бесшабашной Соньки, а ей хоть бы хны! Понимаю, что вовсе не должна ничего объяснять этому парню, но мне так важно, чтобы он знал. А хотя, если Софи видела моего соседа, то ведь он тоже, скорее всего, её видел и вполне мог сделать правильные выводы. А вдруг он увидел её и она ему понравилась? Я взглянула на Софийку — такая разве может не понравиться?

— Сонь, а я интересная? — спросила я неожиданно даже для самой себя.

Вообще-то я совершенно о другом хотела спросить, но слово не воробей, и теперь я растерянно хлопаю глазами, пытаясь поконкретнее сформулировать свои мысли.

— В смысле? — кажется, Сонька тоже ничего не поняла.

— Ну-у-у, для мужчины я могу быть интересной? То есть, нет, не так… — я совсем запуталась, а щёки запылали огнём. При Соньке-то я почему краснею?

— Мань, ты совсем дура? А ну признавайся, кто там тебе чего наговорил! Опять эти синюшные курицы? Ты даже не вздумай слушать этих сучек завистливых, ты же… — Софи затрясла руками, пытаясь подобрать для меня какое-нибудь бомбическое словечко, — ты же, как шоколадно-мармеладное мороженое!

Комплимент — чума! Как её саму-то не вывернуло от такой приторной ассоциации.

— Спасибо, что сиропом не облитое, — расстроилась я.

— Мань, вот что ты прибедняешься, да ещё и к словам придираешься? Офигенская ты, поняла? И горе всем, кто не успел это рассмотреть!

Тоже как-то не слишком утешительно, раз уж с первого взгляда незаметно.

— То есть, если я понравлюсь парню, но он не успеет рассмотреть меня как следует и оценить, а потом случайно встретит такую, как ты, например, то у меня совсем не будет шансов? — С каждым словом я говорила всё тише и тише, а лицо горело всё жарче и ярче.

Сонька подорвалась со своего места, как укушенная.

— Ты где этого нахваталась? Совсем мозги поплыли? На кой тебе сдался мужик, который при виде меня забудет о таком сокровище, как ты? У них ведь на меня реагирует только одна часть тела, а в тебе есть всё — и для души, и для тела, и для глаз бальзам. Ну, я твоему Игорёчку устрою теперь весёлую житуху, будет у меня извиваться как уж на сковороде. Маня, но ты-то ведь умная девочка, тогда как этот дегенерат смог за две недели раздуть в тебе такие чудовищные комплексы?! Ты же не была такой!

Мне было стыдно, потому что Сонька говорила правду — я действительно чувствовала себя неуверенной в последнее время. Раньше у меня не было романтических отношений с парнями, во многом из-за чрезмерной опеки братьев. Но первое серьёзное чувство обернулось предательством — Игорь предпочёл мне другую, более красивую и сексуальную Олесю. Но это, скорее, говорит о его подлости, нежели глупости.

— Ну почему сразу дегенерат? — пролепетала я. — Он неглупый, очень целеустремлённый и уже многого добился. И без чьей-либо помощи проделал этот путь…

— Это какой такой путь — от крошечного сперматозоида до огромного идиота? Да-а, молодец — вырос!

Я рассмеялась, и на сердце стало немного легче. Надо бы поделиться с подругой своими тревогами, а не мусолить их в своей голове, изнывая от волнения.

— Сонь, да при чём здесь Игорь? Просто мне… нравится мой сосед… наверное.

— Кто? Вот этот? — подруга ткнула большим пальцем в пространство позади себя, вероятно, на балкон. — С ума сошла? Он же… м-м-м…

Так и не подобрав подходящего эпитета, Сонька спросила:

— А что тебе вообще в нём понравилось? А, главное, когда успело?

И только рассказав подруге о сегодняшнем утреннем приключении, я вдруг подумала, что раз мы с соседом уехали вместе, то…

— Сонь, а может, на балконе вообще был не он, как он выглядел? И какие у него губы?

— Ты бы ещё про размер у меня спросила… ноги! Думаешь, я прямо его губы рассматривала? Но улыбался он как людоедище. Бритый почти наголо и плечи, как у Халка. Узнаёшь зазнобушку?

— Нет, конечно! Мой сосед темноволосый, кареглазый и… губастый.

— Кто губастый? — раздался голос Артёма.

— Ну, вероятно, я, — встрепенулась Сонька и сложила губки бантиком.

***

— Ну и где вас весь день носило? Я тут вся соскучилась, — предъявила нам Софи, как только мы с Артёмом вернулись домой, обвешанные пакетами. — Ой, показывайте скорее, что вы там понакупили!

— Кажется, кто-то грозился накормить нас вкусным ужином, — напомнил ей Артём.

Уж мне-то хорошо известны кулинарные способности моей подруги, так вот — они отсутствуют напрочь. В хозяйстве Софийка была совершенно бесполезна. Непонятно только на что она надеялась, обещая нас поразить изысканными блюдами.

— Тогда мыть лапки и к столу, — деловито произнесла Софи, переплетя руки под грудью.

Отличный ход — у моего Артёмки аж кадык дёрнулся.

— Он приходил, — заговорщически шепнула мне Сонька, когда Артём покинул прихожую, — твой губастый сосед. И знаешь… он классный!

— Я вам хотела ещё пирог испечь, но не успела — вся замоталась. Надеюсь, вы не в обиде? Зато у нас зефирки есть, — весело щебечет Сонечка, а я только диву даюсь.

Стол действительно ломится от вкусной и разнообразной еды, и вся эта вкуснятина прибыла из супермаркета «Московский», расположенного в соседнем доме. Кулинария там отменная — готовая еда всегда свежая и качественная, но и запредельно дорогая. Я хоть и могу позволить себе у них отовариваться, но делаю это редко — когда совсем некогда готовить или нагрянули внезапные гости.

Сейчас как раз такой случай — нагрянул Артёмка, а мои съестные запасы успел смести Сашка. Я собиралась приготовить обед, но Софийка настояла на том, что справится лучше. Браво — справилась! А самое смешное, что мой братец вместе с магазинной едой проглотил и всю ту лапшу, которой обвешала его моя предприимчивая подруга.

Артём разливает крепкий ликёр по фужерам и не сводит плотоядный взгляд с Сонечки. Эти двое настолько увлечены друг другом, что почти забывают о моём присутствии. Но мне и не требуется сейчас их внимание, ведь я до сих пор прокручиваю и лелею в мыслях полученную информацию. ОН ко мне приходил. ОН назвал меня Мартой. Боже мой — он запомнил моё имя! Зачем он хотел меня видеть? А зачем вообще заходят к соседям?

Я вспоминаю, к кому из соседей я заходила и зачем. В первый раз — к жильцам сверху. Нет, они меня не залили, так как хитрая конструкция водостока в нашем доме этого не позволит. Просто наверху происходило страшное побоище, отчего несмотря на толстые перекрытия, моя люстра угрожающе раскачивалась.