Он – мой лёд - Татьяна Минаева

Оля

- Я не понимаю тебя, Тимур, - откровенно призналась я, пройдя сквозь кованные ворота парка.

За всё это время мы не обменялись и десятком слов. Шли рядом, изредка соприкасаясь рукавами – знакомые друг с другом и одновременно с этим как будто встретившиеся первый раз в жизни. Улицы опустели. Лишь изредка нам навстречу попадались припозднившиеся прохожие.

- Что именно ты не понимаешь? – Тимур остановился.

Причудливая игра тени и света, исходящая от стоящего рядом фонаря, делала черты его лица твёрже, чем они были на самом деле. Тёмная щетина, покрывавшая скулы, казалась ещё темнее, так же, как и глаза.

- Всё, - я тоже остановилась. – Тебя в первую очередь. Чего ты добиваешься, Тим? К чему это? – я посмотрела на убегающую вглубь парка дорожку.

Поодаль от нас один за другим раздались несколько хлопков, небо окрасилось золотистыми, красными и зеленоватыми бликами. Меня не покидало ощущение, что меня завели в лабиринт, по которому я плутаю в поисках выхода с того самого дня, когда мы встретились впервые. Но чем сильнее я стараюсь выбраться, чем увереннее становлюсь в том, что вот-вот окружающие меня стены расступятся, тем сильнее запутываюсь.

Он усмехнулся. Как-то совсем невесело. Посмотрел на новые блики, озарившие небо.

- В последнее время ты задаёшь слишком много ненужных вопросов, - наконец он снова посмотрел на меня. Откупорил бутылку, которую нёс всё это время и приглашающим жестом указал на дорожку. – Лучше просто пройдёмся.

Стиснув зубы, я пошла вперёд, понимая, что сейчас действительно ненавижу его. Но не той ненавистью, которой должна ненавидеть. Скорее… Злой, колючей, острой. Услышала, как поскрипывает рядом снег, почувствовала прикосновение к спине и, снова остановившись, порывисто вскинула голову. Наткнулась на взгляд Тима.

- Шампанское, - он подал мне бутылку.

Я нервно выдохнула. Это его «шампанское» прозвучало так… Так, будто он коснулся меня, совершенно нагой, беззащитной.

Глядя ему в глаза, я обхватила пальцами горлышко и сделала глоток. Демонстративно, с некоторым вызовом, показавшимся смешным даже мне самой. Вот только смешно мне не было.

- Хорошая девочка, - сняв перчатку, он накрыл мою ладонь своей.

Я едва не задохнулась от контраста холодного стекла и тепла его руки и поспешила избавиться от этого непонятного наваждения. Мороз покусывал щёки, нос, а внутри было жарко.

- Разве тебе не с кем провести этот вечер? – тихо спросила я, но в окружающей нас звенящей тишине голос прозвучал неожиданно громко.

- Есть, - снова бархат, обволакивающий, волнующий и опасный.

- Тогда в чём дело, Тим? – не поддаваясь, спросила я. – Объясни мне. Хотя бы это ты мне можешь объяснить?!

- Могу, - он опять поймал мою руку.

Я дёрнулась, как будто меня током ударило, не зная, что он придумал на этот раз. Но Тим всего лишь высвободил горлышко бутылки.

Боже, я и не чувствовала, как сильно сжимаю его, пока он не разжал мои пальцы.  Сделал глоток и поставил шампанское на лавочку, прямо в пушистый снег.

- Так объясни! – взвилась я. – Объясни, Богданов! – уже вскрикнула я, встревожив присевших рядом замёрзших снегирей.

- Я хотел провести его с тобой, - ответил он так просто, что я едва не зарычала. Слишком! Слишком просто!

Мотнула головой, выдохнула и… ничего не сказала – просто не нашлась.

- Ты самоуверенный мерзавец! – выпалила я.

На этот раз губы его тронула усмешка, а на щеке неожиданно появилась ямочка.  И чёртики в ледяной синеве глаз…

- Ты только сейчас это поняла? – услышала его смешок.

Зарычала, сгребла со скамейки пригоршню снега и запустила в него что есть силы. Снег разлетелся по сторонам, но кое-что всё-таки попало Богданову на пальто. Я хотела было собрать пригоршню побольше, но он тут же перехватил мою руку. Притянул меня к себе.

- Не боишься, что я могу дать сдачи?

- Отпусти! – процедила я, упираясь в его плечи. – Отпусти, Тим! Иначе я…

- Что «ты»? – он продолжал усмехаться. – Что?

Я не ответила. Потому что и сама не знала, что «я». Рвано выдохнула, поняв, что он снова находится слишком близко. Слишком – так близко, что я могла чувствовать его через разделяющую нас одежду. Вдыхала его запах, смотрела в его глаза, чувствовала на своём теле руки и…

Губы его коснулись моих – холодные, жёсткие. Замычав, я попыталась вывернуться.

- Перестань! – отворачиваясь, процедила я. – Тимур, Перестань! Хватит!