Харлей. Поверь в меня - Теона Бонк

Перестаю смеяться, когда у меня начинает кружится голова. В ужасе распахиваю глаза, когда чья-то рука сжимает мою грудь. Стараясь не шевелиться, смотрю на руку, лежащую на моей обнаженной груди. Загорелая, крепкая, с аккуратными ногтями. Я сразу узнаю, чья она. Я не была настолько пьяна прошлой ночью, чтобы не помнить, что произошло.

Жду и жду сожалений о том, что я набросилась на этого мужчину, но они не приходят. Хватаю свой телефон и посылаю сообщение на работу, что заболела и сегодня не приду. Не могу подвергать пациентов риску, что сделаю что-то не так, страдая от этого жуткого похмелья. Затем медленно пытаюсь выбраться из-под руки Паши.

Его хватка становится крепче, а я лишний раз убеждаюсь, что не чувствую стыда от того, что нахожусь с ним в таком положении. Он нежно сжимает мой сосок ладонью. И перед моими глазами мелькают вспышки прошлой ночи, то, как бесстыдно я легла на эту кровать и предлагала ему себя.

Паша, должно быть, сильно устал, потому что, когда я высвобождаюсь из его объятий, он просто переворачивается и зарывается поглубже в одеяло. Как бы мне ни хотелось остаться с ним и, возможно, продолжить с того места, на котором мы остановились прошлой ночью, я должна создать некоторое пространство между нами.

Следующие десять минут, которые я провожу в душе, ругаю себя сначала за то, что буквально бросилась ему на шею, а затем за то, что заснула, не успев даже взглянуть на его хозяйство. Знаю, он бы никогда не прикоснулся ко мне, пока я была в отключке, так что мне не о чем беспокоиться.

И мне действительно не стыдно. Этот мужчина подарил мне самый сильный оргазм в моей жизни, и я отказываюсь сожалеть об этом. Неужели я сделала то, чего никогда бы не сделала будучи трезвой?

ДА.

Жалею ли я об этом?

Определенно, нет.

После того, как жадно и умело он ласкал меня вчера своим ртом, я никогда не увижу в нем кого-то другого, кроме мужчины, коим он и является. Я клянусь больше не отпускать реплик о его возрасте.

Быстро вытираюсь полотенцем и одеваюсь в одежду, которую Паша пытался предложить мне прошлой ночью, перед тем как найти меня лежащей на кровати и ласкающей себя.

Чувствую, как мои щеки горят, когда я покидаю ванную, поворачивая в сторону кухни.

Прошлой ночью я трогала себя перед мужчиной. Однажды было такое, что я ласкала себя под одеялом после нескольких часов уговоров моего бывшего, но тогда свет был выключен, и он не мог получить полное представление о сием действе. Прошлой ночью меня даже ни о чем не просили, а яркие лампы на моем потолке не оставляли ничего для воображения.

Шум в коридоре заставляет меня нервничать, когда я думаю о том, как я планирую действовать, когда увижу Пашу. Но в кухню входит Лариса.

— Доброе утро! Мне пришлось притворится больной из-за этого похмелья, — говорю я, когда она достает чашку из шкафчика. — Куда ты исчезла прошлым вечером?

— Не хотела мешать вам с Харлеем.

— Как раз об этом. Мм. Я знаю, у нас есть правило «никаких мужчин в квартире»…, - начинаю я. Мы поклялись с ней не приводить сюда парней, чтобы избежать утренних неловких сцен.

В этот момент мы слышим, как открывается дверь моей комнаты, и Лара вопросительно поднимает бровь. Она отодвигается в сторону как раз в тот момент, когда Паша входит в кухню.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Его взор устремляется ко мне, затем он коротко кивает Ларе и снова находит мои глаза. Одарив его робкой улыбкой, я задаюсь вопросом, как он относится к тому, что произошло прошлой ночью, теперь, когда мы стоим здесь при свете дня.

Он улыбается и идет ко мне.

— Привет, — шепчет он. И я не знаю, почему меня вообще что-то беспокоило.

— Привет.

— Я знал, что ты будешь выглядеть хорошо даже в этом, — он тянет ткань моей футболки, и использует это движение, чтобы притянуть меня к своей груди. — Мне нравится заходить и видеть улыбку на твоем лице, — добавляет он без тени смущения, как будто моя лучшая подруга не стоит в углу, наблюдая за каждой секундой этого взаимодействия.

Его губы мягко касаются моих, но спустя мгновение он углубляет поцелуй. Когда он ласкает меня языком, я понимаю, что он нашел мятные леденцы на моем прикроватном столике.

Когда Лара откашливается, мы расступаемся, и мне еще никогда так сильно не хотелось прибить мою подругу. Я хочу предложить ему вернуться в мою комнату и продолжить с того места, где мы остановились прошлой ночью, но он, словно читая мои мысли, постукивает пальцем по кончику моего носа и произносит: — Придержи эту мысль до вечера. Мне нужно идти на работу. Но вечером я вернусь.

— Я не думаю, что это хоро…

— Шшш, — он прижимает пальцы к моим губам, и наклоняется ниже, чтобы заменить их своим ртом.

С отвисшей челюстью смотрю ему вслед, когда он выходит из квартиры.

— Так что ты говорила на счет правила «никаких мужчин»? — смеется Лара.

— Не начинай, — ворчу я, прежде чем снова повернуться к кофейнику. — В этом есть и твоя вина. Не этого ли ты добивалась?!

— Расскажи, как это было, — предлагает она.

Вообщем-то, мы и раньше делились подробностями, поэтому ее просьба не сильно удивила меня. Но когда я увидела Пашу утром, осознала, что мне не хочется рассказывать ей о нашей ночи. Если бы он просто ушел ночью или придумал какой-нибудь дурацкий предлог, чтобы уйти отсюда утром, возможно, я бы чувствовала себя иначе. Обещание вернуться позже и мое желание, чтобы это произошло, сделают обмен такими подробностями дешевым и безвкусным занятием.

— Я не хочу об этом говорить.

— Но я хочу услышать! Он что разочаровал тебя? У него маленький?

Только раскрываю рот, чтобы сказать ей, что, хотя я и не видела его член, я чувствовала его почти весь вечер, пока мы танцевали, и он определенно хорошо одарен природой, как понимаю, что она снова манипулирует, провоцирует меня, и на этот раз я отказываюсь попасть в ее ловушку.

— Ладно, ладно, — ее глаза сужаются, когда я просто ухмыляюсь ей, и я знаю, что она так просто не успокоится. — может мне поменяться сменами и остаться на сегодняшний вечер дома? Вдруг мне удастся что-нибудь подглядеть или подслушать?!