(Не) тот ребенок - Артелина Грудина

Я шла по лесу и собирала грибы. Вначале их было очень мало, и я подолгу искала каждый, а затем вышла на поляну. Она была просто находкой! Земляника, кусты малины и грибы, их так много, что глаза разбегаются!

Я настолько растерялась, что не могла сообразить, с чего же мне начать. Корзинка-то одна. Собрать грибы, но тогда я останусь без ягод. Выбросить уже собранную горсть опят и подбежать к кусту малины?

Застыв в нерешительности, я осмотрелась, так и не решив, как поступить. Ягод хотелось сильнее, но было жаль выбрасывать собранное. Я ведь так долго искала эти маленькие опята! Столько сил потратила, несколько часов гуляя по лесу.

Пока я думала, на поляну начал наползать туман. Он быстро уплотнился, покрывая все вокруг молочной пеленой. Вскоре я уже не могла различить даже очертаний кустов, не то, чтобы найти в траве грибы и землянику! Туман все окутывал и окутывал, в нем я теряла себя. Ног уже не увидеть, а он все поднимался выше!

Паника захлестнула меня удушливой волной, мне хотелось убежать прочь, но ноги словно приросли к земле. Сердце вырывалось из груди от страха. Еще немного, и я растаю в этом тумане! Исчезну!

Ослабевшие руки выронили корзинку, и я наконец-то проснулась. Ночная сорочка прилипла к телу от пота. Я вся горела изнутри, а рядом не было никого. Опять одна. Леша, как всегда, уехал, не разбудив меня.

Перед глазами вновь встала наша вчерашняя ссора и те слова, что бросил мне муж.

— Больше никаких детей! Ни одной попытки ЭКО.

Леша при мне открыл сайт клиники и заполнил все документы на удаление биоматериала. Пока он загружал сканы документов, ставил электронную подпись, я молила его, плакала, шантажировала, грозила разводом. Я сделала все возможное, но впервые муж не дрогнул, не проявил мягкость, не пошел у меня на поводу.

Не помню, как я заснула и что говорила Леше после его поступка. Может, выгнала или, напротив, смирилась с его решением. Только сейчас, после этого кошмара, я вдруг осознала, что этот туман и есть решение мужа убить наших будущих детей, моих ягодок и грибочков.

Нельзя позволить ему сделать это! Он должен позвонить в клинику и все отменить. Мой взгляд упал на часы. Уже почти обед. Возможно, мы успеем все исправить.

Я бросилась к телефону, как утопающий к спасательному кругу. Ну, же ответь, пожалуйста!

— Да, Юль, — услышав такой родной и все еще любимый голос, я застыла на мгновение, а затем выдавила слова, которые застревали в горле, царапая его:

— Не делай этого, Леш, пожалуйста.

— Юль, это нужно прекратить понимаешь?

Я прикрыла глаза. Он говорит со мной как с малым ребенком. Леша все решил.

— Нет, пожалуйста, еще один раз, последний!

— Он уже был, этот последний раз!

Туман из сна подкрался ко мне, я чувствовала его приближение, холодный пот выступил на спине.

— Леш, не лишай меня этого, я не смогу так…

Не зная, как найти нужные слова, как передать все, что у меня творится в душе, я заплакала. Не для того, чтобы разжалобить Лешу или попытаться манипулировать им. Просто

мое сердце настолько кровоточило, что спасали только слезы. Внезапно пришло осознание, что вот он — конец!

— Хватит, Юль! Все зашло слишком далеко, ты не видишь границ, не смотришь, во что превращаешь наш брак. Мы с тобой уже не можем находиться в одной комнате больше нескольких минут без ссор. Все. Я принял решение и ничто не заставит меня его изменить.