Первый и единственный - Маргарет Уэй

— Боишься того, что я собираюсь сказать?

— А что вы можете сказать? Я не слепая и вижу, как трепетно сэр Дэвид относится к своей жене, а она отвечает ему взаимностью.

— Она не дура, — в голосе Кэрол звучала ирония, — а он бесчувственный чурбан. Сюзан по-своему привязана к Дэвиду, в этом я не сомневаюсь, однако он сам любит только сына. Теперь, когда Мэделин умерла, в его сердце нет места неопытной девчонке. Подозреваю, что Сюзан пыталась отбить у меня Дрю, но он никого не замечал вокруг себя. Парадокс: в то же время он не ценил и меня, пока я находилась рядом с ним. А потом этот развод…

— Развод не может быть приятным.

— А ты знаешь, что он не в состоянии хранить верность?

— Как и большинство мужчин.

— Как много горечи! Значит, это тебе известно?

— Послушайте, миссис Форсайт, у меня и так достаточно проблем в семье, так что я не собираюсь загружать себя чужими невзгодами.

— Рада за тебя. — Кэрол вздохнула с облегчением. — Знаешь, я бы провела с Дрю всю жизнь, если бы не его постоянные измены. Он разбил мне сердце.

Ева молча развернулась и пошла прочь. Она не знала, можно ли верить словам Кэрол. С одной стороны, женщина была явно расстроена, когда говорила об изменах Дрю. С другой — Дрю, как теперь казалось Еве, не был способен предать. Он обезоруживал свой искренностью, однако до того, как прийти на работу в «Транс континентл», Ева не раз встречала в журналах фотографии, на которых он был изображен в компании красивых женщин.

Дрю признался, что расстался с Кэрол из-за того, что она отказалась родить ему наследника. К тому же Ева точно знала, что он ни с кем не встречается, кроме нее самой. Она и боялась, и ждала этих встреч. Ее влекло к Дрю так же сильно, как и в первый вечер их близости, когда за окном бушевала гроза и они были словно отрезаны от окружающего мира.

Ужин удался. Стол был накрыт безупречно, блюда приготовлены одним из лучших поваров в городе. Дрю то появлялся, чтобы развлечь ее беседой, то исчезал. Он решал деловые вопросы, договаривался о встречах, шутил… Ева заметила, как сэр Дэвид смотрит на своего сына. В его взгляде было столько отеческой любви, что Ева невольно прониклась симпатией к этому суровому человеку. Погрузившись в свои мысли, она не обратила внимания на подошедшего к ней Джейми.

— Ты почти не притронулась к еде. Попробуй крабов. Это нечто! — усмехнулся молодой человек, подсаживаясь к ней.

— Спасибо, обязательно попробую.

Ева ерзала на стуле. Ей совсем не хотелось есть, в отличие от виновницы ее дурного настроения. Кэрол вовсю уплетала черную икру и запивала ее шампанским. В конце ужина сэр Дэвид встал со своего стула и публично поблагодарил Элизабет Гэррэтт за сотрудничество. Он также упомянул Еву как одну из вдохновительниц проекта. Затем встал Дрю и подробно рассказал гостям о Земле Козерога.

— Он так уверен в себе! — прошептал Джейми. — Ты только посмотри, как его слушают! Сэра Дэвида слушали не так внимательно.

Ева ничего не сказала. После ужина гости направились в сад.

— Как дела? — прозвучал над ухом знакомый бархатный голос.

— По-моему, мне пора домой.

— Тебе не нравится прием? — Дрю поймал ее под руку и повел в библиотеку, подальше от толпы.

— Нравится, — ответила Ева, — у вас прекрасный дом. Должно быть, ты был очень счастлив здесь в детстве.

К ее удивлению, Дрю заявил:

— Не всегда. Папа был очень занят. Я не часто с ним виделся, даже когда он бывал дома. Я знал, как одиноко чувствовала себя мама. Конечно, она приглашала друзей, занималась благотворительностью, но ей так не хватало папиного внимания! С ним иногда приходится нелегко.

— Он обожает тебя.

— Мы ладим, — пожал плечами Дрю, — теперь ладим. Я бунтовал, когда был подростком, а папе нужно было с этим мириться. Мне просто хотелось доказать ему, что я что-то из себя представляю. Даже когда умерла мама, папа остался очень строгим ко мне.

— Я уверена, что это не так…

— Возможно, — согласился Дрю, — но его никогда не волновала моя жизнь.

Ева пожала плечами. Вскоре они вошли в библиотеку.

— Как здесь хорошо! — воскликнула она.

— Лучше всего то, что здесь никого нет, — улыбнулся Дрю, обнимая ее. — Мы можем побыть наедине. Я мечтал об этом весь вечер.

— Только не здесь, Дрю! — Ева слегка отстранила его.

— Кто отвезет тебя домой?

— Джейми.

— Тебе, конечно, известно, что он влюблен в тебя? — спросил Дрю, целуя ее в шею.

— Нет! — не поверила Ева. — Не может быть! Джейми? Джейми знает, что я не смешиваю дела с удовольствиями!

— А Джейми знает про нас с тобой?

— Не надо, Дрю. Ты же знаешь, что это запретная тема. Наши отношения становятся опасными. Я не могу тебе противостоять…

— Господи Боже, Ева! — Он отошел к окну. — Как ты можешь так говорить? Как будто я принуждаю тебя… Мне надоело встречаться с тобой урывками, тайком, поспешно! Почему ты не расскажешь о нас своему брату? Почему я не могу оставаться у тебя на всю ночь и не уезжать, даже если с ночного дежурства вернется Бен? Почему?

— Потому что я законченная идиотка, вот почему.

— Дорогая, — Дрю снова подошел к ней и порывисто обнял, — никакая ты не идиотка, не говори глупостей. Ты просто очень эмоциональная. Я понял это сразу, как только увидел тебя.

— Так вот значит как? Ты, наверное, подумал, что я чокнутая.

— Милая, ты же знаешь, что это не так. Ты принимаешь все слишком близко к сердцу.

— Ты пытаешься меня изменить?

— Да, черт возьми, пытаюсь! — Он принялся покрывать ее лицо поцелуями. — Ева, родная моя, не отталкивай меня!

В ответ Ева всхлипнула.

— Что она сказала тебе? — тихо спросил Дрю.

— Она предупредила меня, чтобы я не связывалась с тобой.

— Как это похоже на Кэрол!

— Она сказала, что я всего лишь одна из многих.

Казалось, Дрю даже побледнел от негодования.

— И ты веришь ей? — В его голосе прозвучали металлические нотки.

Ева запрокинула голову и уставилась в потолок.

— Она сказала, что ваш брак развалился, потому что ты не был ей верен.

Несмотря на все ее старания, голос предательски дрогнул.

— Она расстроила тебя.

— Я не хочу быть третьей лишней.

— Как такое может быть, Ева? У нас с Кэрол давно все кончено, мы в разводе. У нее роман с Морганом…

— А тебя это волнует? — неожиданно для самой себя поинтересовалась Ева.

— Даже если я отвечу, ты ведь все равно мне не поверишь, не так ли?