Ее королевское высочество - Рейчел Хокинс

– Ничего хорошего.

В понедельник утром мы с Сакс и Перри стоим у школы, прижавшись друг к другу, чтобы не замерзнуть. Обычно в это время мы бегаем, но сегодня нам сказали собраться на берегу озера за школой.

На пляже стоят несколько раскрашенных лодок с веслами в уключинах. Кажется, я догадываюсь, что сегодня будет на физкультуре.

Как и следовало ожидать, к нам подходит доктор Макки, одетая в тускло-зеленый спортивный костюм с гербом Грегорстоуна. Ее волосы убраны в высокий хвост, щеки покраснели от холода и, видимо, воодушевления. У нее на шее висит серебряный свисток, и стоит она практически на носочках.

– Дорогие студенты! – выкрикивает она. – Сегодня мы решили вас порадовать!

– Тоже мне порадовали, – тихо возмущается Сакс. – Это прямо противоположно слову радость, это…

– …гадость? – предлагаю я. Она смотрит на меня, обхватив себя руками.

– Ну да, и так сойдет. Хотела сказать ботва, но гадость даже лучше. Еще и в рифму.

– Ботва? Это что вообще? – но подруга уже отвернулась к доктору Макки, которая указывает нам на лодки.

– Как вы знаете, до «Вызова» осталось каких-то пару недель. Считайте, что это разминка. Объединитесь с соседом по комнате: кто проплывет до дальнего берега и обратно первым – выиграл.

Ох. Грести на лодке вместе с Флорой?

Я ищу ее глазами, и она, конечно, стоит между Кэролайн и Ильзе. Они втроем явно попытались модернизировать спортивные костюмы.

Вперед выступает мистер Макгрегор. Он выглядит как обычно – в свитере и штанах неопределенного цвета, на голове густые седые волосы, а борода выглядит особенно заросшей.

– А победители, – сообщает он, поднимая богато украшенный деревянный ящик, – получат их.

Он открывает защелку.

– Антикварные дуэльные пистолеты, преподнесенные семье Макгрегоров уже…

– О, нет-нет-нет, – вмешивается доктор Макки и, протянув руку, подходит к нему, – пистолеты никто не получит, несмотря на их… безусловную ценность.

Мистер Макгрегор хмурится. Его брови, кажется, живут своей жизнью. Он закрывает ящик, что-то пробурчав. Доктор Макки обращается к нам, повысив голос:

– Победители получат бесплатный ужин в ресторане «Бэйвью Инн» в деревне.

Перри комментирует:

– Пистолеты и то безопаснее.

Мне не нужен ни бесплатный ужин, ни пистолеты, но победить хочу из принципа. Я потираю руки от нетерпения, пока мистер Макгрегор выдает нам видавшие виды жилеты и отправляет нас вдоль берега к лодкам.

Флора плюхается в лодку, даже не посмотрев на меня. Она садится на скамейку, положив подбородок на руки.

– Не хочешь помочь мне? – интересуюсь я.

– Не очень, – отвечает она. Я сдерживаюсь и не реагирую, сосредоточившись на том, чтобы оттолкнуться от берега.

Я в резиновых сапогах, которые нам велели надеть, но все равно чувствую холод, когда наступаю в воду.

Запрыгнув в лодку, располагаюсь на скамейке и берусь за весла. Флора все еще копается с уключинами.

Грести я, очевидно, буду сама.

Меня это устраивает. Лодки не совсем мой профиль, но я довольно сильная, а вода спокойная, и лодка легко плывет по ней. Я делаю глубокий вдох, воодушевленная свежим запахом озера, дуновением ветерка и…

– Опять это одухотворенное лицо.

Я хмурюсь, глядя на Флору. Момент испорчен. Краем глаза я вижу, что нас обгоняет какая-то лодка и гребу усерднее.

– Я могу задать тебе вопрос? Только ответь серьезно, – спрашиваю Флору, налегая на весла со всей силы.

На другом краю лодки она снова опускает голову на подбородок:

– Это вряд ли.

Хотя бы честно.

Весла скрипят, лодка едва плетется воль озера. Поднимается ветер, и мы раскачиваемся на взбитых им волнах. Под нами темная и неприступная толща воды. Возможно, она кишит монстрами.

Я отвожу взгляд от волн и смотрю на Флору. Я спрашиваю:

– Что я тебе такого сделала, что вызвала твою неприязнь? Ну кроме того случая с Верукой Солт, хотя, учитывая то, как ты себя вела, это было справедливо.

– Нет у меня к тебе неприязни, – говорит Флора, пожав плечами. Ее солнечные очки закрывают половину лица. Ворот ее рубашки, виднеющийся из-под школьного свитера, поднят. Тускло-оранжевый спасательный жилет ей немого велик, а длинные волосы развеваются на ветру, вызванным моими попытками грести.

– Не очень убедительно, – возражаю я. Флора вздыхает, облокотившись на край лодки и вытянув ноги.

– Я обычно говорю все, что приходит мне в голову. Иногда что-то приятное, иногда – не очень. Всегда по-разному. Не принимай это на свой счет. Ничего личного.

Я уставилась на нее, не поднимая весел.

– То есть, когда ты решила, что я собираюсь то ли заплакать, то ли запеть, и пристала ко мне, в этом не было ничего личного?

– Ну я правда думала, что ты вот-вот расплачешься или запоешь, – она опять пожала плечами и лениво опустила голову на одну сторону.

– А твое заявление о том, что Сакс «взяла меня под опеку из сострадания»?

– Она всегда находит кого-нибудь, кто ей не совсем ровня. Она этим и славится. Ты хоть и не совсем безнадежна, но уж точно не аристократка, так что…

Я снова дернула весла:

– Ладно, но ты же даже по имени меня называть отказываешься.

– Так ты разве не Квинт?

– Да, но… – я начинаю заикаться, замолкаю, закатываю глаза и снова поднимаю весла. – Ладно. Значит, по твоему мнению, это все не имеет значения. По твоему мнению, натравить на меня своих подружек, которые ловят меня в коридоре это тоже…

– Каких таких подружек? – спросил она, привстав.

Я киваю на лодку Кэролайн и Ильзе, которые лениво гребут в сторону берега. Ужин в «Бэйвью Инн» им явно не очень интересен.