Верни моего сына - Тата Златова

— Ты готова? — Матвей сначала задал вопрос, только потом восхищенно присвистнул. Лера увидела свое отражение в тонированном окне его «тойоты»: розовый юбочный костюм, маленькая сумочка в руке, яркие туфли. На губах — помада цвета фуксии, в уголках глаз — небольшие «стрелки», придающие взгляду чуточку лукавства. Впервые за долгое время чувствовала в себе небывалый прилив сил. Еще когда увидела под окнами машину Матвея — настроение сразу улучшилось. Сегодня она познакомится с адвокатом, дело сдвинется и, возможно, уже очень скоро она обнимет свое чудо, своего малыша. Подняла голову и зажмурилась от яркого солнца. Матвей галантно открыл дверь и, прежде чем нырнуть в салон, Лера вручила ему черную папку.

— Что это?

— Все, что может понадобиться Еве для моей защиты.

Он кивнул и сел за руль. Машина тронулась с места и помчалась по шумному проспекту, а Лера уставилась в окно и начала рисовать в голове образ сестры Матвея. Наверное, она, как и брат, темноволосая и черноглазая. Эдакая дамочка в строгом костюме, обязательно в очках и с собранными в гульку волосами. Почему-то именно так она себе ее представила. Хмуря брови, Ева вдумчиво и скрупулезно переберет все бумаги, сто раз подумает, прежде чем что-то сказать, просканирует взглядом, добираясь до самого дна души, попытается разобраться, где клиент лжет, а где говорит правду… Старые раны разбередит, атакуя вопросами об Амелии, о муже, о больнице. Бр-р… Прямо передернуло от воображаемой картины. Постаралась не ломать себе голову, а просто расслабиться и слушать джаз. Хрипловатый бас Луи Армстронга прогонял мрачные мысли и настраивал на позитив.

Минут через пятнадцать припарковались у элитного бизнес-центра, поднялись на четырнадцатый этаж и остановились у двери офиса, на которой красовалась табличка с нужным именем. Проглотив колючий ком, Лера переступила порог.

Кабинет был оформлен в сдержанные и лаконичные тона. Бежевые стены гармонировали с деревянными шкафами и кожаной мебелью. Освещение не раздражало: в потолок были встроены светильники. В ушах отдавался стук каблуков, — на полу лежала плитка с имитацией дерева. На стенах в красивых рамах висели различные грамоты и дипломы адвоката.

— Добрый день!

А вот и сама хозяйка кабинета. Сидит в строгом кресле, сложив руки на столе. Даже отдаленно не напоминает ту, которую Лера рисовала в своем воображении. Хотя нет, некое сходство с братом все же угадывается: чуть раскосые темные глаза и четко очерченные скулы. Волосы до плеч цвета баклажана удачно сочетаются с костюмом вишневого оттенка. Яркая помада, массивные серьги и аккуратный маникюр подчеркивают такую же яркую внешность. Взгляд живой и изучающий, подмечает каждую деталь.

— Привет, дорогая сестренка, — подмигнул ей Матвей и опустился на стул. Лера удивилась, заметив на столе стопку фотографий, на которых были запечатлены они с Ильей. Медленно села и покрутила в руках одну из них.

— Вижу, вы уже изучили мое досье? — робко поинтересовалась, рассматривая фото. На нем она с мужем: сжимает тот самый несчастный букет, а Илья довольный и радостный, по-хозяйски обнимает ее за талию. Свекровь сфотографировала их в тот самый момент, когда Лера сообщила ему о беременности. Тяжело вздохнув, отложила снимок. Мерзко вспоминать.

— Изучила, — кивнула Ева. — Очень необычное и запутанное у вас дело. Столько интересных деталей! Особенно любопытен тот факт, что мой горячо любимый братец был женат на главной злодейке этой истории.

Матвей поморщился, а Ева лукаво изогнула бровь. Да-а, похоже, разговор будет жарким…

— Ну, оставим в покое мое темное прошлое, — прокашлялся он в кулак, — и вернемся к самому главному.

— Как скажешь. — Ева внимательно просмотрела бумаги из папки, которую он ей передал, и уточнила: — Значит, вы — Валерия Фролова…

— Да, — кивнула.

— …супруга Ильи Фролова, владельца крупного ювелирного холдинга…

— Все верно.

— Вы родили сына в одной из московских частных клиник, но ребенка забрали…

— Да, забрали, Илья и моя сестра Амелия, которая присвоила мое имя, — поспешно добавила, чувствуя, что такие прямые вопросы начинают действовать на нервы. Хоть и понимала, что они неизбежны, что так нужно, а все равно эмоции зашкаливали. — Послушайте, Ева, я могу сама вам все рассказать. Не возражаете? А то эти вопросы как ножом по сердцу.