Никому не верь - Татьяна Волк

— Какого чёрта здесь делает твоя зверушка? — прошипел Киру Дарк. — Неужели я сегодня увижу мордобой тёлок за Кирилла Громова?

Настя же, пожалуй, единственная обратила внимание на одежду Ксюши и удивленно приподняла брови.

— А вам двоим, не кажется, что сегодня эта девушка как-то иначе выглядит?

— Кажется! — проворчал Дарк. — Мне кажется, что дело пахнет жаренным! А вдруг этой неадекватной девице придет в голову расцарапать мне лицо? Мои поклонницы…

— Ай, Макс, заткнись. У тебя их все равно нет! — Настя попыталась осадить брата и привлечь внимание своих друзей к сцене, но стоило Ксюше подойти к микрофону, как Кирилл и сам стал напряженно вслушиваться в её слова.

Ксюша поправила прическу и соблазнительно улыбнулась, когда к сцене стали подтягиваться музыканты. Знакомые Киру музыканты!

— Не хочется говорить громких слов и строить из себя звезду мирового масштаба, тем более, что я уже давно простая студентка. Прошу прощения за ошибки, но эту песню я написала для одного человека, которого встретила когда-то. В далеком прошлом он мне показался яркой вспышкой. А сейчас я сочувствую тем, кто узнает в ней себя.

Ксюша понимающе посмотрела на Громова, и со сцены полился её нежный голос, начавшийся с речитатива и постепенно получивший свое развитие в пении:

— Здравствуй, мальчик. Давно меня ждёшь?

Я слишком устала натыкаться на стену

И чувствовать, как в тело впиваются осколки чужого вранья.

Ты был и живым и убитым. Ты был, когда мне не хотелось жить.

Я пришла к тебе, мальчик. Но ты меня не спасёшь.

Ты слишком слаб и уныл. Тебя хватает только на дрель в моих мозгах.

Впиваясь в мою голову, ты сверлишь и сверлишь.

Вбивая в мою голову свою новую ложь.

Ты веришь, что ты для меня ещё бог? Но на самом деле дерьмо!

Я устала от тебя, мальчик, иди и загнивай в своём бредовом мирке.

В моем больше нет места для тебя и таких как ты!

Ты так долго был слеп, и не видел меня в отражении.

Ещё вчера втаптывая меня в грязь, ты не уставал говорить слова восхищения.

Но не стоит вовлекать меня в свой вертеп. Мальчик.

Я давно тебя раскусила. Когда внутри меня прижилась только ненависть,

Я поняла, что я стала свободна.

Ты думаешь, что ты для меня ещё бог?

Кирилл смотрел на неё цепким взглядом и только сейчас всё осознал.

— Твою мать! — громко выругался парень и растянул губы, в улыбке насмехаясь над самим собой. Вдруг, как озарение в голове всплыли воспоминания, о том, как несколько месяцев назад девушка со сцены выводила эти строки для какого-то парня стоявшего внизу. Его очки, деловой костюм и коротко стриженые волосы странно смотрелись на рок-концерте и всё же он не мог оторвать от неё виноватых глаз. Кирилл тогда и сам подпал под её обаяние, хотя не столько эта песня тому была причиной. Кир только получил видеоролик где его девушка кувыркалась в постели с его собственным отцом, который не придумал другого способа доказать сыну, что тот образ жизни который он пытается вести всего лишь детские шалости. Он пытался подтолкнуть сына к тому, что в его руках скоро будет семейный бизнес, а Кирилл тратит свое время не на то, что старшему Булатову кажется действительно стоящим. В итоге сам Кирилл провалил своё первое выступление и надирался в баре, пока все музыканты группы «Рейн» не отыграли свой концерт и обстановка в клубе стала менее оживлённой.

Через час Кирилл вышел на улицу, потягивая алкоголь из бутылки, и заметил у своего байка девушку, которая занималась тем же самым. Приглядевшись, он узнал в ней ту самую солистку из группы, перед которой выступал. Вот только выступление вышло, а скорее правильнее было бы сказать, совсем не вышло.

— Пришла меня отчитывать? — невесело усмехнулся парень, и девушка тряхнула головой. Кир опустил взгляд ниже и задержал его на её голых ногах. Короткие шорты, ботинки и майка с накинутой на плечи мужской кожаной курткой выглядели странно, но Киру нравилось.

— У меня сегодня последнее выступление перед публикой, — натянуто рассмеялась девушка.

— А у меня первое. — Нахмурился Кирилл. Похоже, девушка была уже пьяна. Да и сам он успел опьянеть. — Тебя как зовут?

Девушка прищурилась и отхлебнула из горла.

— Ия. А тебя?

— Что за ИЯ? И Я того же мнения?

— Нет, ударение на «и», а не на «я».

— А я Кирилл. Моя группа выступала перед твоей.

— На разогреве? — вспомнила девушка.

— Вряд ли этим можно было кого-то разогреть, — поморщился Кирилл, и девушка пожала плечами.

— Не переживай. Вам просто нужно больше репетировать. — Девушка снова отхлебнула из горла, и, Кирилл подошёл к ней ближе. Поставив на землю бутылку, парень склонился к девушке.

— Знаешь, я хотел бы покинуть это злачное место. — Ия растерянно сфокусировала на нём взгляд. — Но ты загородила мой байк.

Девушка только склонила голову и пожала плечами.

— Тебе не говорили, что пьяным за руль садиться опасно?

— Сегодня мне на это плевать, — мрачно сказал Кирилл, и девчонка одарила его понимающим взглядом.

— Тогда, похоже, нам по пути.

— Знаешь, мне как-то не до этого. Я сегодня узнал, что моя девушка трахалась с моим отцом и у меня нет никакого желания…

Ия надтреснуто рассмеялась и проговорила:

— А я узнала, что мой жених трахнул мою сестру. Два дня назад должна была состояться наша свадьба. Не льсти себе. Я не предлагала тебе секс. Меня просто не пугает возможность разбиться.

Кирилл ошеломленно уставился на девушку и, отобрав у неё бутылку, пригубил из неё. Она пила тоже самое. Слишком много совпадений. А впрочем, Кирилл в них никогда не верил.

— Куда тебя подвезти? — Кирилл поставил на землю вторую бутылку и вывел байк. Ия уселась позади него и, обхватив его руками за пояс, прижалась лицом к его спине.

— Вези меня хоть в ад. Мне всё равно.

Киру тогда тоже было всё равно, и он гнал по городу без шлема, так же как и девушка за его спиной на бешеной скорости. За всё это время он не услышал от неё ни крика, ни визга, даже на самых крутых поворотах. Ему было не страшно потеряться в чужом городе или и вовсе исчезнуть с лица земли в эту ночь, лишь бы заглушить то мерзкое чувство, что жгло его изнутри. И за его спиной он ощущал человека, который чувствовал то же самое. Ия не боялась, что он не сможет удержать управление, и они оба полетят ко всем чертям. Сейчас ей было абсолютно всё равно, что может ждать её там за углом, но каким-то чудом им удалось добраться до набережной, прежде чем у Громова закончился бензин.

— Кажется, заглохли, — проговорил Кирилл, слезая с мотоцикла. Ия слезла тоже и вместе с парнем уставилась на ставший бесполезным транспорт. — Даже железный конь подвёл. Сегодня определённо не мой день.